Телеграм канал «ВЧК ГРУ»

Время первых: Пятнадцать лет подряд глава Карачаево-Черкесской Республики Рашид Темрезов самоотверженно трудится на своем посту. Преданный своему делу Рашид Бориспиевич буквально на плечах вытаскивал республику в "передовики". Строительство жилья и социальной инфраструктуры, модернизация производств и создание новых рабочих мест - все это на протяжении десятилетия стало центральными темами проводимой главой политики в регионе. С 2016 года усилился промышленный потенциал КЧР - на производствах обновили оборудование, усовершенствовали технологии, создали возможности трудоустройства и наладили процесс формирования квалифицированных кадров. Рашид Темрезов сумел стать гарантом политической стабильности региона - за время его руководства Карачаево-Черкессия добилась экономического эффекта с усилением социального благополучия. Инвестиции потекли в республику рекой. Благодаря политической дальновидности и авторитету, который глава имеет в федеральном центре, в прошлом году в КЧР на поддержание сельхозпроизводителей было выделено около 1 млрд. руб. Средства буду пущены на ключевые направления отрасли: выращивание зерновых, масличных и овощных культур, развитие животноводства, мелиорацию, закладку садов и сельский туризм. Уже сейчас период управления республикой Рашидом Бориспиевичем можно назвать великой эпохой. КЧР длительное время показывает положительный бюджет, профицит составляет 1,6-1,7 млрд. За последние пять лет в Карачаево-Черкесии было построено 803 соцобъекта. На эти цели направили почти 45 млрд руб. Было построено 190 км дорог, 64 школы, 56 культурных объектов, 52 объекта здравоохранения. Лакмусовой бумажкой того, что для Рашида Темрезова должность руководителя - не просто высокий пост, а историческая миссия, говорят и более значимые проекты, появившиеся в регионе благодаря его умениям и личным качествам. Так, в 2024 году курорт "Архыз" посетили 2,3 млн человек, что в 4,5 раза превышает население республики. Кроме того, в июле 2024 года было подписано концессионное соглашение о начале строительства аэропорта Архыз, ожидается, что строительство будет завершено в 2029 г. Жители республики гордятся своим руководителем. Во многих семьях уверены, что такой прогресс связан напрямую с личными качествами Рашида Бориспиевича. О нем говорят, как о человеке, который умеет ладить с людьми, обладает способностью находить компромисс и избегать конфликтов, а также знает психологию жителей республики. Все это помогло Темрезову добиться успеха у простых граждан и стать опорой экономического процветания Карачаево-Черкессии.

Саида Мирзиёева: почему система готовит ей судьбу Гульнары Каримовой Узбекистан уже проходил через сценарий, который сегодня вновь начинает проступать сквозь фасад стабильности. При Исламе Каримове его дочь Гульнара считалась не просто членом семьи, а самостоятельным политико-экономическим субъектом, «лицом страны» и возможным элементом будущего транзита. Итог известен: после ослабления власти отца система хладнокровно обнулила её — через уголовные дела, изоляцию и тюремный срок. Сегодня в фокусе — Саида Мирзиёева. Формально она не заявляет политических амбиций, но де-факто присутствует в ключевых зонах влияния: идеология, международная повестка, медиа, социальные проекты. Это классическая ошибка всех президентских семей в постсоветских автократиях — вера в то, что «мягкая сила» не считается властью. Считается. И ещё как. В узбекской элитной культуре действует негласное правило: ни одна семья не должна пережить своего президента как политический субъект. Любая попытка сохранить влияние после транзита трактуется как угроза балансу. А угрозы здесь не нейтрализуют отставками — их ликвидируют показательно. Инсайдеры утверждают, что внутри силового блока Саиду уже давно рассматривают не как фигуру будущего, а как проблему будущего. Отсутствие собственной силовой опоры делает её уязвимой: у неё нет армии сторонников в регионах, нет лояльных генералов, нет экономического щита. Всё, что у неё есть, — фамилия. А фамилия в момент смены власти превращается из защиты в обвинение. Парадокс в том, что чем активнее Саида Мирзиёева сегодня, тем выше вероятность жёсткого сценария завтра. Система не прощает персонализации власти. После ухода Шавката Мирзиёева новому президенту потребуется быстрый и убедительный жест разрыва с прошлым. Самый простой и эффективный — уголовное дело против символа старой эпохи. Кто станет следующим президентом? Вероятнее всего — серый аппаратчик или представитель силового контура, не связанный с семьёй Мирзиёева и устраивающий все кланы. Такой лидер не сможет позволить себе роскошь компромисса с «первой дочерью». История Узбекистана показывает: президентские дочери здесь не становятся преемниками. Они становятся уроками.

История вокруг имени Мулланура Вахитова и его дома, о которой мы писали ранее — это уже не частный спор и не «дискуссия экспертов». Это очередной симптом масштабной болезни, которой поражена Казань уже много лет: равнодушие к собственной истории и готовность променять память на квадратные метры для девелоперов. Пока татарстанские историки и градозащитники вынуждены отбиваться от заявлений псевдоэксперта из Иваново Александра Мартынова, который договорился до того, что Мулланур Вахитов «ничего не значит» для истории Татарстана, мы решили поинтересоваться, кто из казанских чиновников и публичных фигур вообще собирается защищать историческое наследие Казани — и не только на словах, но и на деле. С ведомством Гущина все давно понятно: там о наследии столицы Республики не думают в принципе. Для них исторический центр Казани — это не живая ткань города и не память поколений, а набор постоянно дорожающих земельных участков, на который покупатели выстраиваются в очередь. Дом с историей или без оной — нет никакой разницы, если его можно снести и и передать место под очередной уродливый «элитный» ЖК с пафосным названием, не имеющий никакого отношения ни к самой Казани, ни к ее прошлому. Но особенно тревожно выглядит молчание Олеси Балтусовой — члена совета Татарстанского регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ТРОВООПИиК) и помощника Раиса РТ по вопросам сохранения культурного наследия. Человека, который по долгу службы регулярно рассуждает о культуре, идентичности и ценности еще сохранившихся исторических объектов Республики, активно присутствует в медиа и любит комментировать «правильные» темы. Но почему-то сейчас вместо возмущения, протестов и отстаивания культурно-исторического наследия Олеся Александровна оглушительно молчит. На наших глазах разворачиваются процессы, которые все больше напоминают войну с историческими памятниками — ту самую, которую мы сейчас видим на Украине. Исторические фигуры внезапно объявляются «второстепенными», дома — «не представляющими ценности», а в публичное пространство вбрасывается совсем уже мрачный термин «демемориализация», подразумевающая уничтожения памяти и истории столицы Татарстана. С легкой руки какого-то непонятного эксперта внезапно выясняется, что татарский революционер, общественный деятель и символ целой эпохи — уже «не так важен». Его дом — «не обязателен к сохранению», а историческая память — вообще вещь факультативная. Фактически сейчас мы имеем дело с сознательным уничтожением исторической идентичности под удобным предлогом «развития города». И в этот момент советник Раиса Республики по вопросам культуры предпочитает хранить молчание и держаться в стороне от неудобной темы. Выглядит происходящее не просто странно — выглядит оно как молчаливое согласие с происходящим. Олеся Александровна, вы — не просто общественный активист, вы — должностное лицо, в чьи обязанности входит защита истории Татарстана, его культурного наследия и символов. Молчание в такой ситуации — это не нейтралитет, это активное соучастие через бездействие. Мы готовы вас цитировать и даже хвалить — если вы публично обозначите свою позицию. Но пока под прикрытием тишины историческую Казань продолжают разбирать на участки и этажи. И напоследок — предельно ясно и без дипломатии: руки прочь от нашей истории. Не чиновникам, не девелоперам и не заезжим «экспертам» решать, кто для Татарстана важен, а кто нет. Свою историческую память Казань будет защищать сама.

Катастрофа и скрытые свидетели: как неприкосновенный Виктор Хмарин и друзья Путина замяли дело о гибели Виктора Аверина Уголовное дело о крушении катера с участием Виктора Хмарина, однокурсника Путина, и лидера Солнцевской ОПГ Виктора Аверина, который погиб, фактически «забуксовало» из-за вмешательства высокопоставленных лиц. ЧП произошло 20 декабря вечером: катер налетел на льдину, перевернулся, пассажиры оказались в ледяной воде, Аверин умер от переохлаждения, а Хмарин получил травмы. Уже на следующий день было возбуждено дело по статье 263 УК РФ (нарушение правил безопасности водного транспорта), проведена экспертиза тела Аверина и назначены технические проверки, однако руководство запретило следователям допрашивать участников катастрофы, аргументируя это тем, что «и так все понятно», подразумевая, что за штурвалом был погибший Аверин. Особое внимание вызывает неприкосновенность 76-летнего Хмарина, который находился на катере с 18-летней возлюбленной Екатериной Леоновой; их отношения, судя по соцсетям, начались, когда девушка была ещё моложе, при этом у Хмарина есть жена, двоюродная сестра Путина. После происшествия все участники катера исчезли из соцсетей, а только недавно «ожила» страница Екатерины, где она разместила видео с новогодней елкой. Среди участников катастрофы были кроме Аверина и Хмарина адвокат Перекатов Дмитрий Леонидович, телохранитель Абрамушин Иван Иванович, приближенный к Хмарину азербайджанский бизнесмен Алиев Шамисдан Исмаил оглы и сама Леонова Екатерина Андреевна, модель из Тульской области. Случай демонстрирует, как власть и личные связи могут полностью блокировать расследование и мешать установлению истины, оставляя дело фактически без свидетелей и общественного контроля.

ОФСЕТ ПОД MINDRAY: КАК ПРАВИТЕЛЬСТВО МОСКВЫ ТАЙНО СЛИВАЕТ БЮДЖЕТ В КИТАЙ И ХОРОНИТ РОССИЙСКУЮ ЛАБОРАТОРНУЮ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ Проект офсетного контракта Правительства Москвы по лабораторной диагностике — это не промышленная политика и не импортозамещение — это закрытое, кулуарное административное перераспределение рынка в пользу китайской корпорации Mindray, о котором не ведётся публичного обсуждения, не раскрывается информация для профессионального сообщества и которое фактически готовится без участия российских производителей. Ключевым фактом является проект соглашения, разрабатывающийся при непосредственном участии представителей компании Mindray, то есть потенциальным выгодоприобретателем контракта. Это означает, что иностранная компания участвовала в формировании условий под саму себя, а российские производители будут поставлены перед фактом, рынок Москвы перераспределяется в закрытом режиме, без прозрачных процедур и общественного контроля. Всё делается в тайне Информация об офсете не публикуется открыто; не обсуждается с отраслью; не выносится на профессиональные площадки; не сопровождается анализом последствий для рынка и бюджета. Российские производители узнают о готовящемся контракте постфактум, когда условия уже сформированы и не предполагают реальной конкуренции. Вопрос, который сегодня задаёт рынок: - почему многомиллиардный контракт, затрагивающий стратегическую отрасль, готовится в режиме секретности? Контракт, написанный под одного иностранного игрока Технические, технологические и организационные требования офсета совпадают с продуктовыми и платформенными решениями Mindray, требуют готовых зарубежных РИД и технологий, исключают участие российских производителей без полной подстройки под иностранную экосистему. По сути, речь идёт не о конкурсе, а о заранее определённом победителе, для которого и были сформированы условия. Кто пострадает напрямую? Под ударом — вся российская лабораторная отрасль, включая компании, которые годами инвестировали в импортозамещение, производство и НИОКР: «Диакон-ДС» (ГК «ДИАКОН»), «Вектор – Бест»/ «Вектор-Тест», «Лидлаб», «Алкор Био», «Эколаб», «Витал», «Эйлитон», «Биос», НПЦ «Астра», «Ренам», «Технология Стандарт» и многие другие - это компании, которые создают рабочие места в РФ, платят налоги в российский бюджет, развивают собственные технологии, поверили государственной политике импортозамещения. Особый цинизм: государство финансирует импортозамещение — и тут же его уничтожает Пример «Диакон-ДС» — ключевой и показательный. Фонд развития промышленности одобрил льготный заём 332 млн рублей на расширение производства реагентов. Заём был выдан под конкретный рынок сбыта, включая государственные закупки. Однако в рамках офсетного соглашения рынок Москвы в закрытом режиме будет передан иностранной компании, российские производители отсекутся административно, спрос, под который брались заёмные средства, исчезнет. Возникает прямой вопрос, требующий ответа контрольных органов: как компания должна возвращать государственный заём, если государство само уничтожает рынок, под который этот заём был выдан? Это прямой риск невозврата средств ФРП, рост проблемной задолженности, а также прямой ущерб бюджету РФ. В частности, получивший государственную поддержку «Диакон-ДС», лишившийся значительной доли рынка сбыта продукции, уже находится в предбанкротном состоянии и не исключено, что ее активы будут выкуплены одной из китайских фармацевтических компаний, что еще больше повлечет за собой зависимость российского рынка от иностранных производителей. Финансовые последствия для бюджета РФ Офсет под Mindray - не создаст устойчивого налогового эффекта, увеличит валютный отток, обесценит уже вложенные государственные и частные инвестиции, сформирует долгосрочные бюджетные расходы. Российские компании брали кредиты в российских банках, инвестировали в оборудование, чистые помещения, персонал, действовали строго в логике госполитики. Теперь же рынок будет закрыт административно и передан иностранному вендору на долгие годы выведен из-под конкуренции. ПРОДОЛЖЕНИЕ https://t.me/kompromat_group/23938

Тренд на снижение доверия к власти в России сохраняется, хотя темпы падения, судя по публичным данным, замедлились. Первый с начала 2026 года замер общественных настроений показывает: ухудшение отношения к государственным институтам продолжается, но выглядит менее резким, чем осенью прошлого года. В целом общественные настроения остаются спокойными. Большинство респондентов (64%) описывают свое состояние как ровное и нормальное. Доля тех, кто говорит о хорошем настроении (16%), ниже, чем число испытывающих негативные эмоции (20%). 66% опрошенных считают, что страна движется в правильном направлении, 21% придерживаются противоположного мнения. Осеннее снижение доли одобряющих так и не удалось компенсировать, однако дальнейшее падение пока носит ограниченный характер. Рейтинг одобрения Владимира Путина составляет 84% — это минимальное значение за последние полгода, но в абсолютных показателях он по-прежнему остается очень высоким. Доверие к премьер-министру Михаилу Мишустину за три месяца выросло на три процентных пункта и достигло 72% — это лучший результат среди ключевых представителей власти. При этом рейтинг правительства в целом продолжает снижаться и составляет 67% (минус три процентных пункта). Рейтинг Государственной думы, по всей видимости, перестал падать и зафиксировался на уровне 57%, однако он остается самым низким среди основных институтов государственной власти. Доверие к губернаторам, измеряемое в выборке из нескольких регионов, продолжает снижаться — до 69% (минус три процентных пункта за месяц). Социологические данные в целом фиксируют устойчивый негативный тренд, который сохраняется и после новогоднего периода. Снижение доверия к власти особенно заметно на фоне инфляции и роста налоговой нагрузки. При этом сами цифры не следует воспринимать как абсолютные: стандартная погрешность подобных исследований составляет 2–3%, а также возможны методологические и интерпретационные корректировки. Публичная социология, как правило, стремится сгладить негативную динамику и представить ситуацию как стабилизировавшуюся. Однако в реальности падение доверия продолжается, и его влияние усиливается по мере разгона инфляции. Инфляция остается одним из ключевых индикаторов лояльности: ее замедление, как правило, способствует росту поддержки власти, тогда как ускорение усиливает социальное недовольство. Ожидается, что в 2026 году крупные публичные социологические центры будут избегать демонстрации резкого падения рейтингов власти. Опытные исследователи могут считывать реальный тренд по косвенным показателям, однако значительного обвала доверия в официально публикуемых опросах, скорее всего, не появится.

Закручивание гаек и цензура (РКН заблокировал даже доступ к сингапурским новостным сайтам), о котором пишет "Китайская угроза" - может быть даже не политикой верховной власти, а стандартным развитием событий при создании оргструктуры для цензуры и прочих ограничений. Если есть структура и есть группа чиновников, которым платят за это деньги, то они будут цензурировать всё больше и запрещать всё больше просто - чтобы казаться полезными. И в определенный момент деятельность начинает переходить границы здравого смысла. Помню очень давно где-то читал про аналогичную ситуацию из царской России. В какой-то момент во всех уездах ввели должности чиновников, которые должны были бороться с кражами лошадей. И главный эффект был в том, что кражи начали фиксировать даже там, где их до введения спецдолжности чиновника никогда не было. Аналогично во многом развивалась ситуация и с репрессиями во времена Сталина. Это называлось - перегибы на местах. То есть, если есть чиновник, которой должен бороться с нарушениями, то обязательно будут и нарушения. По аналогичному пути неизбежно пойдет и развитие применения закона об иноагентах. Уже он идет по пути преследования региональных активистов даже с полностью патриотической позицией, дальше будут искать иноагентов не потому, что кто-то работает на иностранные интересы, а потому, что есть структура и она должна создавать все больше иноагентов, чтобы выглядеть полезной. И это стандартная ловушка, в которую попадает госаппарат в любом государстве. И это меняется только постоянной оценкой и переоценкой институтов и институций, чтобы быстро среагировать на момент, когда структура начинает сжирать все, до чего дотянется, а не лечить то, для лечения чего она создавалась.