Телеграм канал «Люди в черном»

Религия полезна для психического здоровья?

Новое исследование Еврейского университета в Иерусалиме проверило расхожую гипотезу — что религиозность защищает психику — и обнаружило нечто интереснее, чем ожидали сами авторы.

Команда во главе с доктором Аароном Черняком, психологом и по совместительству раввином, выпускником Ешива-юниверсити в Нью-Йорке, опросила три тысячи израильских евреев в феврале 2025 года: светских, традиционных, религиозных-сионистов и харедим. Вопрос был, кто лучше справляется со стрессом войны, тревогой в лентах соцсетей и соблазнами цифровой эпохи.

На первый взгляд, ответ подтвердил то, что интуитивно понятно: религиозные респонденты действительно реже страдали депрессией, тревожностью, посттравматическим расстройством и зависимостями — как от веществ, так и поведенческими. Авторы отмечают, что исследование велось на фоне продолжающейся в Израиле войны — а значит, дает редкую возможность увидеть, как формируется психологическая устойчивость в условиях затяжной коллективной травмы и постоянного контакта с тревожным контентом в сети. Но когда исследователи разложили результат на составляющие, картина усложнилась. Защита исходит не столько от самой религии, сколько от двух вещей, которые она обычно с собой приносит: ощущения, что жизнь имеет смысл, и более скромного присутствия в соцсетях с меньшим контактом с травмирующим контентом — кадрами войны и языком ненависти в комментариях.

Стоило статистически учесть эти два фактора — и религиозность стала из предиктора психического здоровья — важным стимулом для определенного поведения. Единственное исключение — злоупотребление психоактивными веществами: здесь религиозная принадлежность продолжала работать сама по себе, что исследователи связывают с общинными нормами и социальным контролем, характерным для религиозной среды.

В интервью Jerusalem Post Черняк разобрал соблазнительную, но слишком простую версию объяснения — дескать, у религиозных людей просто меньше свободного времени на дурные привычки: больше детей, учебы, три ежедневные молитвы в синагоге. Он с этим не согласился: структура и занятость сокращают возможности для зависимости, но не саму уязвимость, которая ее порождает. Дело не в занятости как таковой, а в том, насколько наполненным смыслом ощущается то, чем человек занят. Большая семья и молитвы не защищают автоматически — они работают, когда воспринимаются как осмысленные.

Здесь Черняк честно признаёт слабое место исследования — причинность может работать и в обратную сторону. Человек, у которого уже есть депрессия, тревожность или зависимость, вполне может сам отдаляться от общины, компенсировать нехватку живого контакта соцсетями и постепенно терять ощущение смысла — то есть не смысл жизни защищает от расстройств, а расстройства разрушают смысл жизни и связь с общиной.

Практический вывод обращен уже не только к религиозным людям: смысл жизни — не врожденное свойство, а ресурс, который наращивается через действие, а не только через самокопание. Черняк советует то, что понятно любому: звонок родственнику, час волонтерства, участие в общинном мероприятии, которое обычно пропускают, — работают лучше, чем попытки нащупать смысл в одиночестве.

Что касается новостей и соцсетей, совет тоже прост, хотя следовать ему трудно: выделять фиксированное время на проверку новостей вместо постоянно открытой ленты, отдавать предпочтение немногим надежным источникам вместо думскроллинга, и различать информированность — которая требует знать, что произошло, — и потребление шокирующих кадров, которое почти никогда не добавляет новой информации. Зато добавляет моральных травм и страданий.

Получается любопытный парадокс для Израиля, где религиозность в последние годы растет: сама по себе эта тенденция не гарантирует автоматического снижения зависимостей и тревожных расстройств. Религия защищает не по умолчанию, а в силу того, что наполняет жизнь смыслом и — как бы иронично это ни звучало — ограничивает скроллинг.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Атмосфера приближения Рош а-Шана на озере Атитлан в Гватемале.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Невидимая нить вокруг Манхэттена: ютубер с 28 миллионами подписчиков объяснил миру, что такое ирув

«The Invisible Wire Around Manhattan» — тема шаббата внезапно вышла в топ соцсетей не через нишевый еврейский канал, а через один из крупнейших нонфикшн-каналов YouTube. Zack D. Films — канал коротких «занимательных фактов» на любые темы, от медицины и техники до истории и природных курьёзов; у него около 28 миллионов подписчиков и десятки миллиардов суммарных просмотров. 40-секундный ролик про невидимую леску вокруг Манхэттена за два дня собрал уже десятки миллионов просмотров на разных платформах, и счётчик продолжает крутиться.

Фактура ролика при этом на удивление корректна — почти. Автор показывает, как рабочие натягивают леску между столбами, пока не будет окружён весь остров, объясняет, что раввин объезжает границу и чинит обрывы до захода солнца в пятницу, и — что важнее для вирусности — переводит это на понятный аудитории язык: без этой лески наблюдающие евреи не могут вынести из дома буквально ничего, включая коляску с ребёнком, а с леской — весь остров технически становится одним частным двором. Правда, в одном месте блогер ошибся: среди запрещённого без ирува он показывает кошелёк — а деньги относятся к категории мукце и запрещены к переносу в Шаббат в принципе, вне зависимости от того, есть эрув или нет.

Реальность ещё эффектнее, чем в ролике. Раввин Моше Таубер каждый четверг и пятницу выезжает из дома в округе Рокленд около 3:30 утра и объезжает почти 20-мильную линию, огибающую большую часть острова — от 126-й улицы в Гарлеме до Бэттери-парка и обратно вдоль Ист-Ривер. Все обнаруженные обрывы должны быть устранены до захода солнца в пятницу, когда начинается Шаббат. Ирувом руководит организация Manhattan Eruv под раввинским надзором. Сопрезидент организации, раввин Адам Минц, сам ежегодно занимается сбором средств среди примерно дюжины манхэттенских синагог и общинных структур — плюс частные пожертвования. Городской бюджет к этому отношения не имеет: по разным оценкам последних лет содержание обходится от $125 до $200 тысяч в год. Манхэттенский ирув в том или ином виде существует больше века и считается одним из самых длинных и дорогих в мире.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Синагога вместо туалета: подростки громят памятник национального значения в Гусятине

Подростки в Гусятине (Тернопольская область, запад Украины) регулярно занимаются вандализмом в старинной синагоге — памятнике архитектуры национального значения, который уже около года фактически стоит бесхозным, несмотря на охранный статус.

Речь об одной из всего семи синагог в Украине с таким статусом — оборонной синагоге XVII века, редком памятнике ренессансной фортификационной архитектуры. Около года назад в здании обрушилась часть стены; образовавшийся пролом открыл свободный доступ внутрь, и с тех пор, по данным местного краеведа Бориса Голяева, участника сообщества «Гусятин исторический», сюда регулярно наведываются подростки 10–17 лет. Внутренние двери взломаны, окна разбиты, среди руин оборудован стол для распития алкоголя. Голяев, попытавшийся самостоятельно заделать пролом, вынес из здания «мешок пустых бутылок, шприцы и использованные презервативы» — и предупредил, что это лишь временная мера, не способная реально защитить памятник. Он также призвал родителей проверить телефоны детей: кадры посиделок в руинах синагоги уже разошлись по соцсетям.

При этом ответственность за состояние здания местные и областные структуры перекладывают друг на друга. Поселковый совет заявил, что синагога не находится в его ведении, и отправил вопрос в Тернопольскую областную военную администрацию, на балансе которой памятник формально числится, — притом что средств на его содержание у общины попросту нет. Дополнительный штрих: в центре поселка нет общественных туалетов, и территория синагоги фактически стала их заменой.

История Гусятинской синагоги, помнящей еврейскую общину, существовавшую здесь на протяжении веков, свелась к формуле, знакомой десяткам подобных памятников на постсоветском пространстве: статус национального значения есть, а значения для тех, кто должен его охранять, — нет. Хотя украинский закон однозначно охраняет памятники даже от мелкого подросткового вандализма.

Нейрослоповый Гундяев в образе коэна из иерусалимского Храма. На коне.

Это предвыборный ролик одной из израильских партий. Весь выкладывать страшно — потянет на преступление против человечности.

И этот кадр еще как-то развидеть надо.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Партию ШАС в начале 1980-х создал рав Овадья Йосеф — как общий дом для всех сефардов Израиля: и харедимных, просто религиозных и традиционных (масортим). Задача была — вернуть сефардам, которых в Израиле воспринимали евреями второго сорта, достоинство, дать им собственное представительство. Во главе движения тогда стоял безусловный духовный авторитет.

Арье Дери оказался в партии с самого начала, и не рядовым активистом. В 1984 году он стал секретарём Совета мудрецов Торы, через год — генеральным секретарём движения. В 29 лет, ещё до избрания в Кнессет, Дери стал министром внутренних дел — самым молодым министром в истории Израиля. Так с первых лет ШАС строилась вокруг тандема «духовный авторитет Марана (титул духовного лидера) — исполнительная воля Дери», и Дери с юности привык быть тем, кто решает, а не тем, кто спрашивает разрешения. После обвинительного приговора и трёх лет тюрьмы (1999–2002) он на время сошёл со сцены, но вернул себе власть в партии.

С этого момента баланс окончательно сместился в его пользу. Формально Совет мудрецов Торы — высший орган партии — остаётся инстанцией, чьё слово обязательно для депутатов и министров ШАС, и кто утверждает списки политиков к выборам. На практике же Дери превратил партию в структуру, где решения принимаются лично им, а раввины благословляют. Это началось ещё при жизни рава Овадьи. После смерти великого духовного лидера фигуры с равным авторитетом не нашлось. Арье Дери распоряжался не только политиками, но и тем, кого из раввинов назначать в совет.

Так продолжалось до тех пор, пока рав Ицхак Йосеф, один из сыновей рава Овадьи, не решил вернуть себе положение отца. В раввинской среде возражающих раву Ицхаку не нашлось — его авторитет огромен. Но есть один человек, кто признавать власть раввина отказался: Арье Дери.

Как можно разрушить авторитет и влияние одного из самых заметных политиков Израиля последних десятилетий? Рав Ицхак Йосеф и его команда — а стоит полагать, что все заявления были заранее продуманными ходами, — точно знали, куда бить. Призыв харедим — центральный вопрос израильской политики, и болезненный именно для ШАС, часть избирателей которой — харедим, а часть — традиционные религиозные сефарды, которые служат в армии.

Рав Ицхак резко высказывался против призыва харедим в ЦАХАЛ — причём не только учащихся ешив, а вообще любого харедимного юноши. «Если нас заставят идти в армию — мы все уедем за границу», — заявлял он, а получившим повестку советовал: «Разорвите её, бросьте в унитаз и смойте воду. Ничего, не считайтесь ни с чем, не бойтесь…»

Заявления ставили Дери в неудобное положение: партия вела переговоры о законе о призыве и нуждалась в образе умеренности, а не в скандальных цитатах духовного лидера. Но куда болезненнее было другое — рав Ицхак Йосеф требовал формального титула «президент Совета мудрецов Торы», то есть официального статуса преемника отца и реального веса в партийных решениях. Дери упорно отказывал: ссориться с раввином открыто он не мог, но и делиться властью не хотел.

Итогом стал фактический раскол. На фоне скандала с законом о призыве и арестов уклонистов в СМИ начали появляться утечки — записи, на которых раввины, включая самого рава Ицхака Йосефа, откровенно жалуются на утрату влияния и на политику Дери. Раскол появился и в опросах: традиционный сефардский электорат начал отворачиваться от партии.

Развязка наступила буквально на днях, перед стартом предвыборной кампании. Дери лично явился в дом рава — с письмом, в котором рав Ицхак Йосеф признаётся продолжателем пути отца. Взамен рав Йосеф получил не желанный титул, а обещания, реальность которых покажет время.

На публике примирение оформили заявлением рава Ицхака в поддержку солдат: «Мы любим солдат, мы любим весь народ Израиля! Но нужно знать, что Тора идёт вместе с солдатами — без Торы невозможно. Люди порой этого не понимают».

Чем закончится история, мы не знаем — думаем, что последняя глава ещё не написана. Но в вопросе о ролях раввинов в политике можно ставить точку. Никакой духовный авторитет не заменит политической власти.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала

Главное — быть на стиле. А транспорт можно подобрать.

———
«Люди в черном» | Помочь развитию канала