Телеграм канал «"Тюбик". Тюбинген и его обитатели 📇»

Манифест Алексея Гагинского — очень православный текст. В этом документе вполне проявилось что-то максимально характерное для нашей традиции. Он похож на православное богослужение. Вот уже прошло 1.5 (где-то и 2) часа богослужения и грядёт отпуст. Ты хочешь наконец пойти домой. Но батюшка уверенно спускается с амвона и идёт в центр храма, где затягивает молебен. Молебен отслужен. Скоро будет целование креста? Не скоро. После панихиды? Не совсем. После панихиды будут молитвы после причастия. Потом можно присоединить ещё что-нибудь. Мы не можем закончить. Нам сложно остановиться. Точка, финал воспринимаются нами как что-то болезненное и ненужное.

В каждом из этих фрагментов есть что-то ценное и глубокое: «Отче наш», «Царю Небесный», «Достойно есть», знакомые тропари. Но они повторяются снова и снова — без видимой рациональной цели. Содержание победило структуру. Многим, впрочем, это как раз нравится. И небезосновательно: в этом видят выражение чего-то сущностного для нашей традиции.
«Манифест» Алексея — это гимн. Не псалом из Библии, а что-то более аутентичное для нас. Может, акафист. Или, может, гимн из "Ригведы". Алексей зазывает в хоровод, в русский танец, где нам предлагают вместе исполнить заговор: снова и снова одно и то же — хорошее и православное — творчество, любовь, красота, свобода, правда, доброта, гуманизм.

"Манифест" Алексея похож на "Так говорил Заратустра". Оба текста не доказывают, а провозглашают, пророчествуют. Оба воюют с моралью как с обязаловкой, скучным проявлением власти иерархии. «Не будь занудой, ибо где скучно, там демонов тучно».

Для иллюстрации — небольшая статистика. Европейская традиция подарила человечеству всего ЧЕТЫРЕ великих "Манифеста". Я подсчитал объём каждого из них. Цифры говорят сами.

"95 тезисов" Мартина Лютера — 2 653 слов
Манифест ре-ортодоксии — 5 742
Манифест Коммунистической партии — 8 588
Манифест теоэстетики — 11 096

+++

Прекрасное из "Манифеста" тут:

"Пора покончить с рабским, ложным сознанием! Церковь отчуждена от мирян, но не от Бога это!"

"Нужно быть сильным волкодавом, чтобы сила стала излишней, — чтобы самому не стать зверем".

"Стань выше опасности: словно носорог, слепой ко греху и устойчивый против стрел, умом же — змий хитрый".

"Пусть скопцы отворачиваются от прекрасного, а мы пришли оплодотворить этот мир!"

"Хватит сивухи, пора открывать лучшие вина!"

+++

Поскольку Алексей Гагинский написал текст про ненасилие, красоту и ценность гуманизма, то я в общем согласен с его подходом. Я ближе к Гагинскому, чем к Рубскому. Мои претензии связаны с формой.

Тюбинген как сон при температуре +40
Или... Тюбинген это маленькая Одесса

Вчера вечером после работы захожу в автобус , который должен меня отвезти домой.
Переступив порог немецкого транспортного средства (ТС), замечаю, как навстречу мне устремляется женщина. Незнакомая, но выражение лица наше, славянское.
Она сразу начинает излагать свою проблему: "У меня температура, и я еду в больницу. Возьмите моего кота!". Вижу, да, действительно, на полу переноска и в ней - рыжий кот.
Дама продолжает: "Его должен взять Володя (имя изменено), но он опаздывает".
Про себя думаю: вот так у нас в Германии и появился кот. Почему бы и нет? Какой ещё Володя...
Уже формально интересуюсь, что за Володя.
"Ну, Володя, он к вам в церковь ходит". И называет его фамилию.
Да, действительно, этого Володю я знаю.
Женщина стремительно покидает автобус и я остаюсь с 🐈 наедине.
Автобус отправляется дальше, а я пытаюсь найти в записной книжке телефон Володи.
Весь этот диалог длился не более 50 секунд.
Володя, действительно, вышел на связь. Мы с ним встретились и он забрал кота.

Слушаю каждую проповедь моего "любимого проповедника".

Вчера была память новоканонизированного святого - Серафима Роуза.

Петроградский владыка рассказал на проповеди, что последними словами Роуза было... проклятие, обращённое своему же ученику и преемнику по управлению основанной им обители. Да, так и сказал: "Будь ты проклят!"

Это медицинский факт, который не может скрыть даже такой горячий почитатель Серафима как епископ Лурье.

Кто-то знает, что это за преемник и что у них там за тёрки были?

Сама проповедь была посвящена тезису о том, что "православие - это монашество".

"Православные люди состоят только из двух категорий. Это или монашествующие, или монахолюбивые".

Головой я понимаю, что что-то есть в этом заявлении. При чем с возрастом, все сильнее хочу в это верить. А почему нет? В идеале монах - человек, который в режиме 24/7 занимается своим делом и ни на что не отвлекается. Читает, практикует, молится, ищет, находит, делится, учит, учится, помогает, служит, жертвует собой. Теоретически у него больше шансов преуспеть в том, что он считает для себя важным.

Увы, эта теория сталкивается с реальностью и чаще всего терпит крушение. Меня охватывает сильное беспокойство, когда мои окрылённые прихожане делятся намерением поехать и "пожить в монастыре".

Я знаю двух отличных монахов нашей традиции. Это покойный библеист и ныне ушедший в затвор иконописец. Оба для Петроградского владыки - хуже дьявола.

#Лурье_в_Тюбингене

Дайсэцу Тэйтаро Судзуки прожил почти сто лет.

Знаменитый японец, специалист по буддизму, познакомил Запад с мудростью Востока. На его книгах и лекциях выросли несколько поколений американских и европейских студентов. Мудрость их собственных отцов — католическая или евангелическая — казалась им пресной и скучной. Более того, им представлялось, что именно христианская нетерпимость и кровожадность привели их мир к огромной кровавой бойне. Дважды за полстолетия.

На этом фоне учение принца Шакьямуни казалось выходом и спасением. По крайней мере, таким его увидели: ни иерархии, ни ритуалов, ни доктринальных споров. Ищи блаженства и доставляй его другим!

Влияние Судзуки испытали Эрих Фромм и Джон Кейдж. Умевший себя подать японец сделался настоящим героем западной поп-культуры.

Эта экспортная разновидность буддизма вызывает яростную критику у моего любимчика Славоя Жижека. А Судзуки — один из его излюбленных объектов для атаки. В своих книгах и выступлениях Жижек постоянно возвращается к биографии буддолога и его довоенным текстам.

Оказывается, до того как в 1950-е годы Судзуки сделался звездой Колумбийского университета, он тоже писал много актуального и духовного. Например, о том, как буддизм помогает японцам... воевать.

Вот лишь несколько цитат. На самом деле таких мест — на авторские листы.

«На самом деле убивает не солдат, а сам меч. Воин никому не желал причинить вреда; но появляется враг и сам делает себя жертвой. Меч словно автоматически исполняет функцию правосудия, которая одновременно является функцией милосердия».

«Дзен может сочетаться с анархизмом или фашизмом, коммунизмом или демократией, атеизмом или идеализмом — с любой политической или экономической догмой».

«В подобной войне нет ничего личного, эгоистического или индивидуального. Это святейшая духовная война… Благочестивый буддист знает, что никакого неразложимого “я” не существует. Поэтому, устраняя препятствия на своём пути, он исполняет предначертанное высшей силой; сам он является лишь орудием… В нём нет ненависти, гнева, невежества или предубеждения. Он утратил себя в борьбе».

Последнее написано, кстати, про дзен-богатырей, воевавших в Русско-японской войне.

А вот ещё одна цитата, которую Жижек приводит рядом с текстами Судзуки:

«Для приведения несовместимого к гармонии убийство и война необходимы». Эти слова принадлежат не самому Судзуки, а его учителю Сяку Соэну.

Итак, до войны Судзуки объяснял, почему дзен создаёт хорошего воина, а после войны Запад сделал его апостолом внутреннего мира и ненасилия.

Для широкой публики тему буддийского милитаризма заново открыл Brian Victoria, в книге «Zen at War» (1997).

Удивительную слепоту западных гуманитариев трудно объяснить христианским всепрощением. Просто с популярным гуру спорить страшновато, а выступать против охватившей США моды на дзен и Японию никому особенно не хотелось. Послевоенная публика страстно искала духовность, не запятнанную европейской бойней, способную утолить голод и притупить боль.

Мой сын иногда спрашивает меня:
— Папа, а какая религия является самой мирной и неконфликтной?
Я отвечаю ему, что люди настолько кровожадны, что могут поставить любую религию и любую философию на службу своему "министерству войны".

Поэтому этот пост — критика людей, а не действительно глубокой восточной мудрости.

Святой царевич Иоасафе, моли Бога о нас!

#немир_в_тюбингене

В 1953 году умер тиран и убийца русского и многих других народов. А уже четыре года спустя Москва наполнилась десятками тысяч иностранцев. Молодые люди, музыканты, туристы из Европы и других регионов приехали на Всемирный фестиваль молодёжи и студентов. На то, насколько этот фестиваль был революционным и прорывным, указывает выбор автора одного из его главных символов. Знаменитого голубя мира нарисовал… Пабло Пикассо.

В тюбингенском книжном магазине я выбирал открытку, и мой взгляд выхватил из полиграфического многообразия что-то очень знакомое. Москва. 1957 год. Пабло Пикассо. Голубь мира.

Кстати, этот образ имеет библейские корни.

«За мир и дружбу» — таков был лозунг фестиваля.

#мир_в_Тюбингене

Вот вам первосентябрьское апокрифическое.

Мальчик Иисус в раннехристианском апокрифе «Евангелие детства Фомы» учиться решительно не хочет. Три попытки Иосифа отдать Его в школяры оканчиваются трагически. Трагически — для учителей.

Первого мальчик Иисус выставил на смех. Второго (см. ниже) лишил жизни. Благополучно вышел из этой истории только третий: он признал авторитет юного Спасителя и объявил, что такого мальчугана ему и учить нечему.

Нам очень трудно понять и принять то благочестие, которым руководствовался христианин II века, сочиняя это «евангелие». Какому Иисусу он поклонялся? Но ведь поклонялся! Церковь в лице своих интеллектуалов, конечно, морщилась от такого образа, зато «простые христиане» охотно верили в юного чудотворца — капризного, гневливого и всесильного. Благодаря этой любви апокриф перевели на многие языки, и он дошёл до нас во множестве рукописей.

Попробуем найти в этом странном тексте что-то позитивное и назидательное. Вот что вижу я: учитель не имеет права применять к ученику насилие — ни моральное, ни физическое, ни сексуальное. Нарушителю этого правила будет худо. Ангелы видят все слёзки детей.

EvThom. inf. XIV
(1) Иосиф же, видя ум Дитяти и Его возраст — что Он уже взрослеет, — вновь решил, что Он не должен оставаться несведущим в буквах (ἄπειρον τῶν γραμμάτων). Отведя Его, он передал Его другому учителю. Учитель сказал Иосифу: «Сначала я обучу Его греческим [письменам], затем еврейским (τὰ ἑλληνικά … τὰ ἑβραϊκά)». Ибо учитель знал, как уже испытывали Дитя, и боялся Его. Однако, написав алфавит, он долго занимался с Ним, но Дитя ему не отвечало.
(2) Тогда Иисус сказал ему: «Если ты действительно учитель и хорошо знаешь буквы, скажи Мне силу альфы (τοῦ ἄλφα τὴν δύναμιν), и Я скажу тебе силу беты». Учитель же, разгневавшись, ударил Его по голове. Дитя, почувствовав боль, прокляло его; и тотчас учитель лишился чувств и упал наземь ничком.
(3) Дитя же возвратилось в дом Иосифа. Иосиф опечалился и повелел Его матери: «Не выпускай Его за дверь, ибо раздражающие Его умирают».

#апокрифы_в_Тюбингене