Всему свое время и свое место. Запреты абортов и эвтаназии в IV веке до н.э вообще не равнозначен аналогичным запретам, когда по улице ездят роботы Яндекс-доставки. Потому что научно-технический прогресс, помимо того, что он существенно облегчил и упростил многие сферы нашей жизни, поставил много дополнительных и сложных вопросов, особенно этического характера. Например: сохранение беременности на сроке менее 12 недель. Считается, что в этот период выкидыш-это природная отбраковка непригодного для жизни биологического материала. Еще 60-70 лет назад не существовало физической возможности сохранить ребенка, если начинался процесс выкидыша на таком раннем сроке. Да и выходить рожденного слишком рано младенца было практически нереально. Сейчас же технически мы можем сохранить больше жизней, это стало подвластно человеку. А теперь вопрос: имеем ли мы право сохранять жизнь ребенку, который, родившись на 24 неделе весом 600 граммов, скорее всего никогда не сможет вести полноценную жизнь? Гуманно ли это? (это отвечает гуманистическим ценностям, да, но это, блять, не одно и то же) И, прошу заметить, я ОЧЕНЬ понимаю, что чувствует женщина, чьей беременности что-то угрожает. Я понимаю это желание во что бы то ни стало, любыми способами, силами и ресурсами спасти своего ребенка. Но прикол в том, что то, что мы можем что-то сделать, еще не означает, что делать это нужно. Потому что в конечном итоге наебать природу можно механически, только вот счастливее от этого никто не станет. Ладно, отвлечемся от репродуктивной системы женщин. Вот еще один сложный пример: поддержание жизнедеятельности человека в состоянии комы годами. Это вот человечно? Вы у него спросили? Ведь мы же понимаем, что технически такие кульбиты стали возможны относительно недавно, да и сейчас доступны далеко не каждой семье. Может быть, Гиппократ бы и не так категорично отрицал эвтаназию, расскажи ему историю про дочь Кончаловских. И снова, при чем тут патриархат? Да вот при чем #марьпалнапсихолог

Модуль по профессиональной этике для психолога навел меня на мысли о том, какое все-таки важное значение в нашей жизни имеет социально-исторический контекст. Спойлер: в этом (или последующем тексте) я опять буду гнобить патриархат, если интересно, как я до этого дойду, читайте до конца. Психологи не произносят клятву Гиппократа. Не произносят они также и клятву врачей Древнего Египта. Существует просто этический кодекс психологов, в соответствии с которым происходит взаимодействие специалиста и клиента. Дай, думаю, прочту я все-таки эти клятвы, чтобы понимать с какими контрактами мне предстоит работать. Вы вообще клятву Гиппократа читали? Давайте я вам тут в двух чертах, тезисно пройдусь. Значит так, врач клянется: -не пиздеть сохранять конфиденциальность -не ебать вступать в интимные связи с пациентами -не причинять вреда, действовать во благо больного-ну база, тут вопросов нет а вот тут мы на разном ценностном уровне начали общаться, внимание: -не содействовать эвтаназии (так, блять) -не содействовать абортам (ну вы меня потеряли на этом моменте) Ну и все, думаю, ну и пожалуйста, ну и в пизду. Оказалось, так подумала не только я, а большая часть мирового врачебного сообщества. И большинство современных врачебных клятв не содержат никаких четких указаний относительно беременных женщин и людей, решающихся на эвтаназию. Правда, и явного запрета на поебушки с пациентами эти клятвы теперь тоже не содержат, но это как бы интуитивно понятно, да. И при чем тут гниение патриархата, спросите вы. А я отвечу в следующих текстах. #марьпалнапсихолог

Модуль по профессиональной этике для психолога навел меня на мысли о том, какое все-таки важное значение в нашей жизни имеет социально-исторический контекст. Спойлер: в этом (или последующем тексте) я опять буду гнобить патриархат, если интересно, как я до этого дойду, читайте до конца. Психологи не произносят клятву Гиппократа. Не произносят они так же и клятву врачей Древнего Египта. Существует просто этический кодекс психологов, в соответствии с которым происходит взаимодействие специалиста и клиента.