Страх в управлении — это не слабость, а индикатор. Он показывает, где у руководителя заканчивается внутренняя опора и начинается зависимость от внешних оценок. Если всё время искать подтверждение своей правоты снаружи, решения становятся реактивными, а курс размытым.
Зрелый подход не в том, чтобы «не бояться» или откидывать его, как несуществующий, а в том, чтобы признавать страх, проживать его и не отдавать ему управление. Это особенно важно в условиях неопределённости, когда ни одна внешняя оценка не даст полной гарантии успеха принятого решения.
Устойчивость лидера строится не на отсутствии страха, а на способности действовать вместе с ним.
Вопросы для размышления:
- На что я опираюсь, принимая решения: на свою цель или на чужие ожидания?
- Какие страхи в моей работе связаны с реальными рисками, а какие с неопределённостью?
- Я чаще подавляю страх, убегаю от него, он меня захлестывает или умею его признавать и проживать?
- Что помогает мне сохранять внутреннюю устойчивость в сложных ситуациях?
- Не пытаюсь ли я иногда угодить всем, теряя собственный управленческий курс?
Сегодня большинство прогнозов о будущем строятся вокруг экологических угроз, дефицита ресурсов или геополитической нестабильности. Авторы книги «Сплетённый мир: кошка перевернулась. Доклад Римскому клубу» С. Б. Переслегин со товарищи предлагают гораздо более радикальную гипотезу: проблема не в отдельных кризисах, а в том, что исчерпала себя сама логика развития индустриальной цивилизации. Если это так, то привычные инструменты управления становятся всё менее эффективными.
Особенно интересна мысль о тройном кризисе: технологическом, когнитивном и социосистемном. Для управленцев, стратегов и консультантов это означает, что нельзя решить новые проблемы старыми методами. Мы наблюдаем не просто рост сложности, а смену принципов организации общества, экономики и знаний. В такой ситуации выигрывают не те, кто лучше прогнозирует линейное будущее, а те, кто способен работать с неопределённостью и создавать новые модели мышления.
Самый ценный вывод книги заключается в переходе от алармизма к проектированию будущего. Вместо вопроса «что нас ждёт?» авторы предлагают спрашивать «какое будущее мы можем создать?». В эпоху искусственного интеллекта и ускоряющихся трансформаций именно способность конструировать сценарии становится ключевым конкурентным преимуществом людей, организаций и государств.
Испытываю странные ощущения, когда вижу современное искусство.
Сразу вспоминается про признаки шедевра:
- #смысл, а не копирование
- #мастерство, а не ремесленничество
- #энергия, а не энергичность
Что есть, а чего нет - смотрите сами.
А для меня было радостно наткнуться на стенд с Воловичем и Шемякиным. Брусловского не хватало
Три предпринимателя решили «совместно замутить бизнес». Двое весной всё обсудили, третьего позвали летом с нужными компетенциями, но с неозвученными договоренностями — и вот он стоит, как турист в чужой стране без словаря: «А мы втроем разве так договаривались?» Классика жанра. Пока один думает про доли, второй — про инвестиции, а третий просто пашет и фигачит сделки. Через пару месяцев вдруг выясняется: доходы не те, роли не ясны, а «общая договорённость» оказалась устным фольклором про лебедя, рака и щуку.
Самое смешное (и одновременно грустное), что все взрослые люди. Но вместо того, чтобы на берегу проговорить «а что, если не взлетит?» и «а кто сколько вкладывает и за что отвечает?», а главное "как будем делить не только супер доходы, но и просто убытки", предпочитают верить в магию "мы же свои", "слово мужика" и прочую беллетристику. Потом сидят на длинной встрече, предъявляют претензии и пытаются задним числом изобрести корпоративный договор. Между тем, документ — это не бюрократия, а страховка от превращения партнёрства в хорор сериал. По моей практике, длится такой сериал минимум 3 года и стоит каждому из участников от 10 млн.
Вывод простой и неприятный: пока вы не зафиксировали роли, доли, деньги, выход и срок действия соглашения — вы не партнёры. Вы просто трое оптимистов в одной лодке без вёсел на бурной реке по дороге к водопаду. Обсудите негативный (как делить убытки) и позитивный (как не поругаться из-за прибыли) сценарии, пропишите отношения и правила, вот только потом начинайте совместно "гребсти в светлое будущее". Иначе через полгода будете не успешный бизнес строить, а выяснять, кто кого «не так понял» и что теперь с этим делать.
Россия может вернуть лидерство в космосе только через изменение отношения и системную модернизацию отрасли, где ключевую роль сыграют регионы, способные объединить образование, промышленность и культуру в единую экосистему. Свердловская область обладает уникальными опорами — НПО автоматики, УОМЗ, УрФУ, музеями, культурным кодом — которые позволяют превратить Урал в центр космического развития страны. Но для этого космос должен выйти из музейной элитарности и стать частью повседневности: школ, улиц, городских пространств, медиа и экономики, а 12 апреля всенародным праздником.
Как вовлечь молодежь — создать кадровый лифт, вернуть преемственность поколений и открыть доступ к реальным проектам. Космос должен стать не героическим эпосом, а устойчивой практикой: лаборатории, образовательные центры, фестивали, открытые данные, пилотные проекты, фантастические книги и фильмы. Свердловская область может стать региональным хабом, который соединяет гуманитариев (историки, философы, врачи, юристы), науку (физика металлов и математическое моделирование) и инженеров (Уральская инженерная школа), создаёт новые форматы взаимодействия на площадках Точек кипения и формирует культурно‑технологическую идентичность космической эпохи.
Если Россия выстроит сетевую модель регионов, обеспечит прозрачность процессов и сформирует долгосрочную дорожную карту до 2100 года, то лидерство в космосе станет не мечтой, а управляемой реальностью. Урал в этой модели — точка сборки будущего, где рождаются компетенции, смыслы и инфраструктура новой космической цивилизации. Ка
Под настроение стихи Людмилы Татьяничевой:
"День ото дня редеет неба синь,
Тень облаков над озером нависла,
И ветер с пламенеющих осин
Срывает листьев праздничные числа.
Трубят, курлычут в небе журавли
И, разрезая крыльями пространство,
Следят, как растворяется вдали
Родных полей осеннее убранство,
Холмы и гор обветренные лбы,
И бор, где бродят сытые медведи,
Где белки сушат на зиму грибы
На звонких пнях, откованных из меди."