Телеграм канал «Русскій вѣстникъ🇷🇺»

🇷🇺Дореволюціонная пасхальная открытка времёнъ Первой Міровой войны, 1915 годъ.

«Да сбудутся мечты завѣтныя Россіи,
Да вознесетъ ее величіе побѣдъ!
Нашъ Цареградъ, крестъ на Свят. Софіи,
Враги покорены, и миръ на много лѣтъ!»

#Православіе
#Россійская_Имперія
#открытки

👑Царскіе Стражи. Подписаться.

Воскресение

Тропарь, глас 5:
Христо́с воскре́се из ме́ртвых, сме́ртию смерть попра́в, и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в!

Я всем сердцем радуюсь этому величайшему событию и более всего хочу провозгласить: Христос Воскресе — всем тем, кто сейчас находится на фронте, на самом краю ада и каждый день смотрит смерти в глаза. Уверен, там эта радостная весть отзывается в сердцах особенно глубоко.
Бойцы! Поздравляю вас со Светлым Христовым Воскресением!
От всего сердца желаю вам как можно скорее встретить Пасху в стенах родных храмов, рядом с самыми близкими и любимыми.
Желаю вам сохранить в своих сердцах эту радостную весть: смерти больше нет. И если мы храним в себе любовь, веру и верность Богу, то нас ждёт не тьма, а вечное светлое Царство, где нет человеческой ненависти, нет ни пуль, ни осколков, ни приказов…

В 1918 году на Пасху дроздовцы отбили Ростов-на-Дону и встречали этот светлый праздник в ростовском кафедральном соборе. Вот как это описывает Антон Васильевич Туркул в «Дроздовцах в огне», которые мы скоро переиздадим:

Нас обдало теплотой огней и дыхания, живой теплотой огромной толпы молящихся. Все лица были освещены снизу, таинственно и чисто, свечами. Впереди качались, сияя, серебряные хоругви: крестный ход только что вернулся. С амвона архиерей в белых ризах возгласил:
— Христос Воскресе!
Молящиеся невнятно и дружно выдохнули:
— Воистину…

Мы были так рады, что вместо боя застали в Ростове светлую заутреню, что начали осторожно пробираться вперёд, чтобы похристосоваться с владыкой. А на нас сквозь огни свечей смотрели тёмные глаза, округлённые от изумления, даже от ужаса. С недоверием смотрели на наши офицерские погоны, на наши гимнастёрки. Никто не знал, кто мы. Нас стали расспрашивать шёпотом, торопливо. Мы сказали, что белые, что в Ростове Дроздовский. Тёмные глаза точно бы потеплели, нам поверили, с нами начали христосоваться.

Я вышел из собора на паперть. Какая ночь, святая тишина! Но вот загремел, сотрясая воздух, пушечный гром. Со стороны Батайска стреляет бронепоезд красных. Каким странным показался мне в эту ночь гул пушечного огня, находящий шум снарядов. От собора я с полуротой вернулся на вокзал. По улице, над которой гремел пушечный огонь, шли от заутрени люди. Они несли горящие свечи, заслоняя их рукой от дуновения воздуха. Лёгкими огоньками освещало внимательные глаза.

На вокзале, куда мы пришли, в зале первого класса теперь тоже теплились церковные свечи, и от их огней всё стало смутно и нежно. Ростовцы пришли нас поздравлять на вокзал. Здесь были пожилые люди и седые дамы, были девушки в белых платьях, только что от заутрени, дети, молодёжь. Нам нанесли в узелках куличей и пасок. На некоторых куличах горели тоненькие церковные свечи. Обдавая весенним свежим воздухом, с нами христосовались. Все говорили тихо. В мерцании огней всё это было как сон. Тут же, на вокзале, к нам записывались добровольцы, и рота наша росла с каждой минутой.

В два часа ночи на вокзал приехал Дроздовский. Его обступили, с ним христосовались. Его сухощавую фигуру среди лёгких огней и тонкое лицо в отблескивающем пенсне я тоже помню, как во сне. И как во сне, необычайном и нежном, подошла к нему маленькая девочка. Она как бы сквозила светом в своём белом праздничном платье. На худеньких ручках она подала Дроздовскому узелок, кажется, с куличом и внезапно лёгким детским голосом, замирающим в тишине, стала говорить нашему командиру стихи. Я видел, как дрогнуло пенсне Дроздовского, как он побледнел. Он был растроган. Он поднял ребенка на руки, целуя маленькие ручки.

с праздником Пасхи, дорогие!❤️Христос Воскресе!

в пасхальное утро не могу не поделиться своими кадрами — в этом году впервые сама расписывала глазурь узорами

по традиции, буду рада видеть ваши фотокарточки праздника и службы в комментариях🌿

Гиацинтами пахло в столовой,
Ветчиной, куличом и мадерой,
Пахло вешнею Пасхой Христовой,
Православною русскою верой.

Пахло солнцем, оконною краской
И лимоном от женского тела,
Вдохновенно-веселою Пасхой,
Что вокруг колокольно гудела.

И у памятника Николая
Перед самой Большою Морскою,
Где была из торцов мостовая,
Просмоленною пахло доскою.

Из-за вымытых к Празднику стекол,
Из-за рам без песка и без ваты
Город топал, трезвонил и цокал,
Целовался, восторгом объятый.

Было сладко для чрева и духа.
Юность мчалась, цветы приколовши.
А у старцев, хотя было сухо,
Шубы, вата в ушах и галоши…

Поэтичность религии, где ты?
Где поэзии религиозность?
Все «бездельные» песни пропеты,
«Деловая» отныне серьезность…

Пусть нелепо, смешно, глуповато
Было в годы мои молодые,
Но зато было сердце объято
Тем, что свойственно только России!

Игорь Северянин. «Пасха в Петербурге» (1926).

🥚 Подписаться на Современную летопись

Теперь сравним составы (на примере какой-то куличеподобной байды из Интернета).

Это ж надо додуматься добавлять пальму в куличи. Хотя на фоне других, более темных компонентов оно выглядит еще безобидно.

✝️ Даниловский кулич, купленный в лавке одноименного монастыря.

Вкусный, свежий и натуральный. Много изюма, попадается лимонная цедра.

5 из 5, 10 из 10.

Единственное, таки дорого (880₽), но сей кулич того стоит. В следующем году взял бы его еще раз.