Телеграм канал «The Гращенков»

Договориться по Телеге, видимо, не удалось. ФСБ подводят не только мессенджер, но и самого Дурова, под уголовку о содействии террористической деятельности. «Российская газета» со ссылкой на материалы МВД России и ФСБ, пишет о преступлениях, совершенных «с использованием Telegram», число которых превысило 153 тыс. И даже теракт в «Крокус Сити Холле» координировался через мессенджер. Отмечается, что в условиях конфликта в Украине мессенджер стал главным инструментом спецслужб стран НАТО.

Ну что же, вроде бы очевидно, что сумма претензий достаточно высока, чтобы подвести телегу под блокировку также, как ранее другую продукцию «запрещенной X». Хотя, понятно, что претензии к площадке – это как претензии к мобильному телефону или доске объявлений. Сами по себе они орудия, но не причина. ФСБ же хочет полного контроля, чтобы никакая «координация» не была возможна из-за тотальной прозрачности любого разрешенного мессенджера. Разумеется, к этому все и придет. Интересно только, как это скажется на количестве преступлений. Ведь умудрялись же террористы и экстремисты прошлого действовать и вовсе без мессенджеров, а в прошлом веке – даже без телефонов. Правда, как говорил Джонатан Смолл из Шерлока Холмса, теперь для них это будет немного сложнее.

Возможность блокировки Telegram как независимой экосистемы – скорее приятный бонус. Когда-то так ушел из нашей жизни ЖЖ, перекупленный у Запада олигархами. Потом были разные соцсети, теперь вот телега, чей феномен стал возможен только в стране с острым дефицитом независимых медиа. Ну, в самом деле, привычка начинать день с чтения анонимных агрегаторов, а не лент газет и информагентств – чисто российская фишка. Помню, как пытался внедрить телеграмм немцам на выборах в Бундестаг в 2018 году, а те никак не могли понять, зачем вообще нужна такая приблуда, раз есть нормальные издания, хочешь левого, а хочешь правого толка.

Скорее всего, с закрытием Телеги (или частичной блокировки, наподобие Инсты и прочего), из нашей жизни уйдет сам феномен независимых медиа. Он переместится в область советского самиздата, актуального поговорке из 70-х годов: «никаких известий в Правде, никакой правды в Известиях». Авторизованные, национальные, прозрачные и стерилизованные мессенджеры вряд ли смогут перехватить эту функцию, став скорее имитационной площадкой, на просторах которой будут резвиться поставщики безопасных данных и цифр народного благоденствия. Многомилионная аудитория оптимистично настроенных граждан будет пристально изучать губернаторские отчеты об увеличении налоговых надоев, вечером скроля ленту полную волнующих отчетов о кубометрах проведенного благоустройства или высадки зеленых насаждений взамен утраченных из-за жука короеда.

Так или иначе, все более неизбежная блокировка Телеграмма – это очередной конец эпохи. От эпохи частных медиа 90-х к эпохе «острова Крым», каким стала телега в период сплочения вокруг флага. Сам характер независимой информации становится вопросом безопасности. А не воспользуется ли ей кто-то в корыстных целях? Не станет ли она инструментом побуждающим или наоборот – демобилизующим? Вопрос встает не столько о ее верификации, сколько об уместности использования. Ведь то, что вчера еще было полезно и разрешено, завтра уже может изменить свои свойства и маргинализироваться. Так что будущее за изменчивыми формами протеевской информполитики, где и губернаторские надои могут быть опасной формой социального взаимодействия.

Интересно, что к выборам реанимируют Партию прямой демократии, к созданию которой в уже таком далеком 2020 году я был немного причастен. Тогда «партия танчиков» мыслилась как прогрессистский технократический проект, способный привлечь не только молодежь, но и всех, кто «сидит в гаджетах». Во что теперь превращается ППД?

До недавнего времени номинальным генсеком партии оставался Олег Артамонов, входящий в общественную палату как популяризатор ДЭГ (а сейчас возглавляющий ТИК ДЭГ). До него партией руководил Слава Макаров из ныне запрещенных WOT («Мир танков»). Теперь главой партии выбрали лидером Татьяну Колнауз, депутата закса ЕАО, по специальности – судмедэксперта. Возможно, для того, что бы определить, жива ли партия или уже пора делать вскрытие.

Но интересно, что рейтинг партии начал мерить ФОМ. На данный момент ее рейтинг 3%, а антирейтинг 5%, что примерно соответствует рейтингам «Родины», «Партии Пенсионеров», «Коммунистов России» и даже «Гражданской Платформе». Не исключено, что ППД может стать спойлером для части усилившихся партий, вроде ЛДПР и «Новых Людей». Особенно в части регионов ДВФО и СЗФО. У ППД есть опция выдвижения в ГД без сбора подписей и видимо в Кремле партию решили перезагрузить и сохранить а балансе, как ранее это уже сделали с Пенсионерами.

📊Рейтинг федеральных и региональных каналов, оказавших наибольшее влияние на региональную политику за 16 - 22 февраля 2026 года

🔺Федеральные каналы

1. НЕЗЫГАРЬ (признан иноагентом)
2. Политджойстик
3. The Гращенков
4. ЕЖ (признан иноагентом)
5. ⁠Региональная политика
6. ⁠Политген
7. Политика Онлайн
8. ⁠⁠Землянка
9. Клуб регионов
10. Депутатские будни

🔺Региональные каналы

1. Москвач/Новости Москвы
2. Ротонда
3. Говорит Москва
4. Тайны Ленинградского двора
5. УралИнфоЗавод
6. ⁠Та самая тюменская матрешка
7. Футляр для Курая
8. СШХ
9. ЛенTVZ4
10. E-область
11. То самое северное измерение
12. ⁠Блэтгород
13. ⁠Архангельский кот
14. Земский
15. Сибирский цирюльник
16. Вечерний Хабаровск
17. Вологодской канвой
18. ПОЛИТ.РУС-ЮГ
19. Подмосква
20. Типичная Кубань

#Рейтинг

Подпишитесь на ➡️ ПолитологОрлов

🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

политолог Илья Гращенков (Телеграм-канал The Гращенков) -

Подозрительная реальность

Сжимающееся политическое пространство выглядят как идеологическое наступление. Но у системы власти нет эмоций и рационального подхода, зато есть мощный инстинкт, особенно в режиме самосохранения. В привычном смысле, не будучи ни аппаратом, ни идеологией, а способом стратегического поведения, природа нашей государственности состоит в управлении неопределённостью. Она не столько подавляет, сколько конструирует постоянно расползающиеся границы допустимого.

Вначале своего зарождения в 1991 году власть осознавала себя через включение, втягивая в себя медиа, бизнес, элиты и экспертов. Несистемное не уничтожалось, а приручалось, и в этом была её уникальность, она расширялась, не меняя формы, не запрещала реальность, зато умело ее перераспределяла. Сегодня мы в иной фазе, где включение уступает место маркировке. Соцсети и мессенджеры ведь не просто площадки, а инфраструктура автономии, среда самовоспроизводства повестки. Система не боится слов, но ей чужды площадки, где слова обретают самостоятельную логику. Поэтому инфраструктура оказывается важным активом для перераспределения.

Расширение списка конкурентов - в целом, акт не столько правовой, сколько символический. Эдакая карта системы власти, где акторы всегда либо «внутри», либо «вне» ее. Пока граница подвижна, Система чувствует себя уверенно, когда граница становится жёсткой, это означает, что гибкость сокращается. Так что усиление контроля, как правило, происходит из-за страха утраты стратегической инициативы. В этой оптике пока сохраняется способность задавать правила игры, даже если игра становится жёстче, сохраняется и жизнеспособность системы.

Но, в поисках ухода от опасности, которую сама система создаёт, возникают и новые тревоги. Сжимая пространство, она упрощает реальность, а её сила всегда заключалась в умении работать со сложностью, пусть и не до конца понимая ее. Управляемый плюрализм был инструментом контроля через избыточность. Монолитность же даёт ощущение порядка, но снижает адаптивность. И, поскольку система власти не идеологична, а прагматична, ее стратегическим горизонтом остается устойчивость, а не поиск истины.

Так что усиление давления - лишь часть нового стратегического дизайна, как реакция на утрату контроля над автономными средами. Оборонительный режим, в котором будущее оказывается под подозрением. Власть всегда пытается минимизировать неожиданность, но это и минимизация возможностей. Это не тот тип политики, где власть подавляет свой страх перед возможными протестами, скорее, речь - про отрицание альтернативной реальности и конкуренцию в производстве политического времени-эйдоса. В древнегреческом мифе единственным режиссёром сценария всегда считался Олимп, расправляющийся с прыткими героями.

Так что вопрос не в том, усиливается ли давление. Вопрос в том, остаётся ли у системы власти способность к стратегической игре? Если она продолжает производить новые форматы управляемости, она трансформируется. Если она лишь сокращает поле, она рискует стать жёсткой конструкцией, но без внутреннего запаса прочности, оставшись один на один с собой – контролируя сама себя. Сумеет ли власть превратить сжатие в новый порядок, зависит от того, будет ли это этапом её долгой эволюции или началом усталости конструкции. Само по себе, давление – естественное состояние, риски возникают не от него, а от потери смысла самой стратегии. Когда остается только контроль, возникает опасный вакуум.

Команда ЦРРП в рейтинге «Лучшие команды политтехнологов России – 2026», заняла 12–13 место, набрав 529 голосов, спасибо – это доверие профессионального сообщества. В списке сильнейшие игроки рынка.

11. Вепренцев Сергей (Курков Владимир «Деловая Репутация») - 538
12 -13. Гращенков Илья (ЦРРП) - 529
12-13. Старовойтов Сергей (ФЭС «Клуб Регионов») - 529
14. Даченков Игорь (команда) - 484
15. Максимов Андрей (команда) -457
16. Замарацкая Светлана (команда) - 375
17. Румянцев Сергей (Центр «ПРИСП») -352
18. "Новые люди" (команда Айрат Ахмедзянов, Илья Гращенков, Евгений Зак, Владимир Клешня) - 331
19. АНО «Диалог» (Владимир Табак, Андрей Цепелев, Истомин Кирилл) -294
20, "Единая Россия" (команда Перминов Сергей, Романов Роман, Осинников Андрей) - 281

Также приятно, что в конкурсе отмечена и технологическая команда партии «Новые люди», также вошедшая в ТОП-20.

Особенно важно, что это голосование не про административный ресурс, а про репутацию. Про экспертность, аналитическую глубину и способность работать не только в кампании, но и в межвыборный период: с повесткой, стратегией, идеологией.

Наш центр работает на стыке консалтинга, аналитики и медиа – формируем смыслы, а не просто обслуживаем процессы. Выстраиваем долгую политическую архитектуру.

К Александру Кыневу я отношусь с уважением как к профессиональному эксперту, который живёт в России. Очень печально, что Минюст признал его иностранным агентом. Надеюсь, удастся уладить ситуацию и снять этот статус. Он мешает науке.

Кынев — один из немногих региональных политологов, кто системно работает с данными, анализирует электоральные процессы и помогает лучше понимать происходящее в стране.

Государство вправе защищать свои интересы, но при этом важно сохранять пространство для профессиональной аналитики и добросовестной экспертной дискуссии.

Надеюсь, что Александр сможет продолжить свою работу в новом формате.

Желаю ему выдержки и сил.

✅ Александр Даванков – подписаться 🍀

Судя по итогам 2025 года, столичная налоговая окончательно перешла от точечных проверок к системной работе по демонтажу теневого рынка занятости. Платить должны все: от сдающих в аренду жилье до парикмахеров и массажистов. И в этот раз, видимо, все серьезно. Если раньше разговоры об «обелении» доходов звучали скорее как декларации о намерениях, то теперь за ними стоят вполне конкретные цифры и объемы.

На расширенном заседании Коллегии УФНС по Москве руководитель управления Марина Третьякова представила данные, которые показывают: в прицеле оказались практически все сегменты серой экономики от уже упомянутых «ноготочков» до подмены трудовых отношений самозанятостью и старых добрых зарплат в конвертах. НДФЛ традиционно формирует около половины налоговых доходов бюджета столицы. В 2025 году его поступления выросли на 9% к предыдущему году. Это не только эффект роста экономики, но и результат целенаправленной политики по «обелению» доходов граждан.

За год дополнительно привлечены к декларированию 29 тысяч человек, получивших доходы от сделок с имуществом, доначислено более 2 млрд рублей. Раньше подобные цифры если и появлялись, то в формате отдельных кейсов. Сейчас речь идет о масштабной, регулярной работе. Особое внимание уделено так называемым «низкозарплатным» организациям – компаниям, демонстрирующим подозрительно низкую налоговую базу по фонду оплаты труда: таких в итоге набралось больше трех тысяч, в том числе почти 1,5 тысячи предприятий, активно использующих труд самозанятых.

Фактически речь идет о борьбе с подменой трудовых отношений, когда вместо полноценного трудового договора оформляется «удобный» статус самозанятого, позволяющий снизить налоговую нагрузку и социальные обязательства. Конечно, если самозанятый платит 6% и все, а любое ООО вынуждено платить почти 50% вместе со всей социалкой. Но такие «схемы оптимизации» подходят к концу: по итогам 2025 года легализован труд 85 тыс. физических лиц, из них более 7 тыс. – мигранты. Сумма налоговых доначислений от компаний – 3 млрд. Такая статистика – это сигнал рынку: пространство для серых схем стремительно сокращается. Бизнесу придется адаптироваться к новым условиям «игры в белую». Еще почти 64 тыс. москвичей из числа формально «неработающих» оформили свои источники дохода – это тот самый бытовой теневой сектор: репетиторы, тренеры, мастера маникюра, кондитеры, уборщицы, ремонтники и другие частные специалисты, которые оказывают услуги, принимают переводы, но не формализуют доход. Режим самозанятости дал максимально простой и льготный инструмент для выхода «в белую», однако многие по инерции продолжают работать вне правового поля. Плюс еще 9 млрд.

Видно, что и в публичном пространстве меняется тональность. Если раньше ФНС осторожно оперировала единичными данными, то теперь мы видим системную отчетность. Это означает институционализацию курса на борьбу с теневой занятостью. Вывод предельно прагматичен: работать «по-серому» становится не только рискованно, но и экономически невыгодно. Москва становится полигоном новой модели налогового контроля на рынке труда. И если текущие показатели сохранятся, в ближайшие годы мы увидим дальнейшее сужение теневого сектора.