Во времена Советского Союза топонимика в городах подлежала некоторой унификации — везде можно было увидеть улицу Ленина, Маркса, Кирова; Пролетарскую или Комсомольскую и тьму тьмущую прочего в своеобразном «пантеоне».
Куда интереснее наблюдать топонимику в честь людей, которые как будто выделяются из общей канвы. Например, в честь украинского поэта Тараса Шевченко.
Вообще, Тарас Григорьевич тоже включался в топонимический «Пантеон»: его личность чуть ли не приравнивалась к Пушкину, и сегодня во многих городах пост-советского пространства, где не прошла декоммунизация, можно увидеть что-нибудь в его честь. Почему так?
Всё просто: тот был очень удобен советской власти: Шевченко родился в крестьянское семье, в своих произведениях изобличал монархию, ??подчёркивал?? славянское единство, а ещё его любили Ленин с Плехановым. Ну прямо чудо-персонаж!
Сегодня образ Шевченко прошёл деконструкцию, избавившись от советской мифологии, и в современной Украине любят и чтят его по другим причинам. Если у меня есть читатели оттуда, делитесь вашей канвой в комментах.
В Минске в честь «Кобзаря» есть целый бульвар с памятным знаком в, наверное, лучшем хрущёвском микрорайоне, Переспе, а также достойный памятник в Степановском саду рядом с посольством Украины (открыт, кстати, лишь в 2001 году!).
Привет!
Как легко и быстро сделать район города более живым и узнаваемым? Есть хороший метод:
Муралы
Все чаще на стенах наших городов появляются они — большие и не очень произведения искусства. Не всякий человек смотрит на них как на что-то полезное. Но если подумать:
• Муралы «оживляют» город. Не в смысле, что коммунальщики бегут все закрашивать, но в том, что по городу становится интереснее гулять: вместо глобальной серости вокруг становится красочнее и интереснее
• Если комплексно поработать с пространством, муралы могут привлекать в город туристов!, которые хотят посмотреть на искусство, наверняка сфоткать и распространить по миру. Успешный опыт есть в Мурманске: я гулял и рассказывал вам про квартал РОСТа. И вообще, муралов там по городку очень много
• Муралы могут и активно носят смысловой посыл: через них художники транслируют идеи, которые важны для них (или для заказчика). И в идеальном случае, муралы будут это делать сколько угодно времени, пока они существуют на своем месте
Картинками выведу к публикации мой любимый мурал в Минске: «Города-цветы» авторства Кати Казнадей (ipelagus). Находится он на стенах гаражей по бывшему Захарьевскому переулку, про историю которого я тоже когда-то писал. Десять фоток в публикации, ещё пять в комментариях.
Беларусь декларирует себя как страну толерантную, что касаемо межрелигиозных отношений. Представители различных конфессий часто встречаются друг с другом на официальных мероприятиях, общаются, иногда дело доходит и до совместных проектов
С мая 2025 года в «большой семье» конфессий прибавилось храмом Армянской Апостольской церкви. Кто такие, и что они забыли в Беларуси?
Начнём с того, что армяне на территории Беларуси начали жить очень давно — известны небольшие колонии с XVIII века, и даже один дворянский род, Маджарских, представители которого заведовали персиарнями — мануфактурами по производству легендарных слуцких поясов. Сегодня же армян в Беларуси проживает что-то около 10000 человек (пятая по численности диаспора)
Армяне с древних времён исповедуют христианство (и вообще, Армения — первая страна, где христианство стало государственной религией). Однако армяне веруют в Бога немного по другому, не так как православные или католики. Их вариант христианства именуют Армянской Апостольской Церковью. Помимо различий в обрядности и прочих религиозных вопросах, для них важна своя церковь, куда можно прийти и помолиться. Которой в Беларуси не было.
До 2022 года, когда минские власти дали добро религиозной общине на строительство своей церкви. С самого начала процесс имел цель подчеркнуть дружеские отношения между армянами и беларусами. Например, при строительстве храма ряд декоративных элементов были изготовлены у нас (но все строительные материалы, розовый туф и базальт, были привезены из Армении).
Сегодня храм открыт для всех желающих, а местные служители открыто заявляют, что на территории прихода царит атмосфера дружбы и сотрудничества. Что было подтверждено в мае 2025 года, когда церковь торжественно открывали (пригласили главу православной церкви в Беларуси, митрополита Вениамина), и в чём, собственно, сегодня убедился сам!
Привет!
Начнём октябрь с ещё одной истории про ликвидацию наследия в Минске. На этот раз «жертвы» будут противоречивыми, а повествование будет иметь двойное дно:
Вышки-«глушилки» КГБ на проспекте Независимости
На первых двух картинках вывел вам вид на площадь Победы в конце 1970-х годов. На первой отчётливо видны конструкции этих башен, а на второй — их примерное расположение в квартале, где сегодня костёл святого Роха. На своих местах «глушилки» были поставлены в 1950-е годы, чтобы минчане не слушали западные радиостанции.
В 1963 году в городе прогремело «дело Сергея Ханженкова»: в будущем известный диссидент и два его друга хотели глушилки подорвать, что им не удалось. Вопрос их ликвидации решился с распадом Советского Союза: в девяностые разобрали одну вышку, а вторая ещё долго работала на благо мобильных операторов, и была разобрана только в июне 2025 года.
Сразу после демонтажа второй вышки, на месте пустыря начали строить здание, которое некоторые источники приписывают новому корпусу Академии КГБ. На этапе котлована строители находили человеческие останки — при костёле было кладбище, ликвидированное в советское время. Но это нисколько не остановило темпы стройки, входящую в дисгармонию с окружающей застройкой.
Новострой, как это, к сожалению, часто бывает, появился здесь вопреки законов. Как минимум, до начала строительства здесь должны были пройти большие археологические раскопки. А как максимум, на месте бывших кладбищ предписано устраивать только зелёные зоны (парк, сквер), но никак не многофункциональный комплекс, как написано в паспорте объекта.