Почему партизаны Тито победили в Югославии? Как и в самом начале цикла по истории Югославии, когда рассматривался вопрос о зарождении тех или иных балканских народов, теперь, когда мы всё ближе и ближе к самому распаду Югославии в начале 1990-х годов, следует немного поговорить и о том, как же появилась эта новая — коммунистическая — Югославия. В фокусе внимания данной части будут взаимоотношения промонархических четников и коммунистических партизан, которые вроде и боролись за общее дело освобождения своей родины от немецких (а также хорватских и других) захватчиков, но преследовали диаметрально противоположные цели. Предстоит разобраться в том, почему именно коммунизм победил в жестокой борьбе за будущее государства южных славян и какой вклад в эту победу внёс лично Иосип Броз Тито. Его биографию мы кратко разобрали в предыдущей части, поэтому сейчас можно сконцентрироваться на обозначенной выше военно-политической борьбе… Начнём с четников, поскольку их история и деятельность во многом и дают ответ на поставленный вопрос (почему победили коммунисты). Общеизвестно, что четники были последователями поверженного в апреле 1941 года Королевства Югославия, представляя тем самым его сербскую часть. Однако для полноты картины нужно в деталях понять, кто это были за люди и как они сформировали своё движение. Движение четников возникло сразу после раздела Югославии державами Оси в 1941 году. Согласно отчёту югославского посольства Государственному департаменту США, партизанская война началась, когда части Югославской армии вместе с техникой отошли в горные районы центральной Сербии и Черногории вместо полной капитуляции. Американские и иностранные корреспонденты, ставшие свидетелями немецкого вторжения, подтвердили, что видели целые отряды, отступавшие в организованном порядке в горы. О коммунистах речи в этих отчётах, конечно, не шло — потому что они для четников были такие же враги, как и немцы, если не больше, но обо всём по порядку.я К лету 1941 года эти военные остатки развернули хорошо организованную партизанскую деятельность. Движение росло, поскольку патриотически настроенные югославы присоединялись к этим отрядам, формируя так называемые «четы» — традиционный сербский (и хорватский в том числе) термин для вооружённых отрядов. Состав этих групп был крайне разнообразным: те, кто спасался от резни в Боснии и Герцеговине, присоединялись к четам в Сербии; беженцы от немецко-итальянских преследований в Словении формировали четы там; а те, кто бежал от режима усташей в центральной Хорватии, присоединялись к группам в северной Боснии. Объединяло все эти разрозненные отряды с самого начала только одно: сербское происхождение их участников. Со временем четники стали организовываться под единым командованием Драголюба Михайловича. Драголюб «Дража» Михайлович родился в сербском городе Иваница в 1893 году. В октябре 1910 года поступил в военную академию в Сербии и был ветераном обеих Балканских войн и Первой мировой войны. В межвоенные годы он стал штабным офицером Югославской армии и служил военным атташе в Софии (Болгария) и Праге (Чехословакия). Михайлович не скрывал своих националистических взглядов и вообще выступал за разделение Югославии по этническому признаку (а не по территориальному, как это сделал ещё король Александр), за что был заключён в тюрьму на месяц. Это могло бы стать концом карьеры Михайловича, но европейская напряжённость в конце 1930-х годов и нарастающая мощь Германии означали, что его военные таланты будут востребованы. Когда немцы перешли границу в апреле 1941 года, Михайлович снова получил рычаги влияния через военное командование.

«Родина» на чужбине: мемориал 37 советским партизанкам во Франции В коммуне Тиль (на северо-востоке Франции, неподалёку от границы с Люксембургом) произошло знаменательное событие. Летом 2026 года у входа в недействующую шахту был установлен мемориал, посвящённый подразделению Второй мировой войны — женскому партизанскому отряду «Родина», состоявшему исключительно из советских женщин. Его торжественную церемонию открытия, намеченную на 27 сентября, французские власти отменили, однако 26 сентября она всё же состоялась — в неофициальном формате... История появления этого памятника — пример того, как историческая память прокладывает себе дорогу сквозь политические бури и годы забвения. В 1944 году в окрестностях Тиля располагался концентрационный лагерь «Эрувиль». Сюда, на каторжные работы, нацисты сгоняли людей со всей Европы, многие из которых были из СССР. Всего к 44-му здесь содержалось около 4 000 человек. Их труд использовался на секретном подземном объекте — в шахте, где должна была вестись сборка «оружия возмездия», ракет Фау-1 (первой крылатой ракеты) и Фау-2 (первой баллистической ракеты), впрочем, полноценное производство развернуть не удалось — открывшийся западный фронт перечеркнул эти планы. Условия содержания узников были нечеловеческими. Людей поднимали в 4:30 утра, на завтрак давали эрзац-кофе и кусок хлеба, наполовину состоявший из опилок, а на обед — тот же хлеб и баланду. Работа в шахте, где заключённые кирками долбили руду и поднимали её на поверхность, продолжалась по 12-13 часов в сутки, а на сон отводилось лишь пять часов. Умерших от голода и непосильного труда тут же сжигали в крематории. В этих условиях содержались две женщины узницы — Надежда Иосифовна Лисовец и Розалия Захаровна Фридзон. К тому моменту за плечами обеих уже был опыт подпольной борьбы. Розалия Фридзон, 1903 года рождения, до войны заведовала Дзержинским райздравом Минской области и входила в коллегию Наркомздрава БССР. В оккупированном Минске она жила по фальшивым документам под именем «Екатерины Семёновой». Она устроилась санитаркой в 3-ю Советскую (инфекционную) клиническую больницу города Минска. Инфекционный статус заведения предоставлял множество возможностей для партизанской борьбы: немцы боялись эпидемий и предпочитали не соваться лишний раз в «заразные бараки», а медицинский персонал считался необходимым элементом городской инфраструктуры, поэтому медиков реже трогали. При этом в целом контроль над заведением, разумеется, существовал, но он был выборочным: немцы проверяли документы и следили за периметром, но не могли полностью перекрыть больничные коридоры, не остановив работу самого учреждения. Через больницу подпольщики переправляли раненых красноармейцев к партизанам. Более того, Фридзон стала связной Минского подполья. Надежда Лисовец 1914 года рождения, окончила БГУ и, оказавшись в оккупации, устроилась в городскую управу по заданию подполья: с целью добычи информации, — а её дом на улице Оранжерейной стал явочной квартирой подпольщиков, где собирались связные и хранились донесения. Она прятала у себя раненых красноармейцев, собирала и передавала партизанам медикаменты, распространяла подпольную газету «Звязда» и обеспечивала фальшивыми документами военнопленных, бежавших из лагерей. Надежда Лисовец и Розалия Фридзон были арестованы гестапо и после пыток оказались в эшелонах, уходивших на Запад. Так они и попали в «Эрувиль».