Телеграм канал «Распаковка твоей Души 🫧 Энерготерапевт Леся Мойс»

Энергии Октября.
Чётко следовать своему пути, чтобы не упасть, не сбиться с пути.

" Ощущение, что идёшь по канату среди пропости" и важно держать баланс и не отвлекаться, на смотреть по сторонам, а что у других происходит.

Быть максимально продуктивным,
Идет простройка нового фундамента.
Не пытаться "увидеть" всю картину своего будущего, оно будет простраиваться в моменте.
Четкий фокус на внутренний компас, чувствование своего пути.

Запись на диагностику/ энергосессию @Olesiamois

Подсознание шепчет: «Если этот закрытый, холодный мужчина наконец-то выберет меня, бросит ради меня семью или растает — значит, со мной всё в порядке».
Но чужие мужья и холодные партнеры не лечат детские раны. Они лишь вскрывают их снова и снова.

Продолжение следует 👉

Часть 3. «Синдром голода по отцу и рождение тихой роскоши»

До брака с князем за Грейс Келли закрепилась репутация женщины, которая выбирает «не тех». Ее романы были со взрослыми мужчинами, наставниками, режиссерами — и почти все они были несвободны (Кларк Гейбел, Герои Купер,
Рэйн Милланд, Уильям Холден, Олег Кассини).

Почему нас тянет к недоступным?
На языке психотерапии это называется «хронический голод по отцовской фигуре».

Если в детстве папа был холодным, критикующим или эмоционально отсутствующим, детская психика связывает два понятия: «Любовь» = «Холод и Недосягаемость».

Вырастая, такая женщина не может влюбиться в теплого, надежного и свободного мужчину — ей с ним скучно, в ее теле нет привычной химии страдания. Ее бессознательно тянет туда, где есть дистанция:

• К женатым мужчинам (где она всегда на вторых ролях).

• К эмоционально холодным партнерам, чье внимание нужно вымаливать и заслуживать.

Оскар, который не заметил отец

В 1955 году зал замирает. 26-летняя Грейс Келли поднимается на сцену, чтобы забрать «Оскар» за лучшую женскую роль. Весь мир аплодирует ей стоя.

В этот же вечер репортеры берут интервью у ее отца. И Джек Келли на весь мир произносит пощечину:
«Я не могу поверить, что победила Грейс. Если бы это была Пегги — да."

В эту секунду рухнула главная надежда Грейс: заслужить любовь отца своими победами.

Часть 2. «Оскар для нелюбимой дочери: Почему победы не лечат детские раны»

Если отец Грейс Келли был олимпийским чемпионом, то мать, Маргарет Майер, не уступала ему ни в чем: модель, чемпионка по плаванию и первая женщина-тренер в университете.

В их доме царил беспощадный культ дисциплины и результатов. Никто не имел права быть просто обычным человеком. Единственной валютой в семье была победа.

Но Грейс росла в глубочайшем эмоциональном дефиците. Золотым, боготворимым ребенком в семье была старшая сестра Пегги — спортивная, громкая, волевая. Отец открыто обожал ее и даже журналистам на пике мировой славы Грейс бросит фразу: «Мы всегда думали, что Пегги добьется большего. А Грейс... она просто всегда была где-то рядом».

Психосоматика «невидимого ребенка»
Маленькая Грейс была тихой, пухлой, носила очки с толстыми линзами и бесконечно болела. Астма, простуды, аллергии...

С точки зрения глубинной психотерапии, ее болезни были единственным способом стать видимой для холодного отца. Если тебя не замечают здоровой — тело начинает разрушать себя, чтобы вымолить хоть каплю внимания и любви.
Травма обесценивания и путь бунтаря

В 1947 году система дает сбой: Грейс проваливает экзамен по математике и не поступает в колледж. И тогда она совершает свой первый бунт — уезжает в Нью-Йорк и поступает в Американскую академию киноискусства.

Отец в бешенстве. Для ирландца-католика профессия актрисы граничит с позором. Он выдает ей деньги ровно на то, чтобы не умереть с голоду.

И Грейс начинает работать сама. Она понимала , что не хочет возвращаться домой, где ее ждёт контроль и обесценивание . Она решает, что ДОЛЖНА себя обеспечивать финансами и никогда не просить помощи у родителей, чтобы не выслушивать, что она опять неудачница.
Она становится моделью, продавая своим лицом все — от пива и сигарет до средств от насекомых. Ее идеальное аристократичное лицо становится ее главным активом. Но всю жизнь большую часть выгоды от этого актива будет получать кто-то другой.

Грейс Келли продолжение..

Через несколько недель на Олимпиаде он вырвал золото у того самого английского аристократа, который взял кубок в королевской гребле несколько недель ранее.

Психологический портрет отца:
Нарциссичный, авторитарный, помешанный на культе тела, выносливости, побед и физической силы. В семье Келли царил закон спартанского лагеря: любовь и внимание нужно было заслужить победами. Слабость, слезы, сомнения и уязвимость презирались.

Главный закон Джека Келли:
«Ты стоишь ровно столько, сколько твоих кубков стоит на полке»
.
Грейс росла в атмосфере, где воздух был пропитан одной-единственной программой: «Ты должна доказать свое право на место под солнцем».

Даже став мультимиллионерами, семья Келли продолжала воевать с высшим обществом за признание. И Грейс росла во всем этом. Хорошая девочка боялась всегда, что отец ей сделает замечание над ее манерами, внешностью, заслугами.

Чувствуете эту атмосферу в доме?
Дальше еще интереснее..