Телеграм канал «Структура наносит ответный удар»

Друзья, если вы хотите поддержать мою работу по написанию учебника по социологии знания или вам просто интересно читать посты на канале, я буду рад вашим донатам! Сбер или ВТБ +79516462425 PayPal или Zelle +16467296862

Ну что, коллеги? Завтра мне исполняется 35 лет, а на следующей неделе будет целых 5 лет этому каналу. В честь двойной даты я решил поэкспериментировать в жанре одиночного стрима, где буду ждать всех подписчиков. С радостью отвечу на любые ваши вопросы о себе, о прошлом и будущем канала. Да и просто позависать и пообщаться с чатом буду очень рад. Всех жду 7 января в 21 МСК! https://www.youtube.com/live/ae_uHqcqkqw?si=18zq286hLB7dq7aF

Мы, слепые монахи Помните избитую древнеиндийскую притчу про слепых монахов, которые ощупывают слона? Для кого-то из них слон – это колонна, для другого – веревка, для третьего – веер и т. д. Притча, хоть и избитая, вполне работает для описания последствий разделения когнитивного труда. Под слоном можно подразумевать весь окружающий мир. Тогда монахи – это все науки вообще. А можно – лишь часть мира, общество. В этом случае слепые монахи превращаются в различные социальные науки: экономику, историю, антропологию и т. п. Представим себе одного монаха, который перестал ощупывать слона и начинает придираться к репликам других монахов: «Обозначим истинность как отношение полного соответствия между частями множества субъектов "части слона" и частями множества предикатов "качества веревки". Так как множество субъектов "части слона" не является равномощным множеству предикатов "качества веревки", любое высказывание о слоне, исходя из качеств веревки, является категориальной ошибкой». Продвинули ли эти рассуждения дело ощупывания слона? Если да, то в ну о-о-очень узком смысле. Теперь представим другого. Этот слепой монах вместо описаний собственного ощупывания слона начинает выдавать мифопоэтические вирши в стиле: «Поверхности наших тел и тела слона соприкасаются, но мы не хотим замечать того, что не поддается касанию. А не поддается сама животность слона, которая, тем не менее, еще говорит через нашу собственную животность. Продолжать касаться слона после События Резни на Курукшетре – значит исключать पशुत्व, Животность как таковую». Окей, слон определенно стал выглядеть более загадочно, как и мы сами. Тем не менее, дело ощупывания слона снова осталось в стороне. Я пишу этот пост не только для того, чтобы в очередной раз посмеяться над попытками философов – аналитических и континентальных – объявить себя якобы более зрячими, чем другие слепые монахи. (Хотя кого я обманываю? И для этого тоже!) Скорее, я хочу сказать, что философия сама является частью структуры разделения когнитивного труда. Ее сосредоточенность на максимально общих чертах слона – ни в логическом, ни в поэтическом ключе – не имеет совершенно никакого смысла в отрыве от специализированных ощупываний прочих монахов.

Ну, и еще небольшие новости. Тут на Новый год в калифорнийской глуши социолог Герасимов добрался до чтения Джеймисона. И теперь собирается обсудить диалектику всерьез! Не знаю, что из этого получится, но попробуем 5 января вечером поговорить.

Хватит доедать салаты и пересматривать клятого "Гарри Поттера"! Лучше присоединяйтесь к нашему академическому ток-шоу! Наконец-то материалистическая диалектика и социология знания схлестнутся в поединке за звание правильного, а потому всесильного учения. Кстати говоря, на Рождество у нас запланирован еще один стрим-сюрприз. Не переставайте следить за обновлениями.

Диалектические фигуры в социологии знания (Навеяно чтением сборника статей Фредерика Джеймисона под пиво под елкой.) 1) Амбивалентность – сосуществование двух взаимоисключающих свойств в одном феномене. Например, ученые обычно не соглашаются друг с другом, а лишь критикуют друг друга. Однако в чем они все же сходятся – так это в критике обыденных представлений мирян. Пьер Бурдье говорит, что поле науки – это согласие на основании несогласия (d’accord sur le terrain du désaccord). 2) Антиномия – ситуация, когда о сложном феномене можно выдвинуть два противоречащих друг другу, но при этом эвристически равноценных суждения. Так, экстерналисты утверждают, что наука определяется внешним по отношению к ней большим обществом. Интерналисты парируют, что наука – это общество в миниатюре и она развивается под действием внутренних факторов. How can it be both? It can’t. But it is. 3) Перформативный парадокс. Выше я привел пример с древнегреческим парадоксом лжеца, к которому восходят все фигуры этого рода. Так, Гегель критикует Канта за самоподрывающее высказывание «Я ничего не знаю о вещи самой по себе». Изящный прием такого типа использует и Рэндалл Коллинз, когда выдвигает аргумент против собственных критиков: «Если вы опровергаете тезис о том, что наука строится на постоянной полемике, вы тем самым лишь энергично его подтверждаете». 4) Перипетия – поворотная точка в истории, когда действия социальных акторов начинают отрицать их собственные исходные намерения. Эта фигура также восходит к Древней Греции, но уже не к логике, а к драматургии. Например, по Эндрю Эбботту, любая научная школа идентифицирует себя через фрактальное различие с другой школой. Однако если одна из школ побеждает в дебате, она неизбежно раскалывается на новое фрактальное различение. При этом проблематика побежденной школы выживает в одном из осколков победившей. Приближение победы, таким образом, лишь приближает поражение. А поражение… лишь приближает победу.

2025 Год был тяжелый. Иногда – жутко. Думаю, почти как у всех. Однако одна вещь особенно придавала оптимизм. Это собственный интеллектуальный рост. Может, это просто такое запоздалое взросление или даже старение? Во-первых, прекратилось давнее сдвгшное бросание из темы в тему. Разные интересики наконец-то из хлипких ручейков слились в единый поток: выявление отношений между полями социальных наук и полем международной политики. Пока я еще разрываюсь между историческим аспектом (востоковеды и их эпоха) и теоретическим (критика существующих подходов в социологии соцгум знания). Однако, по крайней мере, появились наметки какой-то единой системы. Во-вторых, пришло осознание необходимости вырабатывать собственные мысли и брать за них ответственность. Раньше я часто прятался за авторитет любимых авторов, за иронию или просто разводил руками в духе: «Кто его знает, как там на самом деле?» В этот год я стал понимать, что многие вещи необходимо продумывать самому и до конца. А если не продумывать, то никто их за тебя не продумает. Умер Евгений Максимыч. Умер Петр Альбертыч. Остались только мы с вами. Поздравляю вас с праздниками! Спасибо, что были со мной весь этот год! Встретимся уже в следующем – с новыми форматами академической коммуникации.