Телеграм канал «UnderПяр»

В X случился международный срач века: россияне, японцы и бразильцы сцепились из-за пиратского аниме.

Все началось с автоперевода постов. Японцы внезапно обнаружили, что в России аниме и мангу часто смотрят бесплатно, потому что легально многое просто не купить. Их позиция была суровой: не можете купить — не смотрите. Ну или, видимо, летите в Токио за Blu-ray.

Россияне от такого совета слегка выпали, а потом в треды ворвалась Латинская Америка, где тоже не понаслышке знают, что любовь к контенту и официальная дистрибуция — это иногда две разные планеты.

Но нас добил русскоязычный пользователь с постом о том что он даже пиратское японское порно смотрит. Японцы точно такого не ожидали.

В итоге X снова выполнил свою главную функцию: не объединить человечество, а устроить международную драку за право смотреть пиратское аниме.

Когда индустрия контента растет, главная проблема уже не в нехватке информации, а в том, что она разбросана по сотне площадок. Дзен и ИРИ решили это исправить и запустили «Цифровой факультет» — медиапространство про тренды, технологии и людей, которые делают современный контент в России.

По сути, это единая точка входа для тех, кто работает с контентом или только хочет в эту сферу зайти. Здесь собирают новости, аналитику, интервью, исследования и экспертные мнения о том, как сегодня устроены медиа, блогинг, кино, игры и цифровые проекты.

Хорошая идея для рынка, где информации много, а структуры в ней обычно кот наплакал.

Антиглянец точно знает, кто ведет этот канал.

А игра прикольная!

Крупные компании и госкорпорации все чаще оценивают PR через его влияние на бизнес. Об этом рассказали рубрике #underпярugc коллеги из МиП — директор B2C-коммуникаций Галина Семенова и директор B2B-коммуникаций Виктор Чуков.

➡️ PR как бизнес функция.

Годами PR «продавали» через охваты, количество публикаций и медиаиндексы — и в ряде компаний эта логика до сих пор работает.
Однако эти метрики серьезно пересматриваются бизнесом. Если раньше можно было рассуждать о том, что коммуникации не продают, то теперь PR все чаще рассматривают как бизнес-функцию. От коммуникаций ждут вклада в выручку, усиления продуктовой ценности, формирования бренда и смыслов, которые помогают зарабатывать, а также репутации, которая открывает двери. Логика простая: если коммуникации не работают на бизнес — зачем они нужны?

Отсюда более жесткие требования к эффективности. Бюджеты и раньше считали, но теперь от агентства ожидают не набора ссылок с выходами, а ответа на вопросы: зачем делается та или иная активность и какой осязаемый эффект она даст для бизнеса.

➡️ Расширяется зона ответственности.

От агентств ждут, что они помогут выстроить процессы внутри, помогут с целеполаганием, создадут и согласуют на уровне акционеров смысловую рамку и стратегию присутствия в паблике, будут реализовывать не формально, а постоянно имея в виду цели бизнеса.

Но коммуникации этим не исчерпываются. Еще нужна работа с рисками компании и отрасли, формирование репутации в глазах самых высоких стейкхолдеров, учёт регуляторной среды, умение аргументировать идею перед министром или акционером из списка Forbes. Узкой экспертизы больше недостаточно. Не каждое агентство готово к такому уровню ответственности.

➡️ Оперативное реагирование на события.

Отдельный фактор — скорость, но не в базовом смысле «быстро ответить», хотя и это важно. Речь о вдумчивом и оперативном реагировании на инфоповоды и внешние события, быстрой сборке сложных инициатив, остром чутье на кризисы. Здесь выигрывают те, у кого выстроены процессы, есть опыт, нужные компетенции и ресурсы.

➡️ Сильный драйвер — коллаборации, в том числе неочевидные.

От пиарщиков ждут уже не идей, а скорее способности «сводить» бренды и находить партнеров. Речь про доступ к сети контактов: кто с кем может сделать совместный проект, где есть синергия по продукту, как за счет партнерств выйти за рамки собственных каналов или стать заметнее нужной аудитории. В этом смысле нетворк и опыт работы с разными индустриями становятся конкурентным преимуществом.

➡️ Взаимодействие по принципу «одного окна» и желание работать вдолгую — в каждом втором запросе.

Ищут тех, кто одновременно умеет в стратегию, креатив, антикризис, бренд работодателя, аналитику, digital, и ивенты, при этом не теряя в качестве и глубине проработки. Именно такая комбинация, а даже не формальный размер команды, определяют эффективность дуэта клиент-партнёр.


🔸UnderПяр есть и в MAX

Артемий Лебедев опять обосрался

Дизайнер пришел на шоу «Натальная карта» к Олесе Иванченко и вместо разговора устроил привычный балаган: перебивал, ломал формат, мешал ведущей работать, а в какой-то момент выдал свое любимое «сосать». В итоге Иванченко расплакалась, а выпуск разлетелся по соцсетям.

Уверены, что когда человек с таким упорством вещает один и тот же набор реплик про х*й, сосать и прочую дешевую фаллическую клоунаду, то дело даже не в воспитании, а в скрытых желаниях. 💅


🔸UnderПяр есть и в MAX

AdIndex пишет, что 97% россиян хотят видеть пометку о рекламе у блогеров.

При этом опрошенные утверждают, что такая реклама не будет их раздражать.

Приятно видеть такое развитие аудиторного сознания ❤️


🔸UnderПяр есть и в MAX

Раз в год редакция UnderПяр по старой вредной привычке ныряет в пучины медиарынка и открывает рейтинг Forbes «30 до 30». И каждый раз все по одному сценарию — снова получили странную смесь из реально сильных людей, спорных включений и какой-то очень ✨творческой✨ методологии.

С хорошими кандидатами тут, кстати, проблем нет.

🍃 Тимур Далгатов — понятный и честный кейс нового медиа-успеха. Из блога о жизни на ферме собрал большую аудиторию, дал мощный органический рост, завирусился и вышел в крупные партнерства. Не «случайный хайп», а вполне оформленный медийный результат.

🍃 Георгий Зосидзе — история «из грязи в князи». За семь лет прошел в рамках одной компании («Додо Пицца») путь от оператора колл-центра в Сыктывкаре до управляющего директора в России и Центральной Азии. 300 человек в команде, в 2025 году увеличил выручку на 23% до 135 млрд рублей.

🍃 Иван Стельмах — сильный редкий микс науки, технологий и управления. МФТИ, PhD в Carnegie Mellon, самый молодой профессор РЭШ в 27 лет, десятки научных публикаций и заметная роль в развитии Центрального университета. Выглядит как абсолютно заслуженное попадание.

🍃 Владимир Абазов — в 29 лет Chief Growth Officer в экосистеме Т-Банка, руководит AI-аналитикой группы, отвечает за крупный бизнес-контур, а его проекты принесли компании больше 3 млрд рублей выручки за 2025 год. Оборот курируемых бизнесов — 350 млрд в год. Тут без вопросов: масштаб, цифры и реальный управленческий вес.

А вот дальше начинается то, за что этот рейтинг стабильно хочется разбирать не как витрину молодых талантов, а как кунсткамеру.

➡️Дмитрий Ларионов — основатель телеграм-канала об играх «Мир Supercell» с ERR на уровне 13%, где параллельно выходит реклама VPN и мутных «ускорителей интернета». Вопрос тут даже не только к масштабу успеха, а к базовой гигиене проекта.

➡️ Лиза Барашик — отдельный вид редакционной нежности. Когда в качестве аргумента за признание тебе фактически продают участие в показе бренда Александра Рогова, хочется уточнить: это точно Forbes, а не пересказ светской хроники? Выглядит так, будто в список попали не за бесспорный результат, а потому что хайп был слишком громкий, чтобы пройти мимо.

➡️ Петр Гуменник. Хороший спортсмен, без вопросов. Но когда человек занимает на Олимпиаде шестое место, а в карточке ему еще и дописывают, что «по сложности и чистоте катания должен был быть выше», это уже какой-то фигурнокатательный фанфик с фикбука, а не рейтинг. Тем более если другие спортсмены с сопоставимым результатом в список вообще не попадают.

И вот в этом как раз таки главная проблема Forbes «30 до 30» — список снова выглядит как коктейль из достойных фамилий, натяжек и симпатий редакции. Поэтому каждый год обсуждают не новые имена, а старый вопрос: это рейтинг достижений или просто красиво упакованная вкусовщина?