С 1700 года в центре Нарвы стоит шведский лев — копия знаменитой статуи перед Королевским дворцом в Стокгольме. Он был установлен в честь победы шведской армии Карла XII в битве при Нарве, состоявшейся в том же году. Однако шведский триумф длился недолго: уже четыре года спустя русские отвоевали город. Каменный лев остался последним символом уходящей эпохи Шведской империи.
В 1881-1884 годах недалеко от шведского льва была построена Александровская церковь, посвященная памяти русского императора Александра II. Ее архитектором стал Отто фон Гиппиус из Санкт-Петербурга. До Великой Отечественной войны она была крупнейшим церковным храмом по всей Эстонии. Так и Российская империя оставила в Нарве след своей великой культуры.
В общей сложности Нарва была в составе Швеции больше 100 лет, а в составе России — почти 300.
И шведский лев, и Александровская церковь были разрушены во время Второй мировой войны. Лишь в начале XXI века оба памятника были восстановлены. Сегодня они стоят недалеко — в 300 метров — друг от друга как напоминание о наследии двух великих империй: Шведской и Российской.
В разных частях России значимым обрядом Ильина дня были коллективные трапезы с закланием барана или телёнка, которые назывались «мольбы», «жертвы», «мирские складчины», «братчины».
Животное, купленное односельчанами в складчину или выращенное и выкормленное всей общиной, приводили к церкви, освящали, а после молебна закалывали.
«Ильинчиков» специальным длинным ножом под колокольный звон закалывал старейший или самый почтенный человек из собравшихся.
Мясо варили в котле и ели все вместе прямо на улице, а угощались не только жители деревни и их гости, но и нищие, собиравшиеся к празднику из окрестных мест. Деньги, вырученные за покупку жертвенного животного, поступали в пользу церкви.
В Вологодской губернии заклание животного совершалось в крестьянских дворах, а в церковь приносили уже печеные и жареные козьи и бараньи головы с горохом или говяжьи ляжки. Здесь об Ильине дне говорили: «Илья — бараний рог», «На пророка Илью баранью голову на стол».
Для ильинской «мольбы» варилось пиво или сусло. Для его приготовления применяли солод из зерен ржи, собранных у жителей деревни. Варка пива либо сопровождала трапезу с жертвенным мясом, либо была самостоятельным событием.
«Братчины» устраивались каждый год в разных деревнях или всегда в одной, где Ильин день был престольным или обетным праздником. В этот день из церкви в деревню приносили икону Ильи Пророка и служили молебен. Основными участниками ильинских братчин были мужчины.
Заканчивались подобные братчины гуляньями молодежи, играми, хороводами, песнями. Именно на Илью Пророка мужчины традиционно играли в рюхи (старинный и усложнённый вариант городков).
Сегодня совершенно безосновательно многими повторяется миф о том, что Ильинские обряды имеют языческое происхождение. Колокольный звон, освящение, священный нож, жертва церкви и нищим, молебен и крестный ход, икона святого — всё это говорит о принципиально ином происхождении традиции этих братчин. Достаточно обратится к текстам Ветхого Завета и обширной литературы, рассказывающей о пророке Илье, о собственноручном заклании им группы жрецов, а также то, что такие же обряды обнаружим у других христианских народов, чтобы понять всю несостоятельность заявлений о языческом или двоеверном содержании этих обрядов.
Таким образом, данная традиция на Ильин день, по сути, является парафразами, визуализацией текстов и иконографии, хорошо знакомых православному Русскому народу.
Исходный сюжет мы можем прочитать в Ветхом Завете, в третьей книге Царств:
И сказал им Илия: схватите пророков Вааловых, чтобы ни один из них не укрылся. И схватили их, и отвел их Илия к потоку Киссону и заколол их там.
(3 Царств, 18:22-40)
450 жрецов Вааловых были собственноручно заколоты пророком Илиёй по закону Моисееву, согласно которому явные идолопоклонники, а особенно те, которые увлекали других к идолопоклонству, подвергались смертной казни. (Втор. 13:1-18)
И сегодняшний Православный праздник, помимо прочего, напоминает нам о том, что святость перед Богом может быть весьма разной, что она — далеко не в одной лишь кротости, всетерпении и подставлении под удар второй щеки.
Мы, Русские люди, должны вспомнить святую правду:
За нашу Православную веру
и за Имя Божие мы должны стоять крепко и дерзко. В Русской Империи будущего ещё будут казнить смертной казнью современных жрецов Ваала — врачей-детоубийц, а с ними и всех замешанных в сатанинской фармацевтике из убиенных в утробе детей.
С Волыни в Почаев идет многолюдный Крестный ход с иконами Царя-Мученика, который завершится в Лавре 5 августа. Власти чинят шествию препоны, однако люди не отказываются от молитвенного подвига и продолжают двигаться. Как мы можем видеть, большинство крестоходцев - женщины и девушки. Так происходит оттого, что мужчин хватают людоловы из ТЦК.
В украинских пабликах бесов корежит от того, что люди на Западной украйне почитают Русского Государя, несмотря на "пятый год полномасштабной агрессии".
Вывод прост: Наши там есть и Государь - их знамя.
А российским "престарелым комсомольцам" наука - убирайте в "парк советского периода" ваших лениных с дзержинскими и фрунзе, если хотите, чтобы эти Православные на украйне считали вас своими.
Многие русские туристы удивляются обилию всего американского во Вьетнаме (крупный русскоязычный гид даже задается вопросом, зачем вьетнамцы ходят в американских куртках времен войны - это же литералли как форму СС носить в Москве. Порой удивляет, что некоторые гиды не то что монографию, даже Википедию по своей профильной теме открыть не могут и посмотреть, в каком Вьетнаме был Дананг в 67-м), но тут новость, которая совсем ломает голову нормис-ВСЖ обывателю.
Несколько дней назад в порт Дананга (первый город, куда высадились морпехи в свое время) с дружеским визитом зашла авианосная группа ВМС США.
Фотографии, где вьетнамцы вручают венки морякам, если что, с официального сайта газеты Народной Армии Вьетнама.
С памятью святого славного и всехвального пророка Илии, Православные!
Пророк Илия непрестанно был готов обличать и поражать врагов Божиих: тех, кто выступал против истинной веры; тех, кто выступал против подлинного Бога; тех, кто предавал Его. В каноне праздника мы слышим слова:
Отцы Церкви определяют гневательную силу души как одно из свойств человека, а не как страсть (современные психологи назвали бы это эмоциональностью). Гневательная сила души сама по себе страстью не является, но она может увлечь человека. Пророк Илия, видимо, был человеком с сильной гневательной силой — той, что толкает нас в действии, порождает мужество и ревность о Боге, о правде.
Чтобы пророк Илия не увлекся этой силой, не превратил её в страсть, в ненависть, в самодостаточное явление, Господь показывает ему, что Сам Он — в ином.
И сказал [Господь Илие]: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра (слав.: «глас хлада тонка») — в нём Господь.
Так же, как и пророк Илия, мы не должны идти на компромиссы, мы не имеем права предавать нашу веру, мы не имеем права скрывать нашу веру, позволять скрывать нашу веру. Мы должны, если нужно, обличать тех, кто идут против нашей веры. Мы должны, если нужно, действовать на тех, кто идут против нашей веры. В прошлом веке, когда нечестивая власть и богоборцы собирались, чтобы разрушать храмы, изымать святыни из храмов, арестовывать священников, часть людей, пусть и порой малая, приходила, и, движимая гневательной силой, защищала, и святыни, и священников, и храмы.
Мы должны не бояться свидетельствовать о нашей вере, иногда являясь, может быть, в праведной ярости. Но нам никогда не нужно увлекаться яростью. Наша ярость не должна превращаться в нечто мстительное, в нечто злобное.
Апостол Павел наставляет: «Гневайтесь и не согрешайте». Господь допускает гнев в нас, но не тогда, когда он направлен на зло людям. Святой апостол Иаков говорит: «Всякий человек да будет скор на слышание, медлен на слова, медлен на гнев». Гнев должен быть не обуревающим нас, не захватывающим нас так, чтобы мы ему покорялись.
Будем же хранить не только его огненность пророка Илии, но и память о «гласе хлада тонка», в котором является Господь!