Размышления о книге Якоба Арминия «Объявление мнений» (14 часть)
Продолжаем анализировать аргументы Арминия против жесткой формы кальвинистского учения о предопределении. Последний раз говорили об аргументе божественной благодати и свободе, в котором проявляется взгляд синергизма в вопросе спасения.
Этот аргумент очень сильный, но в нем есть уязвимость. Арминий приравнивает “непреодолимую” благодать к “насильственной”. По его логике, если благодать нельзя отвергнуть, значит она разрушает свободу, а это принуждение. Но благодать может быть непреодолимой, не будучи насильственной. Каким образом? Таким: когда Бог не ломает волю, а меняет сердце и желания, чтобы человек захотел идти за Христом добровольно.
Арминий также ссылается на места Писания, где благодати можно противиться. Последователи Кальвина скажут, что общей благодати, выраженной во внешнем призыве всех, можно противиться. Но есть внутренняя, действенная благодать, которая преображает сердце и которой невозможно противостоять.
Также Арминий делает свободу условием любви. Он считает, что любовь возможна только если можно отказаться. Но в будущем веке спасенные уже не смогут отвернуться от Бога, войдя в состояние невозможности отпадения, но их любовь не станет от этого менее подлинной. Значит, возможность отпасть не является обязательным условием любви.
Чтобы многим было понятнее, давайте приведу сравнение через медицину, хотя не во всех деталях это будет корректным сравнением. Арминианская благодать — это некое лечение, требующее согласия больного, который тяжело болен, но не мертв (это очень похоже на православное богословие, но это только кажущееся сходство). Врач приходит, объясняет, предлагает лекарство, побуждает принять лечение, снимает симптомы, но пациент может отказаться. Т.е. благодать дает возможность выздороветь, но не делает выздоровление неизбежным. Больной реально участвует, но если отказывается от помощи и лечения, то погибает.
Кальвинистская благодать — это реанимация мертвого. Здесь пациент не просто болен — он мертв. Врач делает операцию, заставляет сердце биться и возвращает к жизни. Человек открывает глаза, дышит и благодарит врача. Его оживление было не результатом его выбора, это был акт и действия врача. Таким образом благодать не предлагает лечение, а как бы создает жизнь заново.
И здесь конечно вновь возникает вопрос к Божьей справедливости, почему Бог оживляет не всех?
В каждой точке зрения здесь есть свои проблемные зоны.
У Арминия — если человек настолько испорчен, как учит традиционная антропология, почему он вообще способен согласиться?
У Кальвина — если Бог может оживить всех, но оживляет не всех, как это согласуется с универсальной любовью Бога и справедливостью?
Здесь уже кто как для себя ответит и выберет: свободу как возможность выбора или свободу как действие согласно своей природе.
#арминийкальвин
🟪 МОЙ КАНАЛ В МАХ