«Я - глаз, лишенный век. Я брошено на землю, Чтоб этот мир дробить и отражать... И образы скользят. Я чувствую, я внемлю, Но не могу в себе их задержать. И часто в сумерках, когда дымятся трубы Над синим городом, а в воздухе гроза,- В меня глядят бессонные глаза И черною тоской запекшиеся губы. И комната во мне. И капает вода. И тени движутся, отходят, вырастая. И тикают часы, и капает вода, Один вопрос другим всегда перебивая. И чувство смутное шевелится на дне. В нем радостная грусть, в нем сладкий страх разлуки... И я молю его: "Останься, будь во мне,- Не прерывай рождающейся муки..." И вновь приходит день с обычной суетой, И бледное лицо лежит на дне - глубоко... Но время наконец застынет надо мной И тусклою плевой мое затянет око!» – Максимилиан Волошин, 1905 г.

«Ⲟⲇυⲏ — ⲃ ⲗⲉⲥⲏⲩю жⲩⲧь, ⲕⲟⲅⲇⲁ ⲏⲁ ⲙⲩⲧь ⲣⲉϥⲏⲩю Ⲗⲩⲏⲟй ⲏⲁⲃⲉⲇⲉⲏы ϭⲉⲗⲉⲥыⲉ ⲅⲗⲁⳅⲁ: Ⲕⲁϥⲏⲩⲧь υⳅⲃⲉⲧ ⲃⲉⲧⲃⲉй, ⲥⲡⲩⲅⲏⲩⲧь ⲙⲉϥⲧⲩ ⲏⲟϥⲏⲩю υ ⲧυⲭⲟ ⲡⲟⲕⲁⲧυⲧь ⲕⲟⲗⲉⲥⲁ-ⲅⲟⲗⲟⲥⲁ...» Ⲃⲁⲗⲉⲣυй Ϭⲣюⲥⲟⲃ, 1922 ⲅ. 🌕