Краткий синопсис — розовый единорог из детского телешоу является воплощением зла. Разрыв шаблона, которого хватает, чтоб дать фильму шанс, но фильм оказывается чуточку глубже своей формы, балансируя между чистым слэшером и психологическим триллером.
Из детских песенок и диалогов между персонажами складывается дидактический посыл, который я не хочу преувеличивать, но тут он звучит убедительнее и гораздо менее пафосно, чем если бы был частью какого-нибудь блокбастера. А именно: фильм говорит нам, что победить зло получится, только если преодолеть страх. Делать вид, что всё хорошо — не работает, нужно верить себе. Если же думаешь, что чокнулся, спроси себя — может, это мир чокнулся?
Отдельный приятный бонус — гостевая роль Клинта Ховарда, того самого культового Мороженщика из детства. Видеть его в таком материале — чистое фанатское удовольствие, идеально дополняющее общую атмосферу.
Дело было лет 6-7 назад. После долгого периода затишья я решил записать электро-сет. Я ежедневно трудился над ним около месяца. Было сложно, потому что я немного забыл, как это делается, да и собирал его строго из треков одного нишевого британского лейбла. Треки были довольно экспериментальные и никак не хотели складываться в одну непротиворечивую историю. Но с помощью гиперфиксации за бесчисленное количество подходов я довёл его до конца и стал ждать удобного момента, чтоб представить его публике.
Момент этот представился через несколько месяцев. Мы с коллегами выехали на летний корпоратив за город. Весь вечер из колонок играла всякая попса — все желающие ставили свои любимые треки. Много рюмок и песен спустя наконец стемнело и мир уютно сузился до костра, колонок и нескольких оставшихся на ногах коллег. Идеальное время, чтобы включить мою музыку, — подумал я, и воткнул кабель в свой телефон.
Заиграло электро, и это было так освежающе! Я с волнением впервые слушал, как оно звучит на колонках. Никто ничего не говорил, и я подумал, что, должно быть, они тоже вслушиваются и оценивают переходы. Тогда я закрыл глаза и погрузился в звук. Дошло до кульминации — я сделал последовательность всё более агрессивных и плотных треков, и, наконец, заиграл самый злой и кислотный. Тут я открыл глаза, чтоб посмотреть на реакцию окружающих. Вокруг никого не было, и только один человек шёл в мою сторону и улыбался. Когда он дошёл, он наклонился ко мне, показал пальцем на колонки и сказал: