Фаготистка встала рано,
Приняла холодный душ.
На душе у Мины рана —
Вспоминает Мина Муш.
От тоски не может кушать
И фагот в зубах держать.
Плохо Хачадрянь без Муша.
Как ей с грустью совладать!?
Телеграмчик открывает,
Любит Мина заявлять:
«Злые турки запрещают
Нам их песни воровать».
Продолжает дальше шмара
Свой никчёмный разговор:
«Сочинил музончик Ара
Про победу, про Пердзор».
«Чтобы Арой восхищался
Дашкенский сын чатлах,
Композитор постарался
Написать свой "Сарымсах"»
Нету больше Сарымсаха!
Это страшная беда!
Плачьте с Миною, дырмяне!,
Как вы плакали всегда!
«Помню, дело было в Ване
Турки к бабушке зашли.
Стала бабушка чаланить
Чтоб ее не рассекли».
Злые турки загубили
Много длинноносых душ.
Так что слушайте, дебилы
Песнь грустную про Муш».
Надудеть про Муш хотела,
Но замолкла Мина вдруг.
Молча на пол полетела —
Муж Юрец метнул утюг.
Повалилась на пол дура,
И затих страстей накал.
Утюгом Расжопов Юра
Хрень Утюговны прервал.
Фарулин