Кристина первый раз лепила снеговика. Ну как лепила — это был семейный подряд. За идею, как всегда, отвечала мать. За нижнюю чакру — папка, а Кристина ему помогала. Скатали эту чакру грязной, матери как всегда пришлось оттирать чью-то пятую точку. И ещё спасать: пока мы катали голову и бюст, нарисовались мальчишки и с первобытным криком рванули разрушать наши старания. Я рыкнула на них не менее первобытно — поняли, отступили. Самое сложное оказалось сделать рот. Ягодки, которые должны были пунктиром обозначить лёгкую улыбку, поочерёдно отваливались. Джоконда из снеговика не выходила, скорее Джокер. С носом — та же история. Поэтому на некоторых фото снеговик не комплект)

Я — мать тоддлера. Недавно узнала. Оказывается, так модно называть детей от года до трёх. Говорю мужу. Он: — Ну... Хорошо, что не мама Стифлера. — А это ещё что за мать? — не поняла. — Какого ещё Стифлера? — Ты что, «Американский пирог» не смотрела? Культовый персонаж — мама Стифлера. Главная милфа мирового кинематографа. Хорошо хоть не нужно выяснять, кто такая «милфа». А то вышел бы какой-то замкнутый круг экзотических терминов) И да, тоддлеры меня немного подбешивают. Не в смысле дети от года до трёх, а само слово. Туда же пузожители, овуляшки и сиблинги. А какие слова бесят вас?

Осторожно, воздушные массы 😄