🪼:: Я не помню кидала ли я это, поэтому

Кай ушёл, и Ллойд остался один — но не одинокий. Он снова посмотрел на звёзды и улыбнулся. Где-то внизу Кай уже, наверное, отбивался от Вайлдфаер, и это было самой обычной, самой любимой частью его жизни. #тейк | @greenflamecfbot | @anongreenflame_bot

небольшая анон зарисовочка💚❤ стесняюст выкладывать на фб, так что такое что та ------ Монастырь наконец-то затих. Где-то в глубине коридоров ещё слышались приглушённые голоса Соры и Арин, спорящих о том, чья очередь проверять, не сбежал ли Фрак на кухню за печеньем, но это было уже далёким фоном. Ллойд стоял на кухне, прислонившись бедром к столешнице, и лениво помешивал ложкой в кружке с остывающим чаем. День был длинным: тренировки, очередная стычка с силами Императрицы, бесконечные вопросы Вайлдфаер «а почему нельзя просто сжечь всё дотла?» — и сейчас ему хотелось только одного: чтобы его никто не трогал. Ну, почти никто. — Ты собираешься пить эту бурду или любоваться на неё? — раздалось за спиной. Кай подошёл бесшумно — сказывались годы тренировок — и теперь стоял так близко, что Ллойд чувствовал тепло, исходящее от него. Мастер огня был ходячей печкой даже в те дни, когда не пользовался силой. Он забрал у Ллойда кружку, отпил глоток, поморщился и вылил остатки в раковину. — Эй! — возмутился Ллойд, но беззлобно. — Он холодный, — отрезал Кай и, не обращая внимания на протесты, поставил чайник заново. — И ты тоже. Иди сюда. Ллойд не стал спорить. Он позволил притянуть себя к широкой груди, уткнулся носом в плечо Кая и выдохнул — так, как не позволял себе выдыхать целый день. Руки Кая сомкнулись у него на спине, и Ллойд почувствовал, как от них расходится тепло — ровное, живое, как от камина. Он закрыл глаза. — Дети спят? — спросил он тихо. — Арин и Сора — да. Вайлдфаер пыталась убедить меня, что ей нужно ещё одно одеяло, потому что «в её комнате холодно», хотя её комната — это буквально духовка. Фрак уже дрыхнет, — Кай усмехнулся, и Ллойд почувствовал вибрацию его голоса. — Я сказал, что если она не уснёт, я лично приду и спою ей колыбельную. — Ты не умеешь петь. — Вот именно. Это была угроза. Ллойд тихо рассмеялся. Кай чуть отстранился, чтобы заглянуть ему в лицо, и провёл большим пальцем по тёмной тени под его глазом. — Ты опять не спал. — Было много дел. — Ллойд. — Что? Я в порядке. Кай ничего не сказал. Просто наклонился и поцеловал его — медленно, без спешки, как будто у них было в запасе всё время мира. Ллойд ответил, и на какое-то мгновение всё стало на свои места: усталость, тревога, груз ответственности — всё отступило. Остались только губы Кая, его руки, его тепло. Когда они отстранились, чайник уже давно закипел и отключился, но никто не двинулся с места. — Пойдём на крышу, — предложил Кай. — Ненадолго. Пока эти четверо не решили, что им снова что-то нужно. Ллойд колебался ровно секунду. Потом кивнул. На крыше было прохладно и тихо. Небо над монастырём было усыпано звёздами — не такими яркими, как в Пустошах, но всё же. Ллойд сидел, привалившись спиной к Каю, и смотрел вверх, а Кай обнимал его за плечи и иногда касался губами его волос. — Знаешь, — сказал Ллойд, — иногда я думаю, что мы сошли с ума. — В каком смысле? — Ну, смотри: мы живём в монастыре, воспитываем четырёх подростков, у каждого из которых свои тараканы размером с дракона, сражаемся с империями и при этом умудряемся... вот это. Он обвёл рукой их двоих, звёзды, тишину. Кай улыбнулся. — Это лучшая часть. — Что? — Вот эта. Когда все спят, и мы можем просто... быть. — Он помолчал. — Я скучал по этому. По тебе. Ллойд повернул голову, чтобы посмотреть на него. — Мы виделись сегодня утром. — Я не об этом, — Кай снова поцеловал его, на этот раз в уголок губ. — Ты знаешь, о чём я. Ллойд знал. Он тоже скучал — по тем временам, когда их «мы» было чем-то само собой разумеющимся, а не украденными минутами между тренировками и кризисами. Но сейчас, в этой тишине, с руками Кая на своих плечах и звёздами над головой, он чувствовал, что всё правильно. Что бы ни происходило вокруг, у них есть это. Где-то внизу хлопнула дверь, и раздался голос Вайлдфаер: «Кай! Ты обещал колыбельную!» Кай застонал. Ллойд рассмеялся. — Иди, — сказал он, выбираясь из объятий. — Я подожду. Кай поднялся, но перед уходом обернулся. — Не засыпай без меня. — Постараюсь.