Телеграм канал «Литературный и исторический журнал»

Как Россия на 20 лет обогнала Америку в воздухоплавании

Морской офицер Александр Федорович Можайский, дослужившийся до звания контр-адмирала, стал одним из первых в мире, кто всерьёз взялся за создание моторного летательного аппарата тяжелее воздуха — того, что мы сегодня называем самолётом...

Можайский родился 21 марта 1825 года в Кронштадте (по другим данным — в Роченсальме, ныне Котка, Финляндия, — ред.). С детства служил во флоте, участвовал в дальних походах, но — настоящей страстью его жизни стало наблюдение за полётом птиц. Ещё в 1850-е годы начал задумываться: почему бы человеку не создать аппарат, который летит по тому же принципу — на неподвижном крыле и с тягой двигателя? В 1876 г. Можайский построил и успешно испытал летающие модели своего аппарата. Одна из них, маленькая «Летунья», шла со скоростью более 5 м/с, неся груз около 1 кг. В 1880 году он подал заявку на патент. 3 ноября 1881 года получил первый в мире патент на самолёт, так называемую «Привилегию № 103», — патентную грамоту на «воздухоплавательный снаряд». К 1882—1883 годам под Красным Селом (под Санкт-Петербургом) был построен полноразмерный аппарат: моноплан с большим крылом (размах около 23 м), лодкообразным фюзеляжем, хвостовым оперением и двумя паровыми двигателями (10 и 20 л.с.), приводившими в движение пропеллеры. Агрегат имел взлётный вес около 820-950 кг, рассчитывался на скорость до 40 км/ч. Для разгона использовалась наклонная деревянная рампа, аналогично некоторым ранним экспериментам в Европе: навроде разгона алюминиевого моноплана с паровым двигателем (одного из первых полноразмерных моторных аппаратов тяжелее воздуха) француза Феликса дю Тампля, 1874 г., самого классического, часто упоминаемого примера.

Англо-Афганские войны и Россия

Афганистан стал ключевой точкой в геостратегических играх XIX века, играя роль буферной зоны между интересами Британской империи в Индии и Российской империи в Средней Азии. Обе державы опасались влияния независимых афганских племен, которые могли обострить ситуацию в приграничных регионах их империй. В конечном счете, Афганистану позволили сохранить независимость, поскольку его завоевание представлялось делом сложным и, возможно, недостаточно выгодным...

На заре Великой игры в XIX веке Афганистан находился под правлением Дост Мохаммада. Этот период характеризовался интенсивным соперничеством Британии и России за контроль над Центральной Азией. В 1826 году решительный и амбициозный Дост Мохаммад сумел взять верх над своими братьями и закрепить свою власть, заняв трон в Кабуле. Провозглашённый эмиром, он начал новый этап в истории Афганистана. Хотя британский интерес к региону впервые проявился в 1809 году на фоне соглашения с Шуджой-шахом Дуррани, именно во времена правления Дост Мохаммада, первого из династии Мухаммадзаи, Афганистан стал ареной первых маневров в рамках так называемой «Большой игры». Этот конфликт между Великобританией и Россией развернулся на фоне встречи их взаимных амбиций, сходившихся в регионе. Афганистан стал центром противостояния, где вновь и вновь предпринимались попытки Великобритании установить марионеточное правительство в Кабуле. Остаток XIX века ознаменовался не только усилением европейского вмешательства в дела этого горного государства, но и обострением борьбы между местными правителями, каждый из которых стремился укрепить своё влияние, пока судьба Афганистана обсуждалась далеко за его пределами.
Дост Мохаммад заручился авторитетом среди своих братьев благодаря поддержке со стороны племён кызылбашей по материнской линии и опыту политического наставничества своего брата Фатех-хана. Однако его путь к власти был далёк от простой дороги. Среди главных вызовов, стоявших перед ним, было отражение вторжения сикхов, которые угрожали пуштунским районам к востоку от Хайберского перевала. Урегулировав внутренние дела и укрепив свои владения вокруг Кабула, Дост Мохаммад подвёл силы для противостояния с внешним противником.
В 1834 году он смог отбить попытку бывшего афганского правителя Шуджи-шаха вернуть себе трон, однако эта борьба на время отвлекла эмира от ситуации в других частях страны. Сикхи воспользовались моментом, закрепившись на западных территориях, включая важный город Пешавар. В ответ на это войска Дост Мохаммада под предводительством его сына Акбар-хана одержали впечатляющую победу над сикхами в битве при Джамруде в 1836 году. Джамруд, ключевой пункт обороны в пятнадцати километрах от Пешавара, стал местом значимого триумфа для афганцев.

Но, несмотря на этот успех, афганский лидер не стал развивать наступление ради возвращения Пешавара. Вместо этого он обратился за поддержкой к Джорджу Идену, лорду Окленду, тогдашнему британскому генерал-губернатору Индии, рассчитывая на внешнюю помощь для борьбы с сикхами. Этот шаг сыграл ключевую роль: именно с этого момента началась активная фаза британского вмешательства в Афганистан. Суть Большой игры заключалась в том, что Британия и Россия неуклонно стремились контролировать или ослаблять небольшие независимые государства, расположенные между их территориальными сферами влияния — и Афганистан стал одним из главных полей для этой глобальной шахматной партии.
Гражданская война в Афганистане, раздирающая страну в XIX веке, оставила серьёзный вакуум власти в регионе Гиндукуш, который не мог остаться незамеченным британцами. Они отлично понимали стратегическое значение этой зоны, что многократно подтверждалось историей: через неё пролегали ключевые маршруты вторжений в Индию.

Учителя и школьники осаждённого города

К светлому дню снятия блокады Ленинграда (27 января 1944 года). Посвящаю эти статьи памяти моих коллег, настоящих героев — учителей блокадного Ленинграда и их учеников. Немало уже написано о героизме жителей блокадного Ленинграда. Это тема, которая заставляет всегда трепетать сердца наших соотечественников любого поколения. Тема невиданного героизма, стойкости перед лицом неистовых испытаний, запредельных, и всё же перенесённых и пережитых большинством жителей города с невероятным достоинством, с верой в то, что выживут они, победят, вернутся к нормальной мирной жизни. Ибо чем ещё можно объяснить невероятную силу тех, кто даже в условиях блокадного города, мучений голода, холода, ежедневных смертей вокруг продолжал учить и учиться: учителей их учеников. Глупое дело — сравнивать поколения. Каждое следующее отличается от предыдущего. Но всё же как бывший учитель не могу этого не делать. Думаю о тех юных, которые выстояли наравне со взрослыми в тяжкие дни войны. О них и пойдёт речь в нашей серии статей, о них и — об их Учителях.
Блокадное смертельное кольцо сомкнулось 8 сентября 1941 года. В этих трагических условиях, когда речь шла о самом выживании, было принято решение о том, что дети Ленинграда должны продолжать учиться. Естественно, что большинство школ закрылось. Перед войной школ в Ленинграде было 571. Часть детей удалось вывезти в эвакуацию. Большинство старших учеников ушло работать на оборонные предприятия. Ленинградские школы помечались на немецких картах как объекты со специальными номерами, подлежавшими постоянным обстрелам. В сентябре учебный год так и не начался: бóльшая часть школьных зданий была отдана для организации госпиталей, пунктов эвакуации, большинство учителей и учащихся средних и старших классов работали на оборонных работах. Учебный год начался только в конце октября—начале ноября. В 1941—42 учебном году, тяжелейшем для города, продолжало функционировать 39 школ, в которых работало 537 учителей. Не все из них увидели конец блокады… В 1942—43 учебном году число школ выросло до 91, в 1944—45 учебном году — 298, в 1945—46 учебном году, уже после снятия блокады, — 309 школ. С первых летних дней войны школьники начали помогать взрослым: учеников 5-6 классов привлекали, чтобы разносить по домам сообщения для родителей о том, что детей лучше собирать в эвакуацию. Уже с 29 июня было принято решение о вывозе детей в Ленинградскую и Ярославскую области. Планировалось вывезти 390 тысяч детей. Родителей приходилось уговаривать и убеждать, так как многие не хотели покидать родной город и твёрдо были убеждены, что немцам не удастся его захватить. По словам одной ленинградки, «наш город врагу не взять, так зачем же уезжать?» Многие жители даже с началом блокады не переменили свое мнение о том, что Ленинград не по зубам фашистам. Школьница Лена Мухина 11 сентября 1941 года написала в своём дневнике:
«Но немецкий сапог не вступит на наши улицы. Только когда умрёт последний ленинградец, враг вступит в наш город. Но ведь и враг не бесчислен. Наши нервы напряжены, нервы врага тоже. Враг раньше нас обессилит. Так должно быть, и так будет».

Как СССР обогнал Америку в… женском вопросе. Производственном вопросе

В 1920-е годы в США женщины-инженеры оставались крайне редким явлением — это был период, когда технические профессии считались почти исключительно мужским амплуа, к тому же барьеры для женщин были довольно высокими: от предубеждений в вузах и на работе — до отсутствия доступа к лицензиям и членству в профессиональных обществах. Вообще в 1920-х гг. в USA насчитывалось всего несколько десятков женщин с инженерным образованием и работающих по специальности. В СССР — их реально тысячи.

Именно в эти годы появляется серия любительских фотографий Рудлова, выполненных старшим братом Ксении Щербовой, Константином де Лазари. Это любительские снимки, технологией исполнения которых Константин овладел в совершенстве. Изображения построек, снимки большого семейства на природе, в беседках, интерьерах, дают представления о времени процветания усадьбы...

Роман Мстиславич

Роман Мстиславич из рода Рюриковичей — Мономашичей, сын Мстислава Изяславича, внук Изяслава Мстиславича и правнуком Мстислава Великого. Родился около 1150-го рода. В период детства Романа его отец активно боролся за Киевское княжение, имея могущественных противников в лице Суздальских Юрьевичей и Черниговских Ольговичей. «И быша рати межи князи, и земля не имаше покоя»...

Сумев с 1167 по 1169 стать Киевским князем, Мстислав Изяславич успел закрепить за своими сыновьями удельные земли на Волыни. Летопись отмечает: «И не бе тверд стол Изяславичем, но волости имеху». Первые прямые упоминания Романа Мстиславича в летописных источниках относятся к 1170-м годам: «И бе с Мстиславом сын его Роман». В период княжения отца в Киеве, Роман Мстиславич был приглашен Новгородцами на княжение. Летопись сообщает: «И призваша новгородци Романа Мстиславича на княжение». Княжение Романа в Новгороде во много была номинальной, слабой. Князь рассматривался Новгородцами не как самодержный правитель их земли, а как приглашенный военный руководитель над Новгородскими полками. Несмотря на то, что Роман победоносно проявил себя как полководец, разбив полки Андрея Боголюбского и его союзников, война истощала силы Новгородской земли. Летописные источники фиксируют напряжённость в отношениях между Романом Мстиславичем и новгородской знатью: «И не бысть мир межи Романом и бояры новгородскими». В результате княжение Романа в Новгороде оказалось непродолжительным, в Новгороде начался голод и новгородцы сочли лучшим исходом заключить мир с Андреем Боголюбским. Роман Мстиславич был вынужден покинуть город, уступив его Рюрику Ростиславичу и Андрею Боголюбскому.

Золотое кольцо России: царственные узницы Покровского монастыря

Удивителен ты, XVI век, и вы, его правители! Сразу вспоминается английский король Генрих VIII с его шестью женами и непризнанными католической церковью браками. Впрочем, здесь король поступил по-другому: он вообще лишил католическую церковь прав в своём королевстве после того, как папа римский отказался развести его с первой женой...

И — объявил себя сам, будучи королём, главой новой англиканской церкви, которая и господствует в Великобритании по сей день. А всех несогласных со своим разводом он отправил на эшафот, где окончил свою жизнь, например, знаменитый гуманист-философ Томас Мор, автор «Утопии», отказавшийся признать законность королевского развода. Несомненно, что до такого и Иван Грозный не додумался…
Ещё одна здешняя затворница, мимо судьбы которой невозможно пройти равнодушно, — Ксения Борисовна Годунова, дочь царя Бориса Годунова и царицы Марии Григорьевны Скуратовой-Бельской. У Бориса Годунова выросло двое детей: дочь Ксения (Аксинья, как было принято говорить в те времена и как пишет о ней сам отец) и её младший брат Фёдор. Известная своей трагической судьбой Ксения — одна из самых известных русских царевен, воспетая в народных песнях времён Смуты. До наших дней дошли две из них, записанные одним иностранцем.