Безруков А.О. Новая война и что нам делать // Россия в глобальной политике. 2026. Т. 24. № 4. С. 32–49.
Полковник разведки (в отставке), член президиума Совета по внешней и оборонной политике.
Что нам делать?
Принять войну как новую нормальность.
Мировая война уже идёт, где-то «ползучая», а вокруг нас – открытая. Целесообразно исходить из того, что худшее впереди. В статье, написанной более десяти лет назад, я поднимал вопрос о необходимости нового взгляда на обороноспособность страны как системную устойчивость ко всем видам атак, где военные угрозы – лишь часть целого спектра проблем, которые могут создать наши противники. Сейчас, десять лет спустя, мы ещё более остро нуждаемся в широком стратегическом диалоге о том, какой будет новая война и что несут новые технологии.
Как утверждают в «РЭНД Корпорейшн», война становится перманентной и растянется на десятилетия. Вне зависимости от того, затронет ли она Россию напрямую, как сейчас, или заденет по касательной, перекинувшись на другие регионы, не одно поколение россиян окажется участником или свидетелем величайшего передела мира. Поэтому нужно искать способы как с войной ЖИТЬ. Как бы тревожно это ни звучало для каждого из нас лично, следующие декаду-две мы будем «воюющим обществом».
Существовать в реальности войны – значит не «выживать», а продолжать идти вперёд, строя страну и будущее по-другому. Развитие экономики, человеческого капитала, управленческих институтов должно, во-первых, учитывать завтрашнюю реальность, а во-вторых, работать на победу – в широком смысле этого слова.
Коалиция желающих превратилась в коалицию выживающих
Девять европейских стран решили вместе с Украиной создать систему защиты от баллистических ракет, пишет чешский портал Lidovky. Но автор статьи предупреждает: это забег на годы, а нужных возможностей у Киева и Европы сейчас нет.
Тем временем Россия, по оценкам экспертов, способна выпускать до 1400 баллистических ракет в год. А требование Зеленского получить 300 ракет Patriot к зиме выглядит нереалистично.
Даже Залужный уже признал: ракетная гонка потеряла смысл. Теперь вопрос в том, как Украине вообще выжить.