Телеграм канал «The Гращенков»

Михаил Мишустин дал поручения по итогам стратегической сессии о повышении производительности труда. Осознанный управленческий ход в условиях, когда демография уже не позволяет расти «вширь».

Цифры первого квартала 2026 года сами по себе уже говорят о том, что выбранный курс работает: общий рост более 1,5%, а в сфере информации, связи и сельском хозяйстве – около 5%. Вдобавок первые пилотные проекты «бережливого производства» уже показали, что резерв есть – выработка на отдельных площадках выросла почти на 60%. Т.е. работоспособность правительственной модели подтверждена.

Причём результат получен в условиях жёсткой денежно-кредитной политики, так как лучшие практики масштабируются по всей цепочке создания стоимости. Для меня здесь важен не столько сам прирост, сколько его отраслевая структура: государство целенаправленно поддерживает те сегменты, которые формируют и технологическую, и продовольственную базу экономики.

Однако в условиях демографических ограничений экстенсивный путь закрыт. Остаётся только форсированный режим: обновление основных фондов, ускоренная цифровизация, роботизация и масштабное применение искусственного интеллекта. И здесь уже накоплен серьёзный задел. Отраслевые программы, охватывающие 11 ключевых отраслей экономики и шесть социальных сфер, рассчитаны на рост производительности в среднем на 4% в год и на увеличение показателя на 25% к 2030 году. Это позволит высвободить около трёх миллионов работников и перенаправить их в приоритетные сектора. Программы покрывают более 55 миллионов занятых – свыше двух третей рабочей силы страны.

Теперь Мишустин идёт дальше. Минпромторгу и Минэкономразвития поручено провести отраслевые совещания с крупным бизнесом, чтобы выявить реальные барьеры. Методические рекомендации по программам должны быть скорректированы с обязательным включением мер по автоматизации, роботизации, цифровизации, ИИ и развитию кадров. Принципиально и другое. Государственная поддержка будет жёстче привязана к фактическому уровню производительности. То есть ресурсы сконцентрируют на направлениях с максимальной отдачей.

Избирателям, возможно, интересна левая, но точно не левацкая и не патерналистская повестка. Ведь это прежде всего ответственность государства перед человеком. Государство действительно сервис, но не только сервис. Мы создаем его вместе, отдаем ему часть своих доходов, прав и возможностей, несем общую нагрузку. Значит, вправе требовать защиты от жизненных рисков, равенства возможностей и понятных правил.
Коллективизм при этом бывает разным. Советский вариант – когда все ходят строем, а государство решает, как правильно жить, работать и думать. Но существует и другой – комьюнитаризм свободных сообществ. Люди объединяются вокруг дома, города, профессии, бизнеса или общей проблемы и сами определяют, что для них важно. Примерно так устроена значительная часть европейской социальной модели.

«Новые люди» когда-то именно с этим и заходили в политику. Не с идеей одинокого человека, которому никто ничего не должен, а с идеей сообществ, самоорганизации и взаимной поддержки. Сейчас эту линию можно было бы развить в современную левую повестку. Тем более что Россия и Европа движутся навстречу друг другу с разных сторон. Европа за последние десятилетия сильно полевела и теперь совершает правый поворот. Россия, напротив, экономически и социально остается очень правой страной – и постепенно начинает поворачивать влево.

Но этот поворот не обязательно должен вести к еще большему государству. Бесконечные выплаты для стимулирования рождаемости, лояльности, переезда, голосования или чего угодно – это не социальная справедливость. Это патернализм: власть сама выбирает достойных помощи и назначает им цену. Настоящая справедливость требует не только больше социальных гарантий, но и больше демократии. Не чиновник должен единолично решать, кому, сколько и за что положено. Люди сами должны участвовать в определении приоритетов – через местное самоуправление, профессиональные объединения, независимые профсоюзы, сообщества родителей, предпринимателей, самозанятых и жителей городов.

Новые левые – это не возвращение в СССР. Это ответственность государства без всевластия. Солидарность без уравниловки. Сообщества без строя. Поддержка человека без превращения его в просителя. И главное – справедливость, которую не спускают сверху. Потому что если власть единолично определяет, что справедливо, то это уже не справедливость, а очередная форма управления. Это та повестка, которая долгие годы не было востребована, но сейчас может стать топовой темой. Благодаря тому, что защищаться от прилетов БПЛА, лучше коллективно, как и искать дефицитный бензин или создавать коллективный VPN. Наша власть умеет объединять людей.

Когда на выборах была графа «против всех», она располагалась в самом низу бюллетеня. На этих выборах в Госдуму в конце списка избиратели увидят партию «Новые люди» - номер 11.

Избирательный бюллетень разыгран. ЕР - 1, Новые Люди - 11

Обычно нейросетевая агитация в политике — это низкосортная продукция без смысла, сценария и драмы. Её ещё называют «нейрослоп».

Поэтому я был приятно удивлён, когда увидел пример того, как надо делать. В отчётной кампании депутата Сергея Пахомова и его Комитета по строительству и ЖКХ.

На видео есть главные герои, сюжет, драма, завязка и классическая трёхактная структура. Настоящие мини-фильмы.

Сразу и не скажешь, что это нейросеть. Красивая картинка, отличная озвучка и визуал. Сделано качественно и показывает, что работать по классическим «скучным темам» можно и даже нужно.

Вышло 5 видео:

Эскроу-счета | Кузя
КРТ | Барсик
Расселение аварийного жилья | Муська
Социальная газификация | Рыжик
Поддержка решений собственников жилья | Дымка

Короткий формат видео до минуты и рассказ от лица котиков — сильный политтехнологический ход. В эпоху клипового мышления гораздо проще достучаться до избирателя через эмоцию и понятный всем образ.

Редкий пример хорошего нейровидео в политике.

После встречи Владимира Путина с депутатами в Кремля 27 июля и выступления лидеров парламентских партий на "Территории смыслов" в Сенеже инсайдеры полагают, что Леонид Слуцкий может лишиться возможности совмещать посты лидера ЛДПР, ее думской фракции и международного комитета парламента.

Когда в Кремле его выступление на четыре минуты и ни о чем стали захлопывать коллеги, не стоит воспринимать это как одобрение сказанным словам. А перед выступлением перед молодой аудиторией на "Территории смыслов" надо высыпаться, а не храпеть на сцене.

Сам Слуцкий наверняка это понимает не хуже нас с вами. Но, очевидно, что он банально не вывозит по состоянию здоровья. Это увидели и в политблоке АП, и в Кремле. Очевидно все, и такое не спрятать. Значит, придется как-то с партийного лидера снимать нагрузку.

Одним из вариантов становится решение отдать пост лидера фракции нынешнему депутату от ЛДПР Станиславу Наумову. Он был первым зампредом фракции, но в итоге не смог договориться со Слуцким и Воропаевой о том, чтобы получить одномандатный округ, в котором он готовил почву. Поэтому Наумов пошел на праймериз "Единой России", но понятно, что это все же для членов этой партии в первую очередь мероприятие.

Сейчас он собирает подписи в Магнитогорске, чтобы пойти в Думу как независимый кандидат. Сложная задача, но решаемая. А оппозиционные фракции, между тем, никогда у нас не возглавляли те, кто выиграл выборы по округу, а этот опыт в условиях повышения тревожности населения согласно всем опросам может оказаться очень полезным.

Никто более из тех, кто мог бы потенциально возглавить любую фракцию, кроме "Единой России", округ выиграть не сможет, да и не ставит себе изначально такой цели. Обычно подобные партийные бюрократы спокойно проходят по списку, чтобы сидеть ближайшие пять лет спокойно и тихо. То, что это огорчит избирателей, уже не является проблемой, ибо выборы закончатся.

Так что вариант с неожиданным лидером ЛДПР не такой уж и невероятный.

Кто первым попадет в новый перечень Минюста? Президент подписал закон о временных ограничениях для людей, находящихся за рубежом и уклоняющихся от исполнения наказания. Несмотря на разговоры о «преступниках-релокантах», сфера его применения заметно шире.

Во-первых, ограничения могут применяться к находящемуся за границей человеку с неисполненным уголовным наказанием - формально независимо от статьи. Во-вторых, механизм распространяется на административные наказания по шести составам: нарушения правил деятельности иноагента, дискредитация армии, призывы к санкциям и нарушению территориальной целостности, а также участие в деятельности нежелательной организации. Однако старого штрафа или приговора недостаточно. Необходимы одновременно три условия: судебный акт вступил в силу, уполномоченный орган подтвердил уклонение от исполнения наказания, а также нахождение человека за пределами России. После этого Минюст сможет внести его в специальный открытый перечень.

Наиболее очевидная группа потенциальных адресатов – иноагенты, уже получившие заочные сроки и находящиеся за рубежом. Среди них Юрий Дудь, Борис Акунин, Александр Невзоров, Максим Кац, Илья Яшин и другие. Например, Дудь был заочно приговорен по делу о неисполнении обязанностей иноагента, Акунину окончательно назначили 15 лет, а приговор Невзорову вступил в силу еще в 2023 году. Есть и второй круг - люди, пока привлеченные только к административной ответственности. В 2026 году штрафы по статье 19.34 КоАП получали, например, актер Семен Трескунов, журналист Жанна Агалакова и экономист Олег Ицхоки. Но их включение в перечень возможно лишь в том случае, если наказание действительно не исполнено. Уплаченный штраф сам по себе основанием для ограничений быть не должен.

Формально государственная логика понятна: если человек находится вне российской юрисдикции и исполнить наказание обычным способом невозможно, давление переносится на оставшиеся в России активы, имущество и юридические права. Но фактически возникает механизм дистанционного ограничения гражданской и экономической дееспособности. Человек не сможет полноценно распоряжаться счетами и недвижимостью, пользоваться банковскими приложениями, электронной подписью и онлайн-госуслугами и тд. Речь идет уже не просто о взыскании штрафа или исполнении приговора, а о создании особого правового режима.

На этом фоне сравнение российского законодательства об иноагентах с американским FARA становится все менее убедительным. FARA - прежде всего закон о публичном раскрытии отношений с конкретным иностранным заказчиком. Для регистрации необходимо установить агентскую связь - работу по поручению, под руководством или контролем иностранного принципала – и ведение определенной политической или представительской деятельности. Американские санкции направлены главным образом на умышленный отказ от регистрации, ложные сведения и сокрытие такой связи. Российская модель постепенно развивается в другом направлении: статус присваивается на основании достаточно широкого понятия «иностранного влияния», а затем становится основанием для все новых налоговых, избирательных, профессиональных, имущественных и финансовых ограничений. Закон в США отвечает на вопрос: кто и в чьих интересах воздействует на государственную политику? Российское законодательство все чаще отвечает на другой вопрос, о том какие дополнительные ограничения можно применить к политически активному оппоненту, находящемуся внутри страны или за ее пределами?
И новый закон делает это расхождение еще более заметным.