Звонкие буквы юга Европы. За Садовым кольцом регулярно живём. Повенчаны кольцами любви с ностальгией. Красиво и близко, жизнь-водоём, утопленник чувства простого, мобильного. Плескаясь в глуби, на песке и на дне, всплыву к жизни старой по эскалатору и старой гитарой, грифом к стене, упаду и струны горбатятся заново. А ты хороша. Non fuma, molto bella.¹ Голос горбатится просто не может. Небесная лира твоя. Tu sei stella.² На русский пора перейти мне похоже. Знаешь, теперь говорить мне так легче звонкими буквами юга Европы о чувстве мобильном, что точно не лечит. Разве что лишь колотит. Меня сдуло ветром из вестибюля, по собянинской плитке пляшут газеты. На них лицо не твоё, но ведь скулы, волосы и глаза словно эти что вижу я вечером по выходным, названным так разве что лишь формально. Я учу буквы Европы так сильно, что выходных не бывает подавно. За этот стахановский труд нет награды. Одноимённых станций немного, только одна, относительно рядом с тобой. Но не быть на твоём мне пороге не в этом городе, не в этой жизни. Я просто хотел побыть где-то ближе переписок редких про нашу отчизну и нескольких метров ниже опускаясь под землю несёт к поездам. На ступеньках мы рядом беседуем стоя. Я знаю какого быть провинциалом. И как из развечений лишь алкоголем душа наполнится, радостью, грустью, выходящей потом где-то на пол и землю. Пускай в дорогу тебя жизнь отпустит на Таганскую. А мне на следующей. За Садовое мы вылезаем так плавно, кому тоннель, а кому электричка. Не спрашивай как я люблю тебя, ладно? Ответ долог и неприличен. 1-«Не куришь, очень красива» (итал.) 2-«Ты-звезда» (итал.) Артём Букетов, 31.10.2026.

Плач на Чкаловской. Плач на Чкаловской у схемы выходов, карты вокзала. Верилось в сказочки, жизнью они и не стали. Девушка в метро гуглит страны, где не нужна виза. Ты вышла давно из вагона и замуж. Счастлива даже, растишь своего спиногрыза Кольцевая пустит по кругу, по рельсам хроноса катится новый состав. Москва 20.. с чем-то. Друг другу сказать давно нам что-то пора. Пора прекращать давать сольники, дуэтом было всегда веселей. И метро Сокольники помнит как были моложе и может мудрей. Полёт электрички от Курской до пенатов родных. Образ кольца сегодня слишком банален. Я ещё жив. О тебе пишу ещё стих. На Родине всё-таки я состарился. Дорога на север наверно была тяжела? Но я не помог. Всегда мне нравилось южное. Без труда смог я курю и пью только нужное. Сырный соус капнул мне на ладонь. Шаурма подвела, но с кем не бывает На дмитрия донского вид балкон, больше не повторится в жизни этих окраин. На Чкаловской тихий, но так нужный плач. Не мой, это девушка тонет в слезах. Я тону же в пустыне; обшарпанных подмосковных дач, в волнах и горьком табачном дыме.  Артём Букетов 30-31.10.2026. Самый страшный кошмар на тыквенный спас.

Псевдо-микро-недо-интеллектуал. Псевдо микро недо интеллектуал. Где-то видно кредо и пустой вокзал. Где-то верю. Как-то за тебя борюсь. Прижали дверью. Завтра, как и вчера боюсь. Смарт кэжуал-не джинсы, а брюки велики. Я похудел на пару грамм так быстро. И цветы стоят не храм, снести их просто. Я ненавижу ждать свой поезд, сотни стран и космос. Мне не дано понять. Псевдо-микро-недо- интеллектуал. Наушники на проводе, привет большому городу, метро, трамваям, великам, ростку, ВДНХ. Сорочка слишком белая, к Садовому строга. Несётся быстро с телом и душа его пьяна. Устала, хочет спать. Ещё и знать зачем всё так? Она одна. Сначала. Кровать. Кормить кота. Поесть, помыться, выдвигаться с дальнейшей пересадкой. Вокзал, столица, и встречаться. Метро. И выход. Лавка. А почему сорочка..? Или джинсы.. Мне так свободен кардиган.. Не спал я этой ночью, искры так резали мои глаза, что псевдо-микро- недо- интеллектуалу. Не так уж видно и его кредо- добраться утром до вокзала. Артём Букетов, 17.10.2026.