Телеграм канал «рождение света»

Вам знакомо это чувство, когда знаешь тысячи вещей - и не знаешь ничего? Меня оно преследует всю жизнь, и я не могу понять, что из этого правда. Знать много - с одной стороны, это дар, почти опьянение. Но с другой - неведение дарит покой

Но есть одно, что я знаю наверняка. Мне нравится любить. Я умею это делать и хочу - всю оставшуюся жизнь. Недаром Толстой говорил: «Я прекрасен любовью». 1862 год, 12 сентября. 34 года.

esthétique

Окутай меня такой нежностью, чтобы я без страха шла за тобой сквозь всё. Чтобы любить, лелеять и дорожить тобой стало моей второй натурой. Дай мне слово: не предавай нашу связь, ни случайным взглядом, ни резким словом, ни тайной мыслью. А я клянусь оберегать наш союз, пока судьба нам дарит дни вместе. Прошу, люби меня глубоко и честно. Будь рядом всегда, чтобы я никогда, даже на миг, не усомнилась: я - не просто рядом с тобой, я - часть тебя самого

M.А

я уже вообще ни за что не переживаю.
это абсолютно биологически бесполезно. и ни с кем не соревнуюсь, и не хочу никому ничего доказывать.
мне, знаете ли, как-то
жить хочется..
любить хочется.
путешествовать хочется, дышать свежим воздухом и быть бесконечно молодой и счастливой. и вообще, все, что мне предназначено - будет моим, все непременно будет моим. как и всегда.

Сентябрь будет полон любви.

Еще Гёте говорил о стремлении природы к спирали. Она прослеживается всюду — от изгиба слоновьего бивня, чередования побегов на стебле до шаловливого локона на девичьей головке

До этого момента страна была фоном. Пока сон не ударил взрывом и не выбил почву из под ног. Утро, сообщение на канале от «J» о дронах, и я вдруг вижу мир новым, острым зрением. Беспилотные атаки это просто слова в сообщениях, пока они не касаются горизонта твоего города

Пелена спадает, и ты видишь главное: как легко мир стирает то, ради чего ты находишь в себе силы. В этот момент я задаю себе самый сложный вопрос. Благодарна ли я?

Голос говорит, что страх потери - это и есть высшая форма благодарности. Ведь мы не боимся потерять то, что нам безразлично. Но я боюсь одного: что это пройдет. Что я привыкну к новой реальности и снова перестану ценить дыхание близких

Я хочу сохранить эту остроту. Но смогу ли? Или утром, когда время пройдет, я снова растворюсь в рутине, забыв о том, как хрупко всё, что я люблю?