Телеграм канал «Люди в черном»

В Европе откроют первый центр медицинской сертификации специалистов по обрезаниям

В Брюсселе открывают первый за пределами Израиля центр медицинской сертификации моэлей — ответ еврейских организаций Европы на нарастающее юридическое давление на обрезание в Бельгии и ряде других стран. Европейская ассоциация еврейских организаций (EJA) и Центр раввинов Европы (RCE) объявили о создании Центра передового опыта в области религиозного обрезания (Centre of Excellence for Religious Male Circumcision, CERM), который будет дополнять религиозную подготовку уже практикующих моэлей медицинским образованием, практическими экзаменами и официальной сертификацией.

Программа охватывает оценку состояния новорождённого, гигиену и профилактику инфекций, остановку кровотечения и уход за раной, распознавание осложнений, реагирование на чрезвычайные ситуации и реанимацию младенцев, послеоперационное наблюдение. Экзамены включают разбор клинических сценариев и симуляции экстренных ситуаций; в основе модели безопасности — принцип «распознать, предотвратить, остановить, направить». Надзор за протоколами и стандартами возложен на международный медицинский совет из урологов, педиатров и учёных Бельгии, Британии, Израиля, Италии и Германии — среди них брюссельский уролог Сас Бар-Моше, врач и моэль Джозеф Шпицер, с 2003 года возглавляющий медицинскую часть британского «Общества посвящения» (The Initiation Society), и заведующий педиатрией больницы «Ланиадо» (Нетания) Михаэль Бен-Акон, входящий в межведомственную комиссию Минздрава Израиля по сертификации моэлей.

Еврокомиссар по здравоохранению и благополучию животных Оливер Вархели приветствовал инициативу: «Еврейская жизнь и соблюдение еврейских религиозных обычаев — неотъемлемая часть Европы». Председатель EJA и RCE рав Менахем Марголин пояснил логику проекта: «Наш ответ не может ограничиваться защитой свободы вероисповедания» — нужна профессиональная структура, «прозрачная, документируемая и доказуемая независимой оценкой». Инициатива запускается на фоне неопределённого правового статуса моэлей в Бельгии и попыток ограничить обрезание в других странах Европы.

Именно сейчас, когда антисемитские инциденты в Европе фиксируются на рекордном уровне, а прокуратура Антверпена судит раввинов-моэлей как уголовных преступников по откровенно антисемитскому доносу, вопрос о медицинской сертификации важнейшей еврейской традиции наконец получает реальное решение. Сам Марголин заявил, что дело носит антисемитский характер — не пограничный, не двусмысленный случай, а по логике ограничения полностью тождественный довоенным европейским попыткам ущемить еврейскую практику.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Самое интересное в нынешнем МоргенДуде это сравнение во времени: просто Моргенштерна и Исраэля Йеуды Моргенштерна.

И не говорите, что люди не меняются. Интересно будет дальше понаблюдать.

🔞 Осторожно, мат.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

В ХАБАДе выступают против бесконтрольного использования визуальных образов Ребе и особенно тех, которые сгенерированы ИИ

«Агудас Хасидей ХАБАД» — международная организация Любавичских хасидов — выпустила предпраздничное письмо с прямым предупреждением: чрезмерное и неподобающее использование фотографий, записей, видео и даже бесед Ребе в объявлениях, кампаниях и публикациях не служит духовной связи хасида с Ребе, а действует «лишь как средство привлечения внимания и служения целям рекламы или рекламодателей».

Отдельно упомянуты сборы средств, использующие от имени Ребе разного рода «обещания»: письмо подчёркивает, что даже когда сама цель кампании достойна, публикация его фотографии делается не ради его чести и не ради приближения, а лишь ради усиления самой кампании — и это, не дай Б-г, форма, противоположная уважению. То же касается сугубо личного использования — приглашений, объявлений, «личных профилей», а тем более случаев, когда фотография нужна исключительно для графического оформления: письмо называет это неуместным и неуважительным «даже когда речь идёт о делах святости и о самых возвышенных и важных целях».

Кульминация письма — фраза, которая читается как прямое обращение к искусственному интеллекту, хотя сам термин ни разу не назван: «Страшно даже упоминать о существующей сегодня возможности создавать и подделывать новые изображения из ничего, не дай Б-г», формулировка, которая читается как недвусмысленный намек на генеративные технологии.

Не секрет, что портрет Любавичского Ребе является крайне узнаваемым еврейским изображением во всем мире, и используется также и в популярной изобразительной культуре. Интересно, каким будет результат письма с учётом всего этого.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Харедим в Израиле вооружаются. Несмотря на то, что многие представители сектора не служили в армии, личное оружие в харедимных городах перестало быть редкостью. Как отмечает корреспондент Ynet Шило Фрид, мужчина с пистолетом на поясе — волонтёр ЗАКА или «Ихуд Ацала» — стал частью повседневного облика этих городов.

Масштаб реформы личного оружия от министра внутренней безопасности Итамара Бен-Гвира действительно впечатляет: в 2021 году правом на оружие обладали жители всего 6 населённых пунктов Израиля, в 2025-м — уже 80, а с начала 2026-го список вырос до 126. Всего же более 200 населённых пунктов признаны «зонами с личным оружием», а лицензию успели получить порядка 300 тысяч граждан. В список городов, где произошёл аналогичный скачок, попали места проживания больших харедимных общин: Нетивот, Ашдод, Хариш, Кирьят-Гат, Бейтар-Илит и Модиин-Илит. Среди главных причин скачка запросов на получение личного оружия: 7 октября и серия терактов, направленных именно против харедимных граждан Израиля, как наименее вооруженных.

Отдельная часть реформы — возможность получения оружия волонтёрами экстренных служб, вроде ЗАКА и «Ихуд Ацала». Пресс-секретарь ЗАКА Исраэль Хасид объясняет своё решение вооружиться просто: он выезжает на тяжёлые и деликатные места происшествий и хочет чувствовать себя защищённым, а интерес к этому в его кругу велик. Иллюзий по поводу того, с чем он имеет дело, у него нет: «Оружие — это смертельная опасность и для того, кто его носит», — говорит Хасид, подчёркивая, что в секторе, где многие не служили в армии и с юности не приучены к обращению с оружием, эта ответственность ощущается особенно остро. Держать оружие на себе, признаётся он, значит в любую секунду быть готовым к тому, что оно может привести к тяжёлому инциденту — и называет это колоссальной ответственностью. По его наблюдению, когда в субботу в синагогу заходит вооружённый человек, окружающие ощутимо успокаиваются.

Меняется и то, что раньше выглядело почти немыслимым: харедимные женщины тоже начинают приобретать личное оружие, хотя это противоречит религиозным нормам. Жительница одного из харедимных районов в окрестностях Иерусалима рассказывает, что решение носить оружие созрело у неё из ощущения общей ситуации в стране — благо в её семье есть отслужившие в армии, так что демонстративного сопротивления не возникло. При этом она подчёркивает, что оружие в среде, менее знакомой с обращением с ним, требует особой ответственности, и описывает, как вместе с другими женщинами ходит на тренировки по стрельбе и устраивает «день стрельбища без мужчин» — своего рода клуб по интересам, которого харедимная улица ещё несколько лет назад просто не могла себе представить.

Любопытно, что похожий сдвиг переживают и харедим в США. Американские ультраортодоксы, десятилетиями остававшиеся самой невооружённой религиозной группой страны, после 7 октября и волны антисемитских инцидентов всё активнее осваивают оружейную культуру: мужчины приобретают оружие и носят его в синагогу, открываются еврейские стрелковые клубы вроде «Bullets & Bagels», куда записываются и женщины, никогда прежде не державшие оружие в руках. Отношение, которое ещё недавно казалось несовместимым с харедимной идентичностью по обе стороны океана, становится частью нормы.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Кажется, новая коллекция у Zara называется «Ребе — 2026».

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

❗️ Сообщают, что лидер партии «а-Цибур а-Хареди» Моте Лейтнер ведет переговоры об объединении предвыборных списков с Офером Винтером («Амха Исраэль»).

Такое объединение может добавить Винтеру не менее мандата от харедим, которые не собираются голосовать за нынешние харедимные партии, и видели альтернативу именно в Лейтнере.

Безотносительно продолжения истории, может получиться интересно. Партийный список, где есть харедимный представитель, который выступает за службу в армии и преподавание общеобразовательных предметов в харедимной среде и одновременно араб-сионист, выступающий за Израиль (Йосеф Хаддад), — это новое слово в израильской политике.

На всякий случай: «ведут переговоры» еще не значит, что договорятся.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Сколько стоит мыть посуду с видом на Стену Плача?

В Еврейском квартале Старого города Иерусалима есть кухонная раковина, из окна над которой видна Стена Плача. Обычное, в общем, дело — мыть посуду, смотреть в окно. Разница в том, что за право делать это именно здесь просят 50 миллионов шекелей (около 16,7 млн долларов).

Дом построил в 1973 году архитектор Моше Сафди, — на месте расчищенной после Шестидневной войны площади перед Стеной плача. Пять лет спустя одну из квартир в нём купил молодой солдат американской армии, расквартированный в Иерусалиме, — за «сотни тысяч долларов», по тем временам сумму огромную для военного на службе. С тех пор он там и жил. Сейчас ему 91 год, и он решил продать квартиру, чтобы разделить деньги между наследниками.

240 кв. м, терраса, и — это на самом деле редкость — вид на Стену Плача открывается из каждой комнаты. В Еврейском квартале таких объектов единицы, и рынок для них почти не существует в привычном смысле: сделки случаются раз в несколько лет, а цена не имеет отношения к квадратным метрам и логике рынка. Пару лет назад квартиру пытались продать почти за 100 миллионов шекелей (~26,5 млн долларов), но покупателя так и не нашлось; теперь запрос снижен вдвое.

Ориентиры на этом рынке скудны. В 2022 году квартира по соседству — вдвое меньше по площади, с террасой на крыше и открытым видом на Котель — ушла примерно за 15 миллионов шекелей (~4,5 млн долларов на тот момент). Если считать по аналогии, 50 миллионов за 240 метров с видом на святыню — не завышенная цена, а скорее последняя попытка владельца найти не мечтателя, а реального покупателя.

Остаётся только гадать, что случится с этим рынком в день, когда отстроят Храм. Если вид на Стену Плача уже сегодня стоит четверть миллиона шекелей за метр, страшно представить, во что оценят вид на сам Храм.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала