Я разный. я натруженный и праздный. я целе- и нецелесообразный. я весь несовместимый, неудобный, застенчивый и наглый, злой и добрый. я так люблю, чтоб все перемежалось! и столько всякого во мне перемешалось: от запада и до востока, от зависти и до восторга! я знаю - вы мне скажете: «Где цельность?» О, в этом всем огромная есть ценность! я вам необходим. я доверху завален, как сеном молодым машина грузовая. лечу сквозь голоса, сквозь ветки, свет и щебет, и бабочки в глаза, и сено прет сквозь щели! да здравствуют движение и жаркость, и жадность, торжествующая жадность! границы мне мешают… Мне неловко не знать Буэнос-Айреса, Нью-Йорка. хочу шататься, сколько надо, Лондоном, со всеми говорить — пускай на ломаном. мальчишкой, на автобусе повисшим, хочу проехать утренним Парижем! хочу искусства разного, как я! пусть мне искусство не дает житья и обступает пусть со всех сторон… да я и так искусством осажден. я в самом разном сам собой увиден. мне близки и Есенин, и Уитмен, и Мусоргским охваченная сцена, и девственные линии Гогена. мне нравится и на коньках кататься, и, черкая пером, не спать ночей. мне нравится в лицо врагу смеяться и женщину нести через ручей. вгрызаюсь в книги и дрова таскаю, грущу, чего-то смутного ищу, и алыми морозными кусками арбуза августовского хрущу. пою и пью, не думая о смерти, раскинув руки, падаю в траву, и если я умру на белом свете, то я умру от счастья, что живу. 

сегодня, на подземной парковке (что очень нетипично) ко мне подошел мальчик. прям малыш. уж не знаю, что за положение у него на самом деле, но мне он сказал следующее: «здравствуйте. извините, можно я вам помою фары, я маме коплю на подарок» уж не знаю, посчитаете ли вы меня странной, глупой или наивной, но многое в жизни я воспринимаю как общение со Вселенной и Богом. часто, они меня слышат. так вот, у меня в сумке очень давно лежала тысяча. так получилось, что я никак ее не тратила, ну лежит себе и лежит. я смотрю на нее и думаю: наверное, это тот самый случай, когда надо ее потратить. дала ему эту купюру. вы бы только видели его глаза и радость. ребёнок был ошарашен! благодарил меня неоднократно, и наговорил теплых пожеланий. после того, как он ушел, я заплакала. от чего? не знаю. но я уверенна, что через некоторых людей и животных, с нами разговаривает Бог. я так чувствую. кстати, та бабочка, что разбудила меня утром, на следующий день чудесным образом оказалась в подъезде и сидела именно у моей двери некоторое время. я, кажется, не одна. меня, кажется, оберегают.