Чем ночные бабочки глушат радары летучих мышей   У природы всё продумано до мелочей и у каждого органа строго одна задача? Познакомьтесь с бражниками. Судя по новому исследованию учёных из Флориды, больше половины этих мотыльков отбиваются от хищников гениталиями. Ну, не прям вот буквально, а ультразвуком, который ими создают.   Работает это забавно. Летучие мыши, вылетая на охоту сканируют пространство эхолотом. А бражники ломают им прицел: в ответ на мышиный писк самцы начинают бешено тереть специальными чешуйками на половых органах (вальвах) о собственное брюшко.   Получается мощный ультразвуковой «белый шум». Он, предположительно, забивает сонар хищника, и летучая мышь просто теряет цель из виду. Учёные изучили 143 вида этих бабочек и выяснили, что такой трюк провернули 77 из них.   Причём есть сразу три разные «конструкции» механизма — от трения чешуйки о шипы до микроскопических бугорков, которые выдают самый широкий спектр помех.   Самое безумное здесь даже не сам способ, а упрямство эволюции. Семейное древо бражников говорит, что природа изобретала эту звуковую пушку независимо друг от друга от четырёх до семи раз за последние 30 миллионов лет.   То есть у разных видов бабочек, которые никак не пересекались, эволюция снова и снова настраивала инструмент для спаривания (вообще-то он нужен для удержания самки) на радиоэлектронную борьбу с хищником.   А вот у дневных видов бражников, которым летучие мыши не угрожают, эта опция за ненадобностью отвалилась.   Вся эта история отлично показывает, как на самом деле работает естественный отбор. У эволюции нет чертежа, инженера и чувства неловкости. Она не создаёт «совершенные механизмы с нуля», а просто берёт то, что уже болтается под рукой, и прилаживает под новую задачу.   И ещё прикол: уши у этих бражников на хоботке. Короче, получается, что приближение летучей мыши они слышат ртом, а орут на неё в ответ противоположной стороной тела. И, судя по тому, что эти ребята до сих пор не вымерли, схема рабочая.

Астероид Рюгу: генетический код был готов ещё до появления Земли   Гипотеза панспермии – о том, что жизнь прилетела на Землю из космоса, - всегда балансировала на грани науки и фантастики. И вдруг чаша весов резко качнулась: в образцах с астероида Рюгу, реликта ранней Солнечной системы возрастом около 4,5 миллиарда лет, японские учёные нашли сразу все пять молекул, на которых строится генетический код жизни.   В чём ценность находки   В основе ДНК и РНК лежит строгая матрица из пяти азотистых оснований: аденин, гуанин, цитозин, тимин и урацил. Без них невозможны ни наследственность, ни эволюция.   Раньше в образцах с Рюгу находили лишь отдельные буквы этого набора. Например, в 2023 году удалось точно определить только урацил. Теперь же подтверждён полный комплект.   Ключ к ценности открытия – чистота. Рюгу и астероид Бенну – единственные, где образцы, собраны прямо в космосе, без земной грязи. Чистая древнейшая химия без помех. И вот два независимых тела, разделённые миллионами километров, несут один и тот же полный набор исходных элементов жизни. Совпадение двух чистых проб весомее, чем находка в одной.   На этом фоне метеориты вроде Мёрчисона (упал в Австралии в 1969-м) или Оргёйля (1864-й, Франция) выглядят слабее: они тоже щедры на органику, но за время падения и лежания на земле их могло «загрязнить» всё что угодно.   Интриги добавляет то, что космические тела, несмотря на сходство, химически отличаются. Мёрчисон богат пуринами, а Бенну – пиримидинами. Учёные предполагают, что всё дело в концентрации аммиака на ранних этапах. Его количество определяло, какие именно соединения сформируются внутри космического тела.   Где-то там, до нас   Полная картина говорит, что стройматериалы для жизни, похоже, готовились прямо в космосе, в разных уголках Солнечной системы, задолго до появления Земли. Тогда классический вопрос «как зародилась жизнь» меняет фокус. И главное – мы точно знаем, откуда взялись исходные материалы для её сборки.   Уже миллиарды лет назад в космосе вовсю шла сложнейшая органическая химия. И когда Земля остыла, весь необходимый генетический алфавит уже был готов. Оставалось только его собрать воедино.

Один абзац, из-за которого спорят почти 2000 лет   Легенда о найденных записях, подтверждающих воскресение Иисуса, всплывает время от времени. Недавно её снова выплеснули СМИ. Типа, в 2000-летнем манускрипте обнаружено письменное свидетельство, что Христос явился ученикам на третий день. Классная новость. Только никакого манускрипта не находили. А вышло новое исследование текста, вокруг которого идёт давний спор.   Что стоит за сенсацией   Речь о «Тестамонум Флавианум» (свидетельство Флавия) – отрывке из «Иудейских древностей» Флавия Иосифа, написанных около 93-94 года н.э. Иосиф рассказывает о казни при Понтии Пилате и о том, что те, кто любил Христа, не отступились, – «ибо Он явился им на третий день живым».   Вроде бы ничего нового, но это первое нехристианское упоминание Иисуса, от историка-еврея, жившего в Риме. Независимое свидетельство извне. Только именно этот абзац веками ставят под сомнение: написал ли его сам Иосиф, или христиане вставили позже, как авторитетное подтверждение от древнего иудейского автора.   Новость не в находке, а в аргументе   Независимый исследователь выложил в открытый доступ препринт, где свёл четыре линии, по которым отрывок дожил до нас: греческий текст, латынь Иеронима примерно 392 года, арабскую историю Агапия X века и сирийскую хронику XII века. Все четыре независимо сходятся на «третьем дне». Если бы переписчик приписал эту фразу позже, в далёких копиях она бы расходилась, а она везде одна.   Вывод автора: версия, что христиане вставили абзац целиком, «остаётся плохо подкреплённой». Основа абзаца вполне тянет на подлинное свидетельство I века.   Впрочем, даже если текст подлинный, воскресения он не доказывает – там лишь пересказ слов последователей. Вопрос чисто текстологический: написал ли эти строки реальный историк, или их добавили позже. Исследование склоняется к первому. Один абзац – а сколько полемики, теорий и предположений.