Как русское общество помогало армии в Великую войну
Плакат Леонида Пастернака «На помощь жертвам войны»
Войны выигрываются не только на фронте, но и в тылу. Первая мировая война подтвердила это в полной мере: к противостоянию подобного размаха не была готова ни одна из воюющих держав. Уже к осенью выяснилось, что сражающаяся армия нуждается в помощи. И русское общество, привычное к благотворительности (например, ранее регулярно проводились сборы по борьбе с чахоткой), откликнулось на призыв.
Не прошло и двух недель со дня объявления войны, как земства создали Всероссийский земский союз. Возглавил его князь Георгий Львов, набравшийся опыта ещё в русско-японскую, когда земцы снаряжали санитарные отряды в Маньчжурию. Несколькими днями позже объединились и города: во главе Всероссийского союза городов встал московский городской голова Михаил Челноков. К концу 1914 года Земский союз развернул 155 тысяч госпитальных коек. Через лазареты Союза городов к началу 1916 года прошло больше миллиона солдат.
Санитарный поезд Земского союза
Пожертвования приходили в разных объёмах — от копеек до миллионов. На улицах собирали средства в запечатанные жестяные кружки: такие сборы устраивали Красный Крест и городские комитеты, а проводили их гимназистки и курсистки. На заводах и в конторах ходили подписные листы, и многие служащие ежемесячно отчисляли на армию процент жалованья.
Газеты принимали переводы и печатали списки жертвователей, в которых анонимные полтинники соседствовали с купеческими тысячами. Устраивались благотворительные концерты, спектакли и лотереи — одна только всероссийская лотерея 1914 года принесла около семнадцати миллионов рублей чистого сбора, отправившегося на помощь жертвам войны.
Сбор в пользу армии
Банки, общества и институты содержали собственные лазареты: Азовско-Донской банк содержал 32 койки, Вольное экономическое общество — 90. Страховое общество «Россия» отдало под госпиталь здание на две тысячи мест. А москвичка Александра Коншина пожертвовала недвижимость и миллион двести тысяч рублей на приют и больницу для увечных воинов.
Помогали, впрочем, не только рублём. Дамские кружки без устали шили и вязали, монастыри отводили под палаты кельи и гостиницы для паломников — к концу 1914 года лазареты действовали более чем в двухстах обителях.
Не осталась в стороне и царская семья: императрица с дочерьми окончили курсы сестёр милосердия и ассистировали на операциях в царскосельских лазаретах. Основанный в самом начале войны Особый Петроградский комитет Великой княжны Ольги Николаевны не только собирал пожертвования, но и координировал другие благотворительные учреждения, помогая в том числе и семьям ушедших на фронт солдат.
Великие княжны Ольга и Татьяна
Не забывали в России даже про подарки к праздникам. К Пасхе 1915 года Земский союз отправил на Галицийский фронт целый поезд: шестнадцать с половиной тысяч яиц, куличи, десятки тысяч кисетов и рубах, сотни тысяч папирос и даже двадцать пять гармоней. Таких посылок в окопах ждали едва ли не сильнее жалованья: они напоминали солдату, что дома о нём помнят.
К 1916 году объёмы общественной помощи снизились, сборы шли всё труднее, Но структура, созданная общими усилиями первых военных месяцев, — госпитали, поезда, склады и мастерские — работала до самого конца войны.
Иван Яковлевич Билибин «Иван-царевич на распутье», 1931г.
Данная иллюстрация была создана для парижского сборника русских народных сказок «Сказки избы» (Contes de l'isba) и сопровождает «Сказку об Иване-царевиче, Жар-птице и о Сером волке».
На рисунке изображен Иван-царевич верхом на коне, остановившийся перед вещим камнем в дремучем лесу. На камне высечено традиционное былинное предсказание о выборе пути.
Почти год я живу в основном в провинции-глуши рядом с городом Зарайск, где проводила каждое лето в детстве (как было и у Фёдора Михайловича).
Мой любимый маршрут, когда друзья приезжают в гости:
В Зарайском кремле взять экскурсию, походить по стенам и башням. Интересный факт: это единственный кремль, который никогда не был разрушен. Зайти в музей, где собрана впечатляющая коллекция разных эпох и культур, начиная с древнейших времен. После на территории кремля зайти в храм Серафима Саровского и в Иоанно-Предтеченский собор, где хранится гроб мамы Ф. М. Достоевского. Потом мы спускаемся к набережной — она напоминает мне японскую архитектуру своей «встроенностью» в природу — и идём к источнику Николая Чудотворца. Поднимаемся в город к Водонапорной башне и идём на кофе или на обед в Бараночную, моё самое любимое место в городе! После прогуливаемся к главной площади, покупаем сувениры-коврижки в Коврижечной (мои любимые: купеческая и посвященная Достоевскому). И если вы машине, то можно съездить к усадьбе Даровое.
Этот маленький город можно пройти всего за пару часов, поэтому если вы искали, куда съездить на выходные в конце лета или осенью — очень рекомендую!
Зашла тут в запрещенные инстаграмы(мета вправду бесит, что ни коммент, так блочки у меня),
А там сетуют, что некий Ейский поджигатель имеет предательский имперский флаг, неонацисткий!
Как всегда, короче. Вся русская история сплошной неонацизм. Вплоть до 1917 года. А еврейские революционеры нормальная практика.
Матрешка в кадре, к слову, как напоминание об абсурдности ситуации.
Думы только навевает о детях с таким социумом. У которых в голове уже каша от духа советщины. Все неугодно, все не то.
Разве что плясать под дудку строя, развалившегося спустя крохотных 70 лет сущестования. Породившего проблемы, которые мы решаем уже в половину от данного отрезка.
И я нет. А лет 150-200 обязательно бы лакомились ими, ибо сегодня Медовый Спас.
«В этот день пчеловоды выносят в церковь, для освящения, первые вырезанные соты, и в домах за обедом у многих помещиков и крестьян, вместо десерта, едят сотовый мед со свежими огурцами», – отмечал автор книги «Год русского земледельца» В. В. Селиванов.
Или откроем дневники Ф. М. Достоевского. В критическом пассаже о Левине, герое «Анны Карениной», Федор Михайлович рассуждает:
«Пусть он помещик, и работящий помещик, и работы мужицкие знает, и сам косит и телегу запрячь умеет, и знает, что к сотовому меду огурцы свежие подаются». Тут имеется в виду сцена, когда Левин встречает на пчельнике гостей и угощает их хлебом, огурцами и свежим медом.
А вот какая картина в рассказе Сергея Николаевича Миловского (1861–1911) «Неизреченный свет»:
«Самовар уже давно притих и остыл, а благочинный все сидел за столом в ожидании сотового меда, о котором он думал, что хорошо бы его со свежими огурцами, тепленькими от солнца, прямо с гряды…
Возьмешь этакий огурчик, зелененький, длинненький, разрежешь его вдоль, там зернышки перламутровые, макнешь половинку в мед, он и потянется, как сусло, а тут его языком, как лопаточкой, подденешь и…»
Удары по Верховной раде не имеют смысла, заявил без двух минут депутат Поддубный. Ведь там не принимаются никакие важные решения.
Интересная позиция будущих депутатов. А бить по Раде, наверное, не надо, чтобы в ответ по Госдуме не прилетело, что ли?
Действительно, дроны собираются в каждом гараже. На них не жалко потратить и ракету за много миллионов денег (а про удары по европейским заводам, на которых производят комплектующие, наши политики даже не заикаются).
При этом Рада продолжает заседания, принимает законы и чувствует себя комфортно. А без уничтожения верхушки противника победить в войне невозможно.