Каждый раз, когда меня критикуют за романтизацию «эпохи, в которой я не жила», я вспоминаю, что для обожаемого мной искусства модерна было очень свойственно стремление прочь от настоящей минуты.
Вот, к примеру, две совершенно замечательные работы Сомова, написанные в 1898 году — «Поэты» и автопортрет художника.
Глядя на них возникают, в первую очередь, ассоциации с уютным бидермайером пушкинской поры, а вовсе не с изящным ар-нуво.
«Поэты» Константина Андреевича совершенно не остромодные декаденты, они – романтики. Да и в собственный образ художник пишет так, что появляется ассоциация со скучающим в имении Онегиным (достойную пару ему составила бы полупрозрачная барышня с картины Виктора Борисова-Мусатова «Призраки»).
Подобный здоровый эскапизм, как и вдохновение прошлым, не только абсолютно нормальны, но зачастую и плодотворны, чему в истории мирового искусства есть множество примеров. К тому же, это состояние хоть немного, но приближает к любимым творцам, что не может не радовать.