Телеграм канал «The Гращенков»

Два открытия в Волгограде за одну неделю. Сначала обновленная Привокзальная площадь, затем сквер имени Станислава Говорухина. Внешне это два отдельных события. Политически – одна стратегия.

Именно так, на мой взгляд, и должна выглядеть предвыборная кампания здоровой власти. Не лихорадочное благоустройство за месяц до голосования и не внезапный поток обещаний, а системная работа, которая ведется изо дня в день.

Андрей Бочаров руководит Волгоградской областью более 12 лет. Все это время он последовательно конвертирует поддержку федерального центра, собственный политический вес и отношения с крупным бизнесом в конкретные проекты. Иными словами, символический капитал губернатора превращается в новую городскую реальность.
Сквер Говорухина Бочаров открывает вместе с председателем Госдумы Вячеславом Володиным. В реконструкции Привокзальной площади участвуют «Лукойл», ТМК и фонд «Наше будущее», а на церемонию приезжает Вагит Алекперов. Это хороший пример того, как должен работать губернатор: не просто распределять имеющиеся бюджетные средства, а собирать вокруг региональных задач федеральные и частные ресурсы.

Особенно показательна история с возрождением на Привокзальной площади фонтана «Детский хоровод». Идея его возвращения появилась на молодежном фестивале #ТриЧетыре. Значит, фестиваль существует не для отчетности и красивых фотографий. Он становится площадкой, где инициатива снизу получает поддержку сверху и доходит до реального воплощения.

При Бочарове благоустройство стало, пожалуй, самой зримой сферой преобразований Волгоградской области. Новые пространства невозможно построить только на на бумаге, ведь люди проходят через них каждый день и самостоятельно оценивают результат.

Поэтому открытие площади и сквера, как и реализация множества других проектов благоустройства – это демонстрация управленческой модели, которая складывалась годами. Суть этой модели в том, что губернатор дает обещание, находит ресурсы, привлекает партнеров и доводит проект до конца.

Бочаров возглавляет региональный список «Единой России» на выборах в Госдуму. Но в данном случае запуск обновленных пространств работает сильнее любой партийной агитации. Когда у власти есть результат, предвыборная кампания становится не очередным обещанием будущего, а подведением итогов уже сделанного.

Михаил Мишустин распорядился утвердить Стратегию развития автомобильной промышленности до 2035 года с главной задачей — выйти на объём производства не менее 2,8 млн транспортных средств всех сегментов, повысив уровень технологической независимости.

Это знаковый документ правительства Мишустина, для которого, начиная с 2022 года, развитие и перспективы отечественного автопрома «как зеркала технологической революции», на мой взгляд, стали одним из основных вызовов.

Что удалось сделать с того времени, выстроив после долгих лет метаний в поисках то ли альтруистичного западного партнера, то ли устраивающей всех локализации производства иномарок цельную стратегию производства автомобилей с максимальной опорой на собственные силы? Поэтапно новая политика на основе излюбленного кабмином системного планирования выглядела так. Сначала сохранили отечественные предприятия, перезапустив площадки ушедших иностранных компаний, что воссоздало производство автомобилей практически во всех сегментах. На это ушло более 100 млрд руб.

Далее воспроизвели и адаптировали выпуск автокомпонентов и оборудования, максимально ориентируясь на отечественного производителя. В соединении со сплошной цифровизацией управления и производства — на чем неизменно настаивает премьер — сформировали мощности с потенциалом выпуска свыше 3 млн автомобилей в год, что вводит Россию в первую десятку стран-производителей авто. Новый этап, направления которого сформулированы в обновленной Стратегии, имеет целью максимально загрузить вновь созданные отраслевые мощности, развивая крупносерийное производство. В частности, легковых автомобилей — не менее 500 тыс.

Важно, что речь идет о комплексных решениях на основе принципа сквозной унификации, когда общие узлы и решения применимы к разным моделям и у разных производителей на основе единой суверенной технологической и инженерно-конструкторской базы. Целевой сценарий предполагает, что к 2030 году уровень технологической независимости составит до 80% по легковым машинам и до 90% — по легким коммерческим автомобилям, грузовикам и автобусам.

Глава правительства сформулировал общий смысл или, если угодно, идеологию проекта так: «Наша основная задача — наполнить внутренний рынок российскими автомобилями, которые отвечали бы современным требованиям. При этом они должны быть доступны широкому кругу наших граждан». Коротко и убедительно.

Бензин по календарю. С 1 сентября в Калужской области отменяется схема продажи бензина «чет-нечет». Ее ввели 15 августа вместе с запретом на заправку канистр. Ограничения не касались дизеля и АЗС на трассах.
На первый взгляд, хорошая новость, ведь августовская волна топливного кризиса идет на спад. Но Калужская область пока говорит только сама за себя. В других регионах ситуация развивается прямо противоположным образом.

В Оренбургской области сохраняется режим «чет-нечет», бензина можно купить от 15 до 30 литров, а наливать его в канистры запрещено. В Липецкой области действует лимит в 30 литров и календарная схема на сетевых АЗС. В Астраханской области отпуск АИ-92 и АИ-95 сократили до 30 литров. А в Рязани режим «чет-нечет» вообще ввели только 28 августа.

В Белгородской, Ростовской, Самарской областях, Дагестане, Крыму и Севастополе сохраняются различные лимиты: от 20 до 40 литров бензина на автомобиль. В некоторых регионах топливо продают исключительно в бак. Во многих субъектах ограничения формально вводят не власти, а отдельные сети, поэтому на соседних заправках могут действовать разные правила.

Получается, что в одном регионе кризис уже объявляют преодоленным, в другом делают разовое послабление, а в третьем только начинают распределять бензин по номерным знакам. Это не единая стабилизация, а лоскутное ручное управление дефицитом. Тем более что производственная ситуация остается сложной. По оценкам отраслевых источников, к концу августа выпуск бензина опустился примерно до 80 тысяч тонн в сутки при летнем потреблении около 115 тысяч. То есть собственное производство покрывает лишь около 70% спроса. Даже с учетом импорта и запрета на экспорт рынок остается напряженным.

В сентябре спрос традиционно должен снизиться, а часть НПЗ - вернуться из ремонта. Это создает условия для постепенного снятия ограничений. Но запаса прочности у системы почти нет. Новые аварийные остановки, удары по перерабатывающим предприятиям или сбои в логистике могут быстро съесть достигнутую стабилизацию. Поэтому отмена режима в Калужской области - еще не финал топливного кризиса. Скорее небольшая передышка между сериями. Если восстановление НПЗ пройдет успешно, августовская волна действительно начнет затухать. Если нет, осенью вполне возможна третья волна - с возвращением очередей, канистр и жизни по принципу «чет-нечет».

Рейтинг федеральных и региональных каналов, оказавших наибольшее влияние на региональную политику за 24 – 30 августа 2026 года

🔺 Федеральные каналы

1. НЕЗЫГАРЬ (признан иноагентом)
2. Политджойстик
3. The Гращенков
4. Землянка
5. Политген
6. Телеграбля
7. Политика Онлайн
8. Региональная политика
9. Клуб регионов
10. Вадим Попов Мнение

🔺 Региональные каналы

1. Москвач/Новости Москвы
2. Ротонда
3. Тайны Ленинградского двора
4. Говорит Москва
5. Та самая тюменская матрешка
6. СШХ
7. Футляр для Курая
8. Е1Ru/Новости Екатеринбурга
9. E-область
10. ЛенTVZ4
11. Курская аномалия
12. То самое северное измерение
13. Архангельский кот
14. Шорохи Кумыски
15. Вечерний Хабаровск
16. Глушь_Саратов
17. Кировчано
18. ПОЛИТ.РУС-ЮГ
19. Засекин
20. Нижегородская гильотина

#Рейтинг

Подпишитесь на ➡️ ПолитологОрлов / Мы в MAX / Мы в ВК / Мы в Дзен

Сейчас по всей стране проходят предвыборные дебаты. Большинство из них остаются частью обязательной программы кампании и редко привлекают внимание за пределами своего региона. Но дебаты в Свердловской области показались мне интересными, поэтому разберу их чуть подробнее.

В студии встретились бывший мэр Екатеринбурга, экс-сенатор Аркадий Чернецкий от «Единой России» и предприниматель Александр Демин от «Новых людей». Представитель «Яблока» до дебатов не добрался. По иронии судьбы, он опоздал из-за проблем с общественным транспортом, который затем стал одной из тем дискуссии.

Чернецкий и Демин говорили словно о двух разных Екатеринбургах. Чернецкий смотрел на город с позиции управленческой системы. Екатеринбург почти 20 лет находится среди российских лидеров, развивается малый и средний бизнес, строятся социальные объекты, проводится транспортная реформа. Главная задача, по его мнению, состоит в том, чтобы сохранить достигнутые позиции.

Демин постоянно переводил разговор с общих показателей на повседневную жизнь человека. Что течет из крана? Сколько приходится ждать автобус? Хватает ли семье зарплаты? Почему вместо капитального ремонта иногда проводят косметический? И может ли житель действительно влиять на решения через общественные слушания?

Получилось столкновение двух способов оценивать работу власти. Один измеряет результат количеством запущенных программ, построенных объектов и местом города в рейтингах. Другой спрашивает, почувствовал ли конкретный человек изменения в собственной жизни. Именно поэтому кандидаты зачастую даже не опровергали друг друга. Средняя зарплата может расти, но отдельной семье все равно может не хватать денег до конца месяца. Транспортная реформа может двигаться в правильном направлении, но пассажира прежде всего волнует, пришел ли его автобус вовремя.

Показательно, что в какой-то момент и сам Чернецкий признал ограниченность отдельных цифр. Например, рост числа самозанятых и субъектов малого бизнеса еще не обязательно говорит о реальном состоянии городской экономики. Еще заметнее разница проявилась в разговоре о будущем. Демин спрашивал, что способно вывести Екатеринбург на новый уровень. Чернецкий отвечал, что город уже является лидером и теперь важно сохранить достигнутое.

Да, Чернецкий выглядел опытнее. Было бы странно ожидать иного от человека, за которым десятилетия публичной политики и управления Екатеринбургом. Но главный итог дебатов не в том, кто увереннее держался перед камерой. Главный вопрос в другом: как сегодня измерять успех власти?

Одна партия говорит: посмотрите, сколько мы сделали и каких показателей достигли. Другая спрашивает: а что из этого почувствовал обычный человек? И, пожалуй, именно ответ на этот вопрос определит, чьи аргументы окажутся ближе свердловскому избирателю.

Открытие фонтана обычно не кажется событием, которое требует политологического анализа. Ну фонтан и фонтан. Город стал немного красивее, губернатор и почетные гости перерезали ленточку, жители сделали фотографии.

Но новый светомузыкальный фонтан у Омской крепости интересен именно тем, что позволяет увидеть скрытую механику современной российской региональной политики. За внешне чисто техническим объектом стоит сложное переплетение отношений губернатора с Президентом, федеральным центром, крупными государственными компаниями и региональным бизнесом.

Такие проекты сегодня не появляются только потому, что в региональном бюджете нашлись деньги. Скорее наоборот, областного бюджета для них обычно недостаточно. Поэтому задача губернатора состоит в том, чтобы собрать под конкретный объект целую коалицию единомышленников, каждый из которых обладает своим ресурсом. В случае Омска отправной точкой стала поддержка Владимира Путина. Виталий Хоценко получил ее по проекту капитальной реконструкции набережной, после чего региону был выделен миллиард рублей федеральных средств.

Но президентская поддержка дает региону не только средства. Она создает политическую рамку и снижает риски для всех остальных участников. Бизнес понимает, что проект согласован на самом высоком уровне, является частью долгосрочного развития города и с высокой вероятностью будет доведен до конца. Следующим элементом конструкции стал Сбер. Герман Греф здесь не просто почетный гость на церемонии открытия, а представитель крупнейшей компании, которая принесла в проект ресурсы, технологии, архитектурные компетенции и собственное понимание современной городской среды.

Присутствие Сбера, в свою очередь, становится сигналом уже для других компаний. Если есть поддержка Президента, заинтересованность губернатора, федеральное финансирование и сильный институциональный партнер, значит, участие в проекте выглядит не как рискованная благотворительность, а как вложение в понятную и устойчивую историю. Так вокруг одного городского пространства постепенно соединяются несколько разных уровней. Федеральный центр предоставляет политическую поддержку и стартовый ресурс. Региональный бизнес помогает расширить масштаб задуманного. Городская администрация обеспечивает практическую реализацию. А жители в итоге видят не всю эту сложную систему, а готовую набережную и фонтан.

Именно в этом сегодня заключается одна из главных функций эффективного губернатора. Он уже не просто глава регионального правительства и не только распорядитель бюджетных средств. Он должен быть архитектором связей, способным превратить доверие федерального центра в финансирование, федеральную поддержку в уверенность бизнеса, а интересы разных участников в конкретный результат для территории. Причем после открытия объекта эта цепочка не заканчивается. Успешно реализованный проект сам становится новым политическим ресурсом. Федеральный центр видит, что выделенные деньги дали заметный результат и позволили привлечь внебюджетные средства. Бизнес убеждается, что с региональной командой можно работать. Губернатор получает дополнительные аргументы для обсуждения следующих проектов.

Какой бизнес может перейти во временное управление государством и почему документ можно считать рычагом давления.

24 августа Владимир Путин подписал указ «О мерах по обеспечению безопасности объектов критической инфраструктуры». Документ позволяет передавать под временное управление государства предприятия и их активы, если власти сочтут, что собственник недостаточно защищает особо важный объект, в том числе от беспилотников, или несвоевременно восстанавливает его после повреждений.

Формально национализацией это не является: право собственности сохраняется, а временный управляющий не может продать полученное имущество. Однако, как объяснил политолог Илья Гращенков Осторожно Media, фактически владелец может лишиться контроля над предприятием на неопределённый срок:

«Главный риск документа заключается даже не в его массовом применении, которое маловероятно, а в появлении у государства сильного переговорного инструмента. Чтобы он не превратился в средство административного давления, нужны понятные критерии, письменные предписания, реалистичные сроки устранения нарушений, возможность представить возражения и чёткие условия возвращения предприятия собственнику. Иначе временное управление будет восприниматься бизнесом не как исключительная мера безопасности, а как ещё один фактор неопределённости права собственности».

По словам политолога, разница в том, что раньше похожий механизм применялся прежде всего к активам иностранных владельцев. Теперь под него может попасть гораздо более широкий круг компаний, в том числе российских.

Перечень объектов открыт. Это могут быть энергетические, промышленные, коммунальные, транспортные и логистические предприятия, объекты связи, а также другие объекты, признанные особо важными для безопасности, экономической стабильности или жизнедеятельности населения.

Широко прописаны и основания для вмешательства: например, несвоевременные или недостаточно эффективные меры защиты и задержка восстановления объекта. Конкретных сроков, критериев эффективности и обязательной процедуры предварительного предупреждения собственника в указе нет:

«На практике сначала будут проверки, предписания и попытки договориться с собственником. Власти уже заявили, что механизм предполагается применять точечно, когда владелец не реагирует на замечания и не готов к совместной работе. Но важно понимать, что это пока политическое разъяснение, а не закреплённая в указе процессуальная гарантия. Обязательный предупредительный этап в самом документе не прописан», — заметил эксперт.

Отдельный вопрос — защита предприятий от беспилотников. Гращенков отмечает, что возможности частного бизнеса здесь объективно ограничены. Без чёткого разграничения ответственности собственник рискует отвечать и за недостаточную эффективность защиты территории в целом.

Самая жёсткая часть механизма, — возможность передать временному управляющему не только проблемный объект, но и другое имущество компании, её акции, доли и имущественные права:

«В документе прямо не сказано, что объём передаваемых активов должен ограничиваться имуществом, непосредственно связанным с нарушением».

Срок такого управления указом не ограничен. Оно заканчивается только после нового решения правительства на основании поручения президента. Автоматически бизнес владельцу не вернут:

«Теперь расходы на безопасность, выполнение предписаний и скорость восстановления становятся не просто техническими вопросами, а условиями сохранения контроля над компанией», — резюмировал Гращенков.

😎 Кровавая барыня в MAX