Телеграм канал «Sosuper.Ego»

По Биону, цель психоаналитического лечения заключается в том, чтобы познакомить пациента с человеком, с которым он проведет всю жизнь, а именно с самим собой.

Как это мёртвая? Нормально вроде всё с ней было.

Сегодня о концепте «Мёртвой матери» Андре Грина, в упрощённо-схематической форме.

На самом деле, название этой работы всегда ассоциировалось у меня с названиями культовых фильмов о чём-то жутком и полном архаического ужаса, типа «Ребёнка Розмари» Поланского, «Психо» Хичкока или же «Другие» Аменабара. Думаю, фильмов такого рода, где инвестируется в неживое, и идентифицируется с ним же, вагон и маленькая тележка, но тут, как говорится , важна атмосфЭра.
Кстати, фильм «Мой мальчик» по книге Ника Хорнби довольно точно местами передает картину, но там просто драма и молодой Хью Грант, и ни намёка на жуткое.

Итак, ближе к делу, комплекс мёртвой матери подразумевает, что мать в отношениях с ребёнком будет погружена в горе, т.е. депрессию, причиной может быть потеря любимого объекта матери, начиная от члена семьи или кого-то близкого, возможен выкидыш или вынужденный аборт, потеря значимых отношений в виде расставания с партнером. Либо же вид нарциссической раны вроде измены, унижения и сильного разочарования. Как результат - сильная грусть и уменьшение интереса к ребёнку.
Зачастую ведь дети не знают, что происходит с их матерями, в лучшем случае удается установить факты и связать произошедшее уже в более взрослом осознанном возрасте.

Что происходит с ребёнком в таком случае? Видя что мать жива, но настроение её переменилось, соответственно так или иначе претерпевают изменения и отношения. Мать резко дезинвестирует в отношениях с ребёнком, и это воспринимается как катастрофа. Младенец понимает что что-то изменилось, но не понимает что - смысл утерян. Поскольку любой младенец исходит из позиции всемогущества, то причину он находит в том, что это он стал недостаточно хорош для матери, т.е. его влечение, любовь и желание получить материнскую заботу разочаровало мать.

Тогда на помощь приходят защиты - ребёнок дезинвестирует мать, т.е. убивает объект психически - на психо-эмоциональном уровне в отношениях с матерью образуется дыра, в лучшем случае формально-обыкновенное «ничего»,«нормально», «как у всех», которое не имеет под собой других нюансов, если начать уточнять.

Следующим шагом будет идентификация с этой, уже лишившей любви, матерью.
Цель желания такой идентичности - сохранить уже невозможное обладание объектом, становясь не столько таким же как мать (в её искусственной весёлости и наигранной ажитации, т.к. она всё же старается любить и заботиться «по инерции»), а самой матерью, которая больше не может любить как прежде, чья любовь оскудела.

В виду этого, у взрослого, имеющего такой паттерн отношений с матерью, где он был не особо интересен, и взаимодействие было подёрнуто пленкой функционально-формальных отношений, в его личных отношениях будет наблюдаться навязчивое повторение.

Проще говоря, как только партнёр начнёт разочаровывать, что неизбежно в любых отношениях близости, то у героя сегодняшнего поста автоматически запускается защита по дезинвестиции такого объекта и идентификация с мёртвой матерью.
Характерны сдержанность и блокада любви в близких отношениях, диссоциация между чувственным удовольствием и эмоциональным откликом, ну а указанная выше потеря смысла будет компенсироваться форсированием фантазматических и интеллектуальных способностей.*

*с исп. статьи «Мёртвая мать» A. Green

Развитие бешеной игровой деятельности происходит не в свободе играть, а в принуждении воображать, так же как интеллектуальное развитие вписывается в принуждение думать.

Такая сверхинвестированная интеллектуальная активность необходимо несет с собой значительную долю проекции.

Вопреки обычно распространенному мнению, проекция - не всегда [подразумевает] ложное суждение.

Проекция определяется не истинностью или ложностью того, что проецируется, а операцией, заключающейся в том, чтобы перенести на внешнюю сцену (пусть то сцена объекта) расследование и даже гадание о том, что должно быть отвергнуто и уничтожено
внутри.

Ребёнок пережил жестокий опыт своей зависимости от перемен настроения
матери. Отныне он посвятит свои усилия угадыванию или предвосхищению.
André Green

by YURI VASENDIN

Ибо мы знаем, что игнорирующий свою депрессию субъект, вероятно, более нарушен, чем тот, кто переживает её от случая к случаю.

André Green

Я угадаю эту мелодию с…а вот скажите, бывает у вас такое, что вы заносите в плейлист композицию с первых 5-7 секунд слушания? Это же очень просто и стремительно происходит, без сомнений, два аккорда и ты влюблен.
Выбор конкретной музыки особо не нуждается в осмыслении, его можно совершенно никак себе не объяснять, ни тенденциями, ни логикой в комплекте с рацио, ни смыслом текстов или структурой рифмы, по большому-то счету- тебя либо пронимает, и ты слушаешь, пока кровь из ушей не пойдет, либо ты забываешь.

Примерно тоже самое происходит и с выбором объекта, это всегда уже что-то знакомое на подкорке, где-то мы это уже видели, в каких-то тональностях, нюансах и обертонах, такие колебания, которые заставляют резонировать бессознательное. Ну и собственно, об этом сказал Фрейд, «каждое обнаружение объекта на самом деле является его повторным обнаружением».

Правда, дело в том, что музыка вполне себе безобидна, как выбор. А если говорить о выборе объекта - то тут всегда есть возможность перехода в плоскость ретравматизации.
Поскольку речь идёт о «где-то я вас уже видел», то скорее всего и взаимодействие будет в рамках проигрывания объектных отношений с первичным объектом, потому как самый первый опыт получения любви, удовольствия и заботы находится там, какие бы удивительные формы он не имел. И если отношения с родительской фигурой были травмирующими, тогда речь идёт о навязчивом повторении с целью создания «управляемого заноса», а не аварии, которая привела к тому, что много лет в голове звучит одна и та же мелодия.

Выше речь идёт о как таковой концепции «переноса». Все внешние объекты, будь то наши партнёры, друзья, дети и даже коллеги по работе, в определенных ситуациях, могут обладать в наших глазах, чертами наших первичных объектов, тех, кто был с нами с самого начала, и с кем у нас были достаточно близкие отношения.

То есть, психика, в большей или меньшей степени, склонна искажать новые объекты, накидывая на них старое лекало, при наличии в них знакомых нам крючков и зацепок. Тот, у кого их нет, скорее всего не будет нами замечен, как в феномене Баадера-Майнхов, когда увидев разок красную машину, вы начинаете якобы видеть их повсюду, так наведена внутренняя оптика.

Стоит оговориться, что ситуация, где вы встречаете человека, который бы очень деликатно и терпимо, с достаточным пониманием внутренних процессов, и опорой на знание вашей истории, чисто и честно, не прикидывая на вас своих уже готовых лекал, предложил бы вам послушать песню Валенки в исполнении Руслановой что-то разумное, доброе, вечное - редко, да встречается, и иногда кто-то дожидается.

Но я так думаю, что если есть для этого специально обученные люди (психотерапевты), то зачем ждать, когда можно не ждать, тем самым расширяя свой собственный диапазон звучания, и не наступая на горло своей песне.

«Любите ли Вы, Брамса?»…Ой, Гласса. Мне вот очень нравится его медитативно-тревожное звучание, основанное на множественных повторениях. В общем, такой музыкальный минимализм, так и тянет начать раскачиваться.
Я его впервые услышала в фильме «Часы» по книге Каннингема с Николь Кидман (тут я уже писала о нём), ну и началось.

Филипп родился в семье еврейских эмигрантов из Литвы и Белоруссии, у отца был магазин грампластинок, а мама была библиотекарем. Еще в молодости начал сотрудничать с виртуозом Рави Шанкаром. А со своим ансамблем он играет по сей день. Сегодня ему исполнилось 88 лет, производительность у него, конечно, уровня бог.

Наверху клип с чудесным ремиксом на композицию Блонди «Харт оф глас». Доброго вам музыкального утра.

P.S. Кстати, про Брамса посмотрите тоже, это одноименное название экранизации романа Франсуазы Саган. Там есть Ингрид Бергман в костюмах Диора, и еще Энтони Перкинс и Ив Монтан, где они втроем обыгрывают популярную нынче тему про любовь молодого человека к женщине вдвое старше. Был номинирован на Пальмовую ветвь в 61 году.

Сегодняшний именинник Филипп Гласс исполняет свою композицию Mad Rush.
 
Произведение изначально было написано для органа в 1979 году, тогда у пьесы ещё не было названия. Неизвестно, написал ли Гласс её специально к визиту Далай-ламы в Нью-Йорк или же взял уже существующую пьесу.
 
Мелодическая линия движется назад и вперёд, останавливается и продолжается снова. Это похоже на бесконечную петлю, придающую произведению эффект маятника. #Искусство_Ножа

Советские йоги фаллические женщины- кто они? Какой символ на самом деле манифестируют атрибуты власти и успешного успеха? Действительно ли только у женщины есть склонность к погоне за этим ускользающим единорогом, да и что это за химера такая, настолько соблазнительная в своём ощущении всемогущества и безусловной автономности для обоих полов?
Об этом ёмкие (!) выдержки принадлежащие авторству Даны Биркстед-Брин.

▪️▪️▪️

Фаллическая позиция основана на различении между «иметь» и «не иметь», «быть» и «не быть». Фаллос представляет собой состояние полноты и бытия без потребностей – «по ту сторону» ситуации человека – и существует в бессознательном как базовая позиция.

Хотя фаллос не принадлежит ни одному полу, мальчику легче поверить, что его пенис обеспечивает ему обладание фаллосом, и это вплетается в его отношение к своим объектам.

«le phallique n’est pas mâle, le phallique est narcissique» (фаллическое – это не мужское, это нарциссичное) (Parat, 1995).

Фаллическая сексуальность основана на идентификации мужчины или женщины с фаллосом в целях отрицания нехватки и всего разнообразия чувств, с нею ассоциированных – в том числе нужды, зависти, страха, вины и беспомощности. Именно эта бессознательная фантазия о пенисе как фаллосе дарует маскулинности столь желанную позицию, и, полагая эту фантазию вездесущей, мы получаем ключ к объяснению социальных феноменов, давших мужчинам большую власть и высший статус.

Я полагаю, что фрейдовская концепция зависти к пенису зачастую [описывает] зависть к фаллосу, и именно фалличность придает у некоторых женщин мощь ее иллюзорности: эдакий горшок с золотом на конце радуги.

Двусмысленность слова «Penisneid» (по-немецки это и желание завладеть атрибутом, и желание к самому атрибуту) зачастую отсылает к фаллосу, который, будучи получен половым путем, дарует силу.