Вчера в гимназии моей дочери был концерт. Мне очень нравится такой формат, и я стараюсь не пропускать эти выступления.
Всё организует местный учитель музыки, который по совместительству является ещё и учителем истории. По устоявшейся традиции учитель в немецкой школе обязан преподавать два предмета. Причем “история и обществознание”, “химия и биология” не катят - надо разбираться в чем-то более отдалённом.
Так вот учитель музыки смог очаровать, вдохновить и организовать 140 школьников: два хора по 60-80 человек в каждом. В первом хоре были ученики 5-8 классов. Во втором - старшие дети. Самым старшим (Abitur) было уже 19-20 лет. Какие-то дядьки уже.
Я сам был учителем в школе и прекрасно понимаю, на что часто наталкиваются все подобные затеи у нас. У учителя могут быть самые интересные затеи, но школьники против. Или равнодушны. Есть всегда и “идейные” с постоянной фигой в кармане. Не сотрудничать с “режимом”, не верить “начальству”, подвергать критической оценке всякое исходящее сверху предложение - это мы усваиваем уже в начальной школе.
Но вчера все было иначе.
Школьники выучили все песни, профессионально исполняли свои партии, не отвлекались на смартфоны и не дурачились. Им явно нравилось делать то, что придумал учитель.
В репертуаре не было ни одной песни про родину, войну или веру. Зато были песни из репертуара Queen и Eurythmics. Никто не был в костюме или даже в юбке, на всех были дурацкие джинсы и футболки. Ну и что. Мы можем сколько угодно ворчать, но детям нравится так.
От того, как пела моя Ариадна и ее подружки, хотелось одновременно улыбаться, но и плакать хорошими слезами. В этом пении была жизнь, надежда, свойственная детству искренность и непосредственность. Думалось при этом о плохих людях и режимах, которые всегда претендуют на наших детей. Злые деды черпают силы из молодости, им физически нужны дети.
Я призываю не воспринимать этот пост как непозволительное и некорректное обобщение, на основании которого можно судить и обесценивать школы в других странах. Несомненно, в Украине и в России тоже есть вдохновенные учителя музыки, есть поющие дети и харизматичные учителя.
Извините, я не могу приложить к моему посту ни фото, ни видео концерта. Немецкое законодательство (Datenschutzgesetz) мне это запрещает. Зато с радостью размещаю ссылку на ролик из КВН. Вот так уроки музыки выглядели в моей купчинской школе.
Мне очень понравилась сегодняшняя находка - комменты за звёзды. Прекрасная модель, которая всех моментально успокоила и заставила быть лаконичным. Кроме того, за сегодня я заработал этим блогом целых 10 центов!
Я отключаю этот прекрасный режим и даю возможность комментировать всем.
Но я с радостью снова включу его, если опять будет срач.
Да и удалить могу кого-то.
Нет, проблема вовсе не в одном отце Феогносте.
Мой ред флаг и красная линия - переход на личности и раздача характеристик участникам дискуссии. "Мразей", "неучей", "психов" и "ублюдков" среди подписчиков этого блога нет ни одного.
Убеждён, что задачей-минимумом для библеистики в XXI веке является просто сохранение того, что было создано поколением великих немцев и менее великих американцев прошлого.
Если в стране ещё есть специалисты, которые способны отличить Formkritik, Gattungskritik и Redaktionskritik друг от друга, а у этих специалистов остаётся хотя бы несколько десятков студентов — это уже неплохо.
Но у науки есть не только задача сохранения. Есть ещё и развитие.
Есть ли сегодня у библеистики настоящий фронтир?
Гораздо меньший, чем в других науках о древности, — но всё же есть. И я сейчас не о постколониальных или гендерных подходах. Даже в рамках вполне традиционного historisch-kritische Methode остаётся возможность лучше понимать Писание через привлечение новых источников.
Свежий пример — проект исследователей из Лёвена и Вены: серия Epigraphical Commentary on the New Testament.
Первая «ласточка» — комментарий к 1 Фессалоникийцам:
Ogereau, Julien M. 1 Thessalonians. Epigraphical Commentary on the New Testament I. Wissenschaftliche Untersuchungen zum Neuen Testament I/545. Tübingen: Mohr Siebeck, 2026.
Идея проекта проста и одновременно очень перспективна: читать Новый Завет на фоне античных надписей.
Под «надписью» тут понимается любой текст, нанесённый на твёрдую поверхность: камень, бронзу, свинец, керамику. Это могут быть посвящения богам, официальные письма, эпитафии, почётные декреты, акты освобождения рабов, городские объявления.
Для новозаветной науки это важно не только как исторический фон. Язык надписей и папирусов часто оказывается ближе к языку Нового Завета, чем греческий классической литературы. Это та самая κοινὴ διάλεκτος — lingua franca восточного Средиземноморья, на которой говорили, торговали, спорили, писали письма и молились обычные люди эпохи ранней Римской империи.
Адольф Дайссман сто лет назад доказал, что Новый Завет написан не на «языке богословов», а на языке живого средиземноморского мира. Но после его смерти греческая эпиграфика почти выпала из поля зрения новозаветной науки. Теперь предпринимается попытка вернуть её обратно.
И это, на мой взгляд, один из немногих примеров того, как традиционная библеистика всё ещё способна двигаться вперёд не через смену идеологических мод, а через расширение корпуса источников и благодаря этому более точное понимание мира раннего христианства.
Интересно, что, на мой взгляд, лучшая книга по библеистике на английском языке, написанная отечественным исследователем, создана именно в этой перспективе. Я имею в виду труд Ирины Левинской "The Book of Acts in its Diaspora Setting". Ирина Алексеевна чрезвычайно активно использовала данные эпиграфики и папирологии для реконструкции социального мира раннего христианства.
Кстати, папирологический комментарий к Новому Завету уже существует — серия Papyrologische Kommentare zum Neuen Testament (PKNT). Новый проект с эпиграфическими комментариями во многом сознательно ориентируется именно на неё.
Серафим Роуз с его грядущей канонизацией представляет собой хорошую параллель с католическим Карло Акутис. Со всеми своими поисками (Университет, вещества, восточная духовность) и сексуальными сложностями он стоит ближе всего к современности. А, значит, в его святости отражены и учтены многие проблемы и искушения наших современников. Это важно, я считаю. В фб о канонизации Роуза хорошо написал Володя Берхин. Есть пост и у отца Феогноста. "Либералы", как всегда, мимо.
Мне очень тяжело и тревожно наблюдать за страданиями отца Феогноста. Ему что-то или кто-то угрожает — из его постов сложно понять, что именно, но ясно, что в последнее время ситуация тяжёлая. Он часто сетует на то, что «друзья» поддерживают его только лично, а публично никто не отваживается выступить в его защиту. Я едва ли являюсь «другом» отца Феогноста, но хочу выразить ему публичную поддержку.
Мне не нравится его манера спорить с оппонентами (кажется, это его единственный недостаток), но я признаю за отцом Феогностом и его блогом множество достоинств. На фоне трусливого, тавтологичного и безликого «академического богословия» он является одним из немногих в нашей церкви, кто думает, ищет и, извините за пафос, верит в Бога. Многие его публикации действительно интересны и глубоки. Тот тест, который поставила перед нами история в 2022 году, он прошёл безупречно. Это о чём-то да говорит.
Обращаюсь к тем, кто "принимает решения". Дайте, пожалуйста, отцу Феогносту возможность и дальше читать, писать, ставить вопросы и спорить.
Пару дней назад нашел своего идеального "русь-ского" и сегодня про него проповедовал. Себя бы он мог вполне назвать также и "устюжцем", и "ростовцем". Речь идёт о святителе Стефане (Велико)пермском.
В Германии я нашел и оценил тех самых "святых древней Руси", от которых раньше воротил 👃. Не я, впрочем, один. Георгий Петрович Федотов своих "Святых древней Руси" написал тоже не в Саратове, а уже в Париже.
Главное, за что следует помнить и чтить Стефана - это его гениальное прозрение, которое его посетило в непростом 14 веке - русскость не равнозначна православности. Он положил свою жизнь на то, чтобы обратить зырян (пермяков) в православие без того, чтобы их прежде сделать русь-скими или московитами. Чем не апостол Павел своего времени?
Раз русскость не обязательна, то зыряне заслуживают своего алфавита, литературности и своей, отдельной, цивилизации. Что Стефан и попытался им обеспечить.
В проповеди я сделал особый акцент на том, что, странствуя по пермской глуши, святитель не вел за собой московские отряды и не грозил шаманам царской расправой.
А когда крещеные-просвященные новгородцы и вятичи по своему обычаю совершали набеги на "дикарей", то святитель и его ученики выходили им навстречу, чтобы их усмирить и спасти ставший уже "своим" народ.
В своей деятельности Стефан опирался на поддержку ростовского епископа и московского митрополита. Действительно, святая и сказочная Русь...
Написал о тюбингенских слёзах и разочарованиях. Тут настоящий скандал огромного масштаба. Только и разговоров, что о бедных биомедиках и биотехнологах.