Телеграм канал «Признаки жизни»

Во-вторых, я приняла решение насчёт Юриных прогулов учёбы. Я ужасно от них страдаю. Это мучительная невозможность контролировать то, за что я отвечаю. Я боюсь, что его отчислят, а мест, где бы он мог учиться, не так чтобы много. Их, в общем-то, больше нет. Ну и, конечно, если Юра прогуливает, то я в своих глазах плохая мама. Я не выполняю своих обязанностей. Хотя реально я никак не могу на это повлиять.

И вот мы вчера пошли с ним гулять. И всё, о чём я могла говорить, это было пиление по поводу прогулов, запугивание, тревога, жалобы и бессильные просьбы. Я посмотрела на себя со стороны: это ужас! И Юра мне говорит: хватит сходить с ума. Я сам за это отвечаю. Это моя учёба. Все мои проблемы я буду решать сам. Я, конечно, усомнилась. Но потом решила, что, возможно, он прав. Он должен найти свой путь и свой режим сам.

И я, короче, попустилась. Утром сегодня разбудила его в семь, накормила, и он сразу залёг спать. Час я его как-то пыталась убедить пойти на учёбу. А потом поняла, что всё это тщетно. И забила. Вечером мы поужинали вместе, наконец дружески поболтали. Я не спросила, как обычно, собирается ли он завтра учиться (тем более всё равно это никак не влияет). Стараюсь перестать волноваться и отпустить поводья, тем более лошадь всё равно отказывается скакать. Пусть хоть попасётся спокойно.

Я тут была какое-то время на просветленном вайбе. Типа делилась новостями из мира без тревоги. Закончилось это тем, что вчера я забыла принять свои таблеточки и не сразу это заметила. Вернее, заметила по ужасной внутренней щекотке, невозможности ни на чём сосредоточиться и непрерывном желании есть, чтобы эти ощущения заглушить.

На этом фоне случились следующие вещи:

Во-первых, я встретилась со своей тревогой. Это оказалась интересная встреча, потому что какое-то время я жила без неё как святая, а когда уже отвыкла от неё, она тут как тут. Прикол в том, что я уже как бы отделила её от себя, привыкла к спокойной версии себя и ощутила тревогу как нечто внешнее отношению ко мне. И что она из себя представляет? Это крайне неприятное существо. Это такая дряхлая сморщенная старуха с длинными скрюченными пальцами, которая всё время что-то бормочет, крутит маленькие вещи в руках и бессмысленно переставляет с места на место. Как бы крайне не хотелось бы с ней взаимодействовать! Но я к ней пригляделась. И выяснилось следующее: это моя бабушка Зина.

Тут нужен комментарий. Моя бабушка Зина - мама моего папы. Она годилась по возрасту мне в прабабушки, и мы никогда не были с ней близки. Когда я родилась, ей уже было хорошо за семьдесят, и она была мне очень неприятна. Например, она могла сказать, что не любила моего папу и вообще хотела дочку, поэтому его не кормила молоком (она странная). Ну а я за папу и двор стреляю в упор. В общем, я её сильно не любила. За всю жизнь мы виделись считанное количество раз, потому что она жила в Мурманске.

Но когда я училась в 10 классе, папа перевез её на год к нам, и она стала жить со мной в одной комнате. Мне было 17, а ей - 91. Это было ужасно, потому что комната была восьмиметровая, мне её выделили только за год до того (до этого жила в проходной), и я её намывала, она у меня была такая чистенькая, хорошенькая, с цветами и безделушками. А тут на восьми метрах мы поселились с бабушкой. Она почти ничего не говорила, сидела целыми днями на кровати, отрешенно смотрела в пространство и перекладывала свои тряпочки из одной стопки в другую. Ночью она включала телевизор, чтобы смотреть концерты Баскова (она его обожала), потому что не отличала день от ночи. Короче, год мы так прожили без личного пространства, а потом я её отвезла на поезде в Мурманск. В ожидании поезда стала смотреть её юношеские фотографии - и что? На меня смотрела просто я! Я не похожа ни на кого из членов своей семьи. Но я одно лицо с бабушкой Зиной, которую я терпеть не могла.

И вот теперь ироничная ситуация: человек, от которого мне всегда хотелось бы быть как можно дальше, - это часть меня. Девяностолетняя полуслепая и полуглухая женщина, которая не знает, где она находится и зачем. И это её невыносимую суету и бессмыслицу мне так хочется заглушить своей суетой. Что это за старуха? Да это же парка, плетущая нить моей судьбы.

Вот моя тревога:

Мне не спится, нет огня;
Всюду мрак и сон докучный.
Ход часов лишь однозвучный
Раздаётся близ меня,
Парки бабье лепетанье,
Спящей ночи трепетанье,
Жизни мышья беготня…
Что тревожишь ты меня?
Что ты значишь, скучный шёпот?
Укоризна, или ропот
Мной утраченного дня?
От меня чего ты хочешь?
Ты зовёшь или пророчишь?
Я понять тебя хочу,
Смысла я в тебе ищу…

Трудности жизни с чувством голода

1. Если я голодная, я не могу ничего делать, пока не поем. Даже думать ни о чём не могу!
2. Если я сыта, я не могу ничего есть, даже если это очень вкусное, красивое и любимое. Есть впрок я тоже не могу.
3. Не могу есть не за столом и между полноценными приемами пищи. Есть - так уж есть!

Всем этим прекрасным пищевым привычкам 2 месяца от роду. На их выработку не потребовалось никаких усилий. Короче, к чему это я? Если у вас не получается делать что-то хорошее и не делать что-то плохое - не надо себя ругать! Возможно, вы просто немного больной.

С вас пять тыщ!

А это мой завтрак)

Мы с Хвостиком вам сейчас покажем, как хорошо провести первый день каникул

Ужасно интересно обсудили с ученицей новеллу "Золотой горшок" Гофмана. Двоемирие там совсем не такое, как в "Песочном человеке", где интерпретация событий зависит от точки зрения, а одно и то же можно объяснить по-разному. В "Золотом горшке" мир ОДНОВРЕМЕННО волшебный и реальный. Огоньки на воде - это есть дочери Саламандра, а дочери Саламандра - это огоньки на воде. Возникает подвижная стереоскопическая картинка: старуха-ведьма - это торговка яблоками и при этом дверная ручка, а попугай - серый человечек. И что тогда волшебство? По сути, это сама действительность, когда в ней способны любить и мечтать.

Очень интересный момент, когда Ансельм оказывается в стеклянной банке на столе Линдгорста. Он заперт в стекле, а рядом с ним в банках сидят люди, которые считают себя абсолютно свободными, а его - стоящим на Эльбском мосту и бредящим. Такой момент - абсолютно как из "Матрицы". Мы все несвободны, вне зависимости от представления о жизни, и только некоторые способны это понять. И как выйти из банки-матрицы? У Гофмана это 1. осознание того, что ты там находишься, 2. верность, 3. любовь. Вещи не волшебные и доступные всем!

В общем, в "Песочном человеке" волшебное зло скрытно находится в мире, и от него не спастись. А в "Золотом горшке" мир сам волшебен, а главное и самое сильное волшебство - это любовь и творчество. А ещё источник спасения - самоирония, способность отнестись к себе не так уж серьёзно, посмеяться над собой, над своей нелепостью, неумелостью. Так романтическое томление об идеале снижается до нелепости и глупости, а глупость и нелепость превращается в великое священное безумие поэта. И это и есть открытый каждому путь к счастью в блаженной Атлантиде.

В этой четверти я переосмыслила и пересобрала своё преподавание русского. Главный вывод такой: детей надо очень сильно щемить и одновременно очень сильно любить. С любовью и мягкостью к ученикам у меня нет проблем, но вот щемить мне их обычно лень, а без требовательности они мгновенно перестают стараться. В общем, я много требовала с них (а больше всего с себя), много ждала, и реально увидела, как они подсобрались и заучились. Сегодня у меня часа три после уроков сидели ребята, чтобы закрыть двойки за диктант. И ведь закрыли! Написав по восемь летучек, конечно же) какие же они были счастливые!

Конец четверти!!! Качают мальчика, которому вышла общими усилиями пятёрка по литературе