Самое красивое, что есть сейчас у меня - это мои брови, кошка Фуфася и вид из окна. Все остальное спорно. Неоднозначно. Сомнительно. Туманно. На любителя, так сказать. Когда ты больная собака, хочется, чтоб кто-то прикладывал к твоему сопливому носу кружочки языковой колбасы. Я вела долгие телефонные переговоры простуженным, хриплым и гундосым голосом по три часа в день. С Подольском, Щербинкой и Нижним Новгородом. И было мало. Возмутительно мало. Спасибо, что вы есть у меня, дорогие девочки. Эта хворь свалилась внезапно. Поломав все грандиозные планы. Прогон программы. Дружеский кофе. Посещение музея Брюсова на проспекте мира...эх Планы Наполеона, а свод печника Ермилы. Так в народе говорят. Зато кофе! Кофе есть! И в желудке. И на белой майке, в которой я валяюсь третий день. Кофе в постель, ага. В прямом и переносном.

За датою-дата Простой человеческий путь... Все больше "Когда-то" Все меньше "Когда-нибудь" Погода внезапна, но к людям, как прежде, добра Все крохотней "Завтра" И все необъятней "Вчера". Найти бы опору для этой предзимней поры Как долго мы - в гору. За что же так быстро - с горы?! Остаток терпенья колотится в левом боку Все реже "Успею". И все невозможней "Смогу." Роберт Рождественский