Телеграм канал «Литературный и исторический журнал»

Угнетение малых народов в Азербайджане

Когда говорят о современном Азербайджане, большинство людей вспоминают лишь о самих азербайджанцах и о Карабахском конфликте. На деле в этой стране помимо азербайджанцев и армян проживает несколько других народов. Среди них русские, украинцы, евреи, цыгане, грузины-ингелойцы. А также дагестанские народы — аварцы, лезгины, рутульцы, цахуры, будухцы, крызы, хиналугцы, удины. И — ираноязычные народы — талыши, таты и курды. Некоторые из них сталкиваются с систематическими нарушением своих прав на этнической основе...

Об армяно-азербайджанском конфликте известно почти всем. После обретения независимости Азербайджана армяне выставлялись врагами государства. Ещё в 1989 г. в Азербайджане их насчитывалось более 400 тыс., однако западные источники уже в 1993 г. заявляли о всего 163 армянах. При этом считается, что ещё 120 тыс. армян было в Нагорном Карабахе. Взаимная вражда привела к преследованиям по национальному признаку азербайджанцев в Армении и армян в Азербайджане. Азербайджан подписал ряд европейских конвенций по защите меньшинств. Но сделано это было лишь для допуска в Совет Европы. Достаточно разобрать Рамочную конвенцию о защите национальных меньшинств. 16 статья конвенции обязывает Азербайджан отказаться от мер по изменению структуры населения:

«Стороны воздерживаются от принятия таких мер, которые, изменяя структурный состав населения в каком-либо регионе проживания лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, имеют целью ущемление прав и свобод, вытекающих из принципов, изложенных в настоящей рамочной Конвенции».

Имеется немало заявлений о том, что власти Азербайджана намеренно занижают численность малых народов республики. Об этом говорят как представители самих малых народов, так и некоторые правозащитники. Так, перепись 2009 г. насчитала 180 тыс. лезгин. Но сторонники лезгинского националистического движения «Садвал» (в переводе с лезгинского — «Единство») заявляют о 300-400 тыс. лезгин в Азербайджане. То же заявляет и кандидат исторических наук Ариф Юнусов. Занижаются данные о численности талышей. По переписи 2009 г. их 112 тыс., настоящая численность неизвестна. Примерно такая же ситуация и с татами.
Ещё до принятия конвенции азербайджанские власти переселяли беженцев из Карабаха — этнических азербайджанцев — в районы расселения дагестанцев и татов. При этом во время Первой Карабахской войны дагестанцев массово призывали в Азербайджанскую армию. К слову, Азербайджан принимал у себя турок-месхетинцев, бежавших из Средней Азии. Часть этих беженцев также была заселена в северные районы Азербайджана.
Другая статья той же конвенции обязывает соблюдать право на обучение на родном языке. Но на деле правительство чинит различные препятствия изучению родного языка. Например, известно, что большинство дагестанских школ в Азербайджане не имеют вообще никаких учебников родного языка, и лишь некоторые пользуются советскими учебниками. Подготовка учителей тоже почти не ведется. Чтобы получить специальность учителя лезгинского или аварского языка, местные жители вынуждены отправляться на учебу в Дагестан. Такая же ситуация и с учебниками. В начале двухтысячных министерство образования Дагестана выпустило партию учебников лезгинского языка, но азербайджанская таможенная служба отказалась её пропускать.

Романов номер «ноль», или Первый щёголь государства

Пожалуй, начну с того, что в прошлом году наконец-таки довелось мне побывать в старинном русском городе, с красивым именем — Углич. И как известно, главная достопримечательность этого уютного городка — малолетний Царевич Дмитрий. Пятнадцатого мая 1591 года младший сын царя Ивана Грозного восьмилетний царевич то ли был убит подосланными лихими людьми, то ли сам несколько раз напоролся на ножичек вследствие внезапно наступившего обострения «падучей» болезни. Сразу же самосудом казнили четырнадцать человек, и многих поранили. Ну, и началось… всем известное Смутное время. Вместе с толпой туристов стою и смотрю на памятник несчастному

Белград против Оси: короткий бунт и долгая тень войны

85 лет назад, 25 марта 1941 года в Вене, в величественном дворце Бельведер, под хрустальными люстрами и взглядами нацистских дипломатов, премьер-министр Драгиша Цветкович и министр иностранных дел Александар Цинцар-Маркович поставили подписи под Венским протоколом. Королевство Югославия официально присоединялось к Тройственному пакту — союзу Германии-Италии-Японии. Со стороны стран Оси участвовал немецкий министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп, от Италии — министр иностранных дел граф Галеаццо Чиано; Японии — посол в Берлине генерал Хироси Осима. То был не триумфальный жест, а вынужденный шаг под тяжёлым прессингом Берлина. Регент князь Павел Карагеоргиевич и его правительство видели в пакте единственный способ оттянуть неизбежное вторжение. Гитлер обещал «гарантии», которые на бумаге выглядели довольно заманчиво:

уважение суверенитета и территориальной целостности Югославии,
отказ от транзита немецких войск через её территорию без согласия,
отсутствие обязательств по военной помощи Оси,
тайное обещание передать Югославии греческий порт Салоники после победы над Грецией.
Но обещания сии не смогли заглушить гнев народа. Особенно среди сербов, православного духовенства, армии с интеллигенцией. Улицы Белграда заполнились протестующими. Лозунги, ставшие легендарными: «Лучше война, чем пакт!», «Лучше гроб, чем рабство!», «Лучше могила, чем пакт!». Подписание восприняли как национальное предательство. Через два дня, 27 марта, всё перевернулось. Группа старших офицеров югославской армии — в основном сербы из ВВС — при активной моральной и разведывательной поддержке британской Special Operations Executive (SOE) осуществила государственный переворот. Ключевые фигуры: генерал Душан Симович и бригадный генерал Боривое Миркович. Регент Павел свергнут и выслан в изгнание. 17-летний король Пётр II Карагеоргиевич объявлен совершеннолетним: чисто юридический ход — власть сразу становилась полноценно монархической, без регентства. Новое правительство во главе с Симовичем сразу дало понять: пакт мёртв. Югославия поворачивается лицом к Великобритании, а 5 апреля подписывает с СССР договор о дружбе и ненападении — символический жест поддержки от Москвы.
Адольф Гитлер воспринял переворот как личное оскорбление и стратегический удар в спину. Вечером 27 марта он подписал директиву № 25 («Операция 25»): Югославию уничтожить «с беспощадной жестокостью». Уинстон Черчилль, напротив, ликовал: «Югославия обрела свою душу» — слова, которые он произнёс публично и позже повторил в мемуарах. 6 апреля 1941 года началось вторжение Оси — одновременно с продолжавшейся кампанией в Греции. Удар был молниеносным и жестоким: массированная бомбардировка Белграда — «Операция Возмездие» — Strafgericht. Сотни бомбардировщиков и пикировщиков-юнкерсов с неубирающимися шасси в характерных обтекателях сбросили тонны бомб и зажигательных снарядов. Центр города превратился в руины: разрушено или сильно повреждено более 700 зданий, сгорела Национальная библиотека Сербии с бесценными рукописями. Жертвы среди гражданских — от 2-4 тысяч по официальным данным до 10-17 тысяч по независимым оценкам, включая неопознанных жертв. Атака пришлась на православное Вербное воскресенье — город был полон людей. В свою очередь, наземное наступление произведено с нескольких направлений

Запредельное свечение Игоря Грабаря. К 155-летию

155 лет назад, 25 марта 1871 года родился Игорь Эммануилович Грабарь, русский живописец, график времён Серебряного века и первых советских десятилетий, работавший в Санкт-Петербурге и затем в Москве. Один из лидеров круга «русских импрессионистов», знаменитый искусствовед, общественный деятель. Кропотливые реставрационные работы в Андрониковом монастыре вылились в организацию музея древнерусского искусства Андрея Рублёва, которой руководил И. Грабарь, очень тонко чувствовавший иконописный мир. Свечение сквозь него — запредельного. Интересно происхождение И. Грабаря: он родился в Будапеште, входившим тогда в состав Австро-Венгерской империи, в семье русинского общественного деятеля, избранного депутатом венгерского парламента. Но крещён будущий художник был в православие, и в России Илья оказывается только в районе десяти лет; рано расслышав зов, никогда и не мечтал о другой деятельности, кроме живописной.

Россия-Япония. Стадия «Высокого прилива»

В предыдущем очерке были рассмотрены причины взрывного роста интересов японцев к идеям социализма, и как следствие — столь же бурному росту численности Компартии Японии (достигла 300 000 чел, самая крупная компартия в тогдашних капстранах), общества Ниссо синдзян кэкай («Японо-советской дружбы»), социалистически ориентированных профсоюзов (Сохё)...

Бывшие японские пленные стали главным «мотором» этого роста, потому что именно они ближе всех видели кастовое устройство своей армии, почти расовые барьеры между рядовыми и старшим офицерством, самурайским по духу. Плюс они видели — как быстро эта армия развалилась, проиграла советской. И… главное: в плену они смогли разглядеть поближе ту советскую армию, где солдаты и командиры не были представителями разных каст, где отдачи приказов не сопровождались пощечинами, и т. д. Правда, социалистические идеи не были единственным объяснением того значительного культурного влияния нашей страны на Японию. Значителен был интерес, порой даже пиетет японцев пред русской литературой, культурой — феномен, проявившийся примерно с конца 19 века, каковому не помешала и Русско-японская война 1904—1905 гг.
Реставрация/революция Мэйдзи, модернизация Японии открыла ее влиянию Англии, Германии, Франции, США, России. Как именно, благодаря чему Россия заняла столь внушительное место в этом «концерте» — объяснить непросто. В перечне причин можно назвать и ту особую «всечеловечность» русской натуры, отмеченную самым любимым иностранным писателем японцев — Достоевским. И особые «коды азиатской комплементарности», российское ноу-хау, позволившее за полвека пройти всю Сибирь, ужиться с сотней народов, племен. О нем не раз упоминалось в очерках вроде этого. Там цитаты из Джорджа Керзона (министра иностранных дел Британии) и других политиков, ученых, изучавших «причины устойчивости позиции русских на Востоке» (американский сенатор Бэверидж), в основном — об отношениях с азиатскими народами, включенными в нашу Империю… «Россия бесспорно обладает замечательным даром добиваться верности и даже дружбы тех, кого она победила» — Керзон. Но многое в душевном складе, поведении русских вызывало приязнь и приятие и у тех, кого они не включили в Империю, НЕ победили (даже наоборот!). В обоих случаях азиаты не видели у русских того… «вида превосходства и мрачного высокомерия, который в большей степени воспламеняет злобу, чем сама жестокость» (опять Керзон)... То есть — не чувствовали снобизма. Вроде — «белые», но не бравируют «бременем белого человека».
Пример «от обратного» (с кем нас сравнивали) дал японский премьер-министр периода Второй мировой войны генерал Хидэки Тодзио, признанный на Токийском процессе «главным преступником». После 1905 года мрачный, холодно замкнутый даже по японским меркам Тодзио считал, что Япония слишком мало получила за свою победу, что с России надо было взять гораздо больше. И вот он путешествует по западным странам, помогавшим Японии выиграть ту войну и… становится самым убежденным анти-западником. Пёрл-Харбор, Сингапур, Индонезия — победы именно его курса…

Главный урок истории: Олимпиада — лишь вершина айсберга

Каждые два года мир замирает перед экранами. Стадионы сияют огнями, флаги колышутся на ветру, а комментаторы с придыханием произносят имена героев. Почти пятьсот медальных стартов, десятки видов спорта, тысячи историй — от триумфа до трагедии. Современные Олимпийские игры стали не просто соревнованием силы и выносливости, а глобальным ритуалом: праздником идентичности, мирным состязанием амбиций, театром человеческих возможностей...

«Сон тени — человек.
Но когда от богов приходит сияние,
светлая жизнь озаряет людей». Пиндар

Мы привыкли считать их чем-то вечным — словно они всегда существовали в этом знакомом формате телевизионной трансляции и рекламных контрактов. Но их корни уходят в пыль античных стадионов Эллады. С 776 года до н. э. и вплоть до 393 года н. э. игры в Олимпии собирали атлетов со всего греческого мира. Бегуны, борцы, колесничие — они состязались не только ради славы, но и во имя богов. Однако история редко бывает милосердной к традициям. В 393 году н. э. император Феодосий I запретил языческие празднества, и Олимпийские игры ушли в небытие вместе с античным миром.
Казалось, неугасимый пепел времён поглотил их навсегда. Но в XIX веке французский энтузиаст Пьер де Кубертен, очарованный античностью, решился вернуть миру забытый символ соперничества и единства. В 1896 году в Афинах прошли первые возрождённые Олимпийские игры — и древний миф ожил. Однако Олимпия была лишь частью куда более обширной картины. Античный мир знал не одну, а целую систему «панэллинских» игр. Олимпийские входили в цикл четырёх великих состязаний.

Из кумиров либералов — в «монархическую династию»

После ареста и изгнания генерала и экс-президента Паэса новым президентом Монагасом, оппозиционные консерваторам либералы, казалось, могли торжествовать. Но вскоре их радость сменилась жесточайшим разочарованием… Действительно, еще в 1847 году, вскоре после избрания Хосе Тадео Монагаса президентом страны, прежде всего благодаря голосам завоевавших большинство на парламентских выборах консерваторов, оппозиционная либеральная партия стала возлагать на нового главу государства все свои мыслимые и немыслимые надежды...

Ее пресса просто-таки соревновалась в настоящих панегириках, больше напоминающих раболепные оды, слагаемые придворными «стихоплетами» в честь коронованных особ, коим эта публика обычно преданно служила. Вот только некоторые цитаты из фундаментальных исследований испаноязычных авторов, посвященных фигуре президентствующего генерала, ставшего первым настоящим диктатором по-настоящему независимой Венесуэлы:
«Вам удалось вернуть нам блага, которые мы считали утраченными. Мы должны поддерживать вас, как и подобает правителям, до сих пор, руководствуясь желанием и волей большинства. Продолжайте с той же независимостью и патриотизмом, с которыми вы проявляли себя в своей отеческой администрации. Мы (...) предлагаем вам в качестве поддержки наших людей и имущество, и надеемся, что вы примете наше предложение…»
А здесь уже либеральные журналисты даже превзошли самих себя — используя терминологию не слишком почитаемой ими Католической церкви. Которую они всегда в большей или меньшей степени хотели «отделить от государства», а еще больше — отделить от церкви ее имущество, проведя «секуляризацию». Но на какие компромиссы не пойдешь ради красного словца, — вспоминая известную остроту, можно не только «не пожалеть отца», но и чистоту собственных якобы «непоколебимых» убеждений:

«Да хранит их Господь и Божья Матерь. Правительство Монагасов наслаждается счастливой судьбой; ведь Бог дарует им жизнь и радость. Монагас и Гусман (общепризнанный лидер либеральной партии), вы оба принесли своей стране огромную пользу, которую принесли, о святая мадонна. Умрите, подлые олигархи, лживые и недостойные псы, да покарает вас Господь отмщений, которых вы достойны...»

Неудивительно, что эта публика однозначно рукоплескала осуществленному Хосе Монагасом разгону Национального Конгресса в январе 1848 года, — сопровождающегося убийствами народных избранников. Хотя, согласно Конституции 1830 года, формально не отмененной почти до конца 50-х, президент не имел права не то что распускать законодательный орган, — но даже и просто препятствовать деятельности его палат. Как, кстати, и становиться без одобрения законодателей командующим армией — этот пост должен был занимать отдельный генерал. Впрочем, как раз с этой «коллизией» «надежда либералов» справился просто-таки виртуозно, — в ходе своих самых срочных реформ максимально ослабив армейские структуры в целом, заодно «почистив»