Еврейская история это часто захватывающая и трагическая хроника идеологической метаморфозы человека на фоне трагедии поколения.
Но даже в таком контексте судьба Мункачского хасидского двора и его лидера, рава Баруха Рабиновича, стоит особняком. До Холокоста город Мукачево (венгр. Мункач) был цитаделью ортодоксального радикализма. Возглавлявший общину рав Хаим Элазар Шапира, автор книги «Минхат Элазар», вел непримиримую войну не только со светским миром, но и с любыми проявлениями компромисса. Он проклинал сионистов, презирал движение «Мизрахи» и даже в харедимной партии «Агудат Исраэль» видел опасных соглашателей. При этом, влияние и популярность Шапира были огромными.
Именно в эту атмосферу в 1933 году попал молодой Барух Рабинович. Он был сыном ребе из польского города Парчев, который (в отличии от других польских хасидских лидеров тех дней) был крайним антисионистом. Способный юный раввин стал зятем ребе из Мункач, а свадьба была грандиозной, с участием тысяч хасидов и гостей — ее запечатлели американские документалисты.
Спустя 4 года автор «Минхат Элазар» скончался, а 22-летний Барух стал ребе. Он возглавил огромную ешиву, контролировал кашрут и решал сложнейшие дела всего округа. О его влиянии писала даже нацистская пресса, называя молодого ребе «фактическим правителем» Подкарпатской Руси.
Будучи польским гражданином, рав Барух был депортирован в концлагерь, но сумел бежать в Будапешт. Там он совершил свой первый «идеологический грех»: начал тесно сотрудничать с сионистскими организациями ради спасения евреев. Рав Барух помогал польским евреям бежать и прятаться, агитировал людей уезжать даже из Венгрии, где на тот момент трагедия Холокоста еще не свершилась. Это был первый «вынужденный» отход от прошлых радикальных позиций.
В 1944 году он сам получил «сертификат» и приехал в Эрец-Исраэль. Здесь рав Барух столкнулся с жестокой реальностью: его немногочисленные хасиды, уцелевшие в огне войны, отвергли своего лидера. Он перестал вести себя как адмор, выглядел «слишком современным» и открыто симпатизировал сионизму. Его первая жена умерла от болезни, оставив его с 5 детьми. Он женился второй раз, и уехал в Бразилию, где стал раввином Сан-Паулу. Там он окончательно превратился в просто ортодоксального раввина. Своих сыновей он направил в «литовскую» ешиву «Тельз» в Кливленде (США), в которой изучение Торы можно было совмещать с образованием в колледже. Это было полное и сознательное отрицание всего того, за что боролся его тесть.
Но история на этом не закончилась, приняв форму драмы. Могущественный Сатмарский ребе, желая «оживить» погибший двор, решил вернуть внуков «Минхат Элазара» в лоно хасидизма. Когда-то ребе из Мункач был гораздо влиятельнее Сатмарского, который был намного моложе его. Пока рав Барух строил жизнь в Бразилии, сатмарские эмиссары убеждали его детей бросить колледж, и «вернуться к корням». Третий сын, Моше Лейб, поддался на эти уговоры и стал новым ребе из Мункача. Это привело к страшному семейному конфликту: сын не просто возглавил общину отца. Он подал на него в суд, требуя передать фамильные реликвии и книги. Сын выбрал путь радикального фанатизма, став духовным антиподом собственного отца.
Вернувшись в Израиль в 1963 году, рав Барух занял пост главного раввина Холона. Он основал в Петах-Тикве хасидскую религиозно-сионистскую синагогу, много работал с молодежью, и был известным моэлем. Написал несколько книг, в которых, среди прочего пытался осмыслить Холокост. Но трагедия семьи на этом не закончилась. Рав Барух запретил 3 детям, вернувшимся к радикальным довоенным идеям и выбравшим маленький и несамостоятельный хасидский двор, читать по себе Кадиш после смерти.
———
Подписаться на «Людей в черном» | Помочь развитию канала
💔
111
❤
22
😢
19
🔥
11
👍
1
👎
1
🤨
1