Телеграм канал «UDudaka»

🇮🇷🇮🇶 Глава МИД Ирана Арагчи прибыл с официальным визитом в Багдад.

🇦🇿@UDudaka

Мне интересно: если их всех потом прикончили, то кто рассказал, что этого Самвела видели ещё живым?
😂

Голос за кадром:

Светлый день рождения сына сначала стал днем памяти, а теперь — требованием справедливости.


Отец (Сурен Саакян):
Я обращался к премьер-министру Армении, одновременно к президенту Армении, к председателю Национального собрания Армении...

Голос за кадром:
Подполковник Саакян постучался в двери 17 ведомств и компетентных органов, чтобы раскрыть, по его словам, «инсценированное убийство» сына на поле боя в ходе 44-дневной войны. Вот уже 6 лет правоохранительные органы не могут раскрыть дело об убийстве Самвела Саакяна — командира 5-го стрелкового батальона воинской части Джракана.

Отец:
Они доказали лишь то, что это было убийство. Только это и говорят.

Голос за кадром:
Отец подполковника утверждает, что прокуратура говорит лишь об очевидном — о том, что понятно и без возбуждения дела и проведения расследования.

Отец:
Судмедэксперт показал мне и сказал: «Если вся правовая система попытается доказать обратное, я один смогу доказать, что в Самвела стреляли сзади, в спину, и с очень близкого расстояния».

Голос за кадром:
В дни 44-дневной войны, в конце сентября, в день гибели Самвела, «турка» (азербайджанцев) в Джракане еще не было, утверждает отец.

Отец:
Войск там не было. То есть турок не мог стрелять.

Голос за кадром:
Саакян настаивает, что его сына убил «внутренний турок» (предатель-армянин).

Отец:
Сначала Самвелу выстрелили в колено, раздробили его, чтобы лишить возможности двигаться. На колено наложили жгут, чтобы кровь не текла. А после этого выстрелили в ладонь, раздробили её, чтобы он не мог сам себе оказать помощь. И когда увидели, что парень всё ещё держится, пустили три пули в спину, вот так в ряд.

Голос за кадром:
Как понимать, что те солдаты и офицеры, которые видели раненого командира и говорили с ним, тоже погибли? Вопросы отца Самвела Саакяна не иссякают.

Отец:
Он успел сказать своим близким: «Мне выстрелили в спину». Все ребята, кто контактировал с Самвелом, повторяю, все погибли.

Голос за кадром:
Шести лет оказалось недостаточно для раскрытия дела. Правоохранители заявили отцу подполковника, что место происшествия находится за пределами границ Республики Армения, нужно получить спутниковые снимки, а этих снимков всё нет и нет.

Отец:
Если ничего не делается, то у меня есть основания думать всё что угодно.

Голос за кадром:
И он думает, что его сына-подполковника убили, потому что знали: он не отступит и не сдаст родную землю врагу, в то время как её должны были сдать.

Отец:
Мой сын удерживал фронт протяженностью около 35 километров. У него не было ни одной потери. Ни одной! Прокурор, осуществляющий надзор за делом, говорит мне: «Господин Саакян, у него был один раненый». Я говорю: «То есть наличие одного раненого в самом пекле боевых действий вы считаете минусом?» Он отвечает: «Нет, я как раз подчёркиваю это в положительном смысле».

Голос за кадром:
Командир 5-го стрелкового батальона воинской части Джракана Самвел Саакян находился в отпуске, когда началась 44-дневная война.

Отец:
Когда он позвонил мне и сообщил об этом, я спросил: «А с матерью ты не прощаешься?» Он ответил: «Папа, я даже с детьми не прощаюсь».

Голос за кадром:
Командир поспешил к своим войскам, к солдатам. Он говорил, что там в основном новобранцы, и он должен поехать и позаботиться о них. Как утверждает отец, он стал первой жертвой 5-го
батальона.

Депутат парламента (Гарник Даниелян):
С семьёй Саакян мы познакомились в Ераблуре во время очередного визита. К сожалению, есть много случаев, когда спустя 6 лет после 44-дневной войны родители не знают подробностей гибели своих сыновей, не знают, что произошло на самом деле.

Голос за кадром:
Здесь, у могилы командира 5-го батальона, развеваются два флага, но история одна. Подполковник до последнего вздоха защищал свою часть Арцаха — единство Армении и Арцаха, родную землю.

Священник:
Да, наши герои душой на небесах, но их дух обязательно должен пребывать здесь, на земле.

Голос за кадром:
Арпи Кhorsebackян, Ашот Мноян, Армен Апресян, «Айлур» (Новости).


АДМИН: Успокойтесь. Их всех прикончил наш РДГэшник 😂

Голос за кадром:

Светлый день рождения сына сначала стал днем памяти, а теперь — требованием справедливости.


Отец (Сурен Саакян):
Я обращался к премьер-министру Армении, одновременно к президенту Армении, к председателю Национального собрания Армении...

Голос за кадром:
Подполковник Саакян постучался в двери 17 ведомств и компетентных органов, чтобы раскрыть, по его словам, «инсценированное убийство» сына на поле боя в ходе 44-дневной войны. Вот уже 6 лет правоохранительные органы не могут раскрыть дело об убийстве Самвела Саакяна — командира 5-го стрелкового батальона воинской части Джракана.

Отец:
Они доказали лишь то, что это было убийство. Только это и говорят.

Голос за кадром:
Отец подполковника утверждает, что прокуратура говорит лишь об очевидном — о том, что понятно и без возбуждения дела и проведения расследования.

Отец:
Судмедэксперт показал мне и сказал: «Если вся правовая система попытается доказать обратное, я один смогу доказать, что в Самвела стреляли сзади, в спину, и с очень близкого расстояния».

Голос за кадром:
В дни 44-дневной войны, в конце сентября, в день гибели Самвела, «турка» (азербайджанцев) в Джракане еще не было, утверждает отец.

Отец:
Войск там не было. То есть турок не мог стрелять.

Голос за кадром:
Саакян настаивает, что его сына убил «внутренний турок» (предатель-армянин).

Отец:
Сначала Самвелу выстрелили в колено, раздробили его, чтобы лишить возможности двигаться. На колено наложили жгут, чтобы кровь не текла. А после этого выстрелили в ладонь, раздробили её, чтобы он не мог сам себе оказать помощь. И когда увидели, что парень всё ещё держится, пустили три пули в спину, вот так в ряд.

Голос за кадром:
Как понимать, что те солдаты и офицеры, которые видели раненого командира и говорили с ним, тоже погибли? Вопросы отца Самвела Саакяна не иссякают.

Отец:
Он успел сказать своим близким: «Мне выстрелили в спину». Все ребята, кто контактировал с Самвелом, повторяю, все погибли.

Голос за кадром:
Шести лет оказалось недостаточно для раскрытия дела. Правоохранители заявили отцу подполковника, что место происшествия находится за пределами границ Республики Армения, нужно получить спутниковые снимки, а этих снимков всё нет и нет.

Отец:
Если ничего не делается, то у меня есть основания думать всё что угодно.

Голос за кадром:
И он думает, что его сына-подполковника убили, потому что знали: он не отступит и не сдаст родную землю врагу, в то время как её должны были сдать.

Отец:
Мой сын удерживал фронт протяженностью около 35 километров. У него не было ни одной потери. Ни одной! Прокурор, осуществляющий надзор за делом, говорит мне: «Господин Саакян, у него был один раненый». Я говорю: «То есть наличие одного раненого в самом пекле боевых действий вы считаете минусом?» Он отвечает: «Нет, я как раз подчёркиваю это в положительном смысле».

Голос за кадром:
Командир 5-го стрелкового батальона воинской части Джракана Самвел Саакян находился в отпуске, когда началась 44-дневная война.

Отец:
Когда он позвонил мне и сообщил об этом, я спросил: «А с матерью ты не прощаешься?» Он ответил: «Папа, я даже с детьми не прощаюсь».

Голос за кадром:
Командир поспешил к своим войскам, к солдатам. Он говорил, что там в основном новобранцы, и он должен поехать и позаботиться о них. Как утверждает отец, он стал первой жертвой 5-го
батальона.

Депутат парламента (Гарник Даниелян):
С семьёй Саакян мы познакомились в Ераблуре во время очередного визита. К сожалению, есть много случаев, когда спустя 6 лет после 44-дневной войны родители не знают подробностей гибели своих сыновей, не знают, что произошло на самом деле.

Голос за кадром:
Здесь, у могилы командира 5-го батальона, развеваются два флага, но история одна. Подполковник до последнего вздоха защищал свою часть Арцаха — единство Армении и Арцаха, родную землю.

Священник:
Да, наши герои душой на небесах, но их дух обязательно должен пребывать здесь, на земле.

Голос за кадром:
Арпи Кhorsebackян, Ашот Мноян, Армен Апресян, «Айлур» (Новости).


🇦🇿🇦🇿: Успокойтесь. Их всех прикончил наш РДГэшник 😂

🇦🇿@UDudaka

Голос за кадром:

Светлый день рождения сына сначала стал днем памяти, а теперь — требованием справедливости.


Отец (Сурен Саакян):
Я обращался к премьер-министру Армении, одновременно к президенту Армении, к председателю Национального собрания Армении...

Голос за кадром:
Подполковник Саакян постучался в двери 17 ведомств и компетентных органов, чтобы раскрыть, по его словам, «инсценированное убийство» сына на поле боя в ходе 44-дневной войны. Вот уже 6 лет правоохранительные органы не могут раскрыть дело об убийстве Самвела Саакяна — командира 5-го стрелкового батальона воинской части Джракана.

Отец:
Они доказали лишь то, что это было убийство. Только это и говорят.

Голос за кадром:
Отец подполковника утверждает, что прокуратура говорит лишь об очевидном — о том, что понятно и без возбуждения дела и проведения расследования.

Отец:
Судмедэксперт показал мне и сказал: «Если вся правовая система попытается доказать обратное, я один смогу доказать, что в Самвела стреляли сзади, в спину, и с очень близкого расстояния».

Голос за кадром:
В дни 44-дневной войны, в конце сентября, в день гибели Самвела, «турка» (азербайджанцев) в Джракане еще не было, утверждает отец.

Отец:
Войск там не было. То есть турок не мог стрелять.

Голос за кадром:
Саакян настаивает, что его сына убил «внутренний турок» (предатель-армянин).

Отец:
Сначала Самвелу выстрелили в колено, раздробили его, чтобы лишить возможности двигаться. На колено наложили жгут, чтобы кровь не текла. А после этого выстрелили в ладонь, раздробили её, чтобы он не мог сам себе оказать помощь. И когда увидели, что парень всё ещё держится, пустили три пули в спину, вот так в ряд.

Голос за кадром:
Как понимать, что те солдаты и офицеры, которые видели раненого командира и говорили с ним, тоже погибли? Вопросы отца Самвела Саакяна не иссякают.

Отец:
Он успел сказать своим близким: «Мне выстрелили в спину». Все ребята, кто контактировал с Самвелом, повторяю, все погибли.

Голос за кадром:
Шести лет оказалось недостаточно для раскрытия дела. Правоохранители заявили отцу подполковника, что место происшествия находится за пределами границ Республики Армения, нужно получить спутниковые снимки, а этих снимков всё нет и нет.

Отец:
Если ничего не делается, то у меня есть основания думать всё что угодно.

Голос за кадром:
И он думает, что его сына-подполковника убили, потому что знали: он не отступит и не сдаст родную землю врагу, в то время как её должны были сдать.

Отец:
Мой сын удерживал фронт протяженностью около 35 километров. У него не было ни одной потери. Ни одной! Прокурор, осуществляющий надзор за делом, говорит мне: «Господин Саакян, у него был один раненый». Я говорю: «То есть наличие одного раненого в самом пекле боевых действий вы считаете минусом?» Он отвечает: «Нет, я как раз подчёркиваю это в положительном смысле».

Голос за кадром:
Командир 5-го стрелкового батальона воинской части Джракана Самвел Саакян находился в отпуске, когда началась 44-дневная война.

Отец:
Когда он позвонил мне и сообщил об этом, я спросил: «А с матерью ты не прощаешься?» Он ответил: «Папа, я даже с детьми не прощаюсь».

Голос за кадром:
Командир поспешил к своим войскам, к солдатам. Он говорил, что там в основном новобранцы, и он должен поехать и позаботиться о них. Как утверждает отец, он стал первой жертвой 5-го
батальона.

Депутат парламента (Гарник Даниелян):
С семьёй Саакян мы познакомились в Ераблуре во время очередного визита. К сожалению, есть много случаев, когда спустя 6 лет после 44-дневной войны родители не знают подробностей гибели своих сыновей, не знают, что произошло на самом деле.

Голос за кадром:
Здесь, у могилы командира 5-го батальона, развеваются два флага, но история одна. Подполковник до последнего вздоха защищал свою часть Арцаха — единство Армении и Арцаха, родную землю.

Священник:
Да, наши герои душой на небесах, но их дух обязательно должен пребывать здесь, на земле.

Голос за кадром:
Арпи Кhorsebackян, Ашот Мноян, Армен Апресян, «Айлур» (Новости).

Голос за кадром:

Светлый день рождения сына сначала стал днем памяти, а теперь — требованием справедливости.


Отец (Сурен Саакян):
Я обращался к премьер-министру Армении, одновременно к президенту Армении, к председателю Национального собрания Армении...

Голос за кадром:
Подполковник Саакян постучался в двери 17 ведомств и компетентных органов, чтобы раскрыть, по его словам, «инсценированное убийство» сына на поле боя в ходе 44-дневной войны. Вот уже 6 лет правоохранительные органы не могут раскрыть дело об убийстве Самвела Саакяна — командира 5-го стрелкового батальона воинской части Джракана.

Отец:
Они доказали лишь то, что это было убийство. Только это и говорят.

Голос за кадром:
Отец подполковника утверждает, что прокуратура говорит лишь об очевидном — о том, что понятно и без возбуждения дела и проведения расследования.

Отец:
Судмедэксперт показал мне и сказал: «Если вся правовая система попытается доказать обратное, я один смогу доказать, что в Самвела стреляли сзади, в спину, и с очень близкого расстояния».

Голос за кадром:
В дни 44-дневной войны, в конце сентября, в день гибели Самвела, «турка» (азербайджанцев) в Джракане еще не было, утверждает отец.

Отец:
Войск там не было. То есть турок не мог стрелять.

Голос за кадром:
Саакян настаивает, что его сына убил «внутренний турок» (предатель-армянин).

Отец:
Сначала Самвелу выстрелили в колено, раздробили его, чтобы лишить возможности двигаться. На колено наложили жгут, чтобы кровь не текла. А после этого выстрелили в ладонь, раздробили её, чтобы он не мог сам себе оказать помощь. И когда увидели, что парень всё ещё держится, пустили три пули в спину, вот так в ряд.

Голос за кадром:
Как понимать, что те солдаты и офицеры, которые видели раненого командира и говорили с ним, тоже погибли? Вопросы отца Самвела Саакяна не иссякают.

Отец:
Он успел сказать своим близким: «Мне выстрелили в спину». Все ребята, кто контактировал с Самвелом, повторяю, все погибли.

Голос за кадром:
Шести лет оказалось недостаточно для раскрытия дела. Правоохранители заявили отцу подполковника, что место происшествия находится за пределами границ Республики Армения, нужно получить спутниковые снимки, а этих снимков всё нет и нет.

Отец:
Если ничего не делается, то у меня есть основания думать всё что угодно.

Голос за кадром:
И он думает, что его сына-подполковника убили, потому что знали: он не отступит и не сдаст родную землю врагу, в то время как её должны были сдать.

Отец:
Мой сын удерживал фронт протяженностью около 35 километров. У него не было ни одной потери. Ни одной! Прокурор, осуществляющий надзор за делом, говорит мне: «Господин Саакян, у него был один раненый». Я говорю: «То есть наличие одного раненого в самом пекле боевых действий вы считаете минусом?» Он отвечает: «Нет, я как раз подчёркиваю это в положительном смысле».

Голос за кадром:
Командир 5-го стрелкового батальона воинской части Джракана Самвел Саакян находился в отпуске, когда началась 44-дневная война.

Отец:
Когда он позвонил мне и сообщил об этом, я спросил: «А с матерью ты не прощаешься?» Он ответил: «Папа, я даже с детьми не прощаюсь».

Голос за кадром:
Командир поспешил к своим войскам, к солдатам. Он говорил, что там в основном новобранцы, и он должен поехать и позаботиться о них. Как утверждает отец, он стал первой жертвой 5-го
батальона.

Депутат парламента (Гарник Даниелян):
С семьёй Саакян мы познакомились в Ераблуре во время очередного визита. К сожалению, есть много случаев, когда спустя 6 лет после 44-дневной войны родители не знают подробностей гибели своих сыновей, не знают, что произошло на самом деле.

Голос за кадром:
Здесь, у могилы командира 5-го батальона, развеваются два флага, но история одна. Подполковник до последнего вздоха защищал свою часть Арцаха — единство Армении и Арцаха, родную землю.

Священник:
Да, наши герои душой на небесах, но их дух обязательно должен пребывать здесь, на земле.

Голос за кадром:
Арпи Кhorsebackян, Ашот Мноян, Армен Апресян, «Айлур» (Новости).

🇦🇿@UDudaka

🇺🇦🇷🇺 Президент Украины Зеленский сообщил, что украинские военные нанесли удары по двум нефтеперерабатывающим заводам на территории России.

По его словам, были поражены НПЗ «Славянский» в Краснодарском крае, расположенный примерно в 300 км от линии фронта, а также нефтеперерабатывающий завод в Ярославской области, находящийся примерно в 700 км от украинской границы.

Зеленский заявил, что подобные операции направлены на ослабление возможностей России вести боевые действия и сокращение ресурсов, работающих на российскую военную машину.

🇦🇿@UDudaka