Телеграм канал «Постпсихиатрия»

Среди книжных новинок время от времени мелькает "Топофилия" (дословно: любовь к месту), автор: И-фу Туан. Я еще не читал, но собираюсь.

Так вот.
Есть места, где я еще не бывал, но "вспоминаю" о них из будущего будущего (выделим такое время, да) — то есть из будущего того будущего, которое по отношению к своему будущему является прошлым. Получается такая ностальгия наперед, ностальгия в кредит. Ну, или как это называть, не знаю.
У вас есть такие места?
У меня таких мест три.

1. Деревушка Саксун, Фареры. Там я хотел бы засесть-написать нудный биоэкзистенциальный автофикшн.

2. Второе такое место находится где-то на архипелаге Огненная Земля.

3. Третье — остров Тасмания.

Жажда, думал Лука Эгмон, все есть жажда. Вина, страх, все виды мук совести, жестокость и ложь – все это просто жажда; бегство и унижение, свершения и стремление к единству – все это просто жажда.

Жажда, думал он, все вращается вокруг жажды, вот она, единственная стабильная точка в хаотичной вселенной; кто мы без этой жажды – растерянные гости, которые впервые пришли на званый ужин в огромный дом и не знают, куда деть руки?

Жажда, думал он, только в ней я могу быть уверен, только благодаря ей я еще способен жить: но не ради утоления жажды – нет, ради ее поддержания, ибо, если утрачу свою жажду, что останется мне?

"Остров обреченных"
Стиг Дагерман

Еще один бедолага дошел до второй благородной истины и застрял. Там дальше идут третья и четвертая (но не будем спойлить, не будем).

1. Когда я говорю "я обещаю", это само по себе означает, что я обещаю? Или это означает только "я сказал, что обещаю"?

2. Когда говорю "я люблю" — это я люблю, или "говорю, что люблю"?

3. Предположим, надежный этернальный источник сообщил, что истинно лишь одно из двух утверждений: а) "я люблю" = я люблю, или б) "я люблю" = "я говорю, что люблю". Как вы узнаете: звучит утверждение а) или б)?

4. Допустим, я и сам не знаю: а) или б). Как я могу узнать?

5. Для "прошаренных": "люблю" — это констатив или перформатив?

🐈‍⬛

В чем смысл смысла?

НОРТОН УАЙЗ. Ты помнишь, как [Томас] Кун курил сигареты? Он начинал предложение, прерывался на середине предложения, начинал затягиваться сигаретой, да так, что прогорала половина сигареты. Просто потрясающая затяжка. А затем начинал снова говорить. Он так и стоит у меня перед глазами.
ЭРРОЛ МОРРИС. Я помню гору окурков и пепла.
УАЙЗ. В течение одного семинара.
МОРРИС. О да.
УАЙЗ. Это то, что я тоже помню. Я никогда не видел, чтобы кто-то так курил ни до, ни после. Конечно, эмфизема чуть не убила его.
МОРРИС. Я часто думаю о привлекательности курения, о том, что оно упрощает мир до трех частей. Вот ты, вот сигарета, а все остальное - пепельница.

Эррол Моррис, «Пепельница»

У синдрома зависимости дурная репутация: она слагалась веками из представлений о греховности, непорядочности, слабости пьяниц, глупости, непомерно воздетом их самолюбии и полном отсутствии самолюбия, дефектности и гениальности, грубости и душевной тонкости, неуправляемой живости характера и мрачной безжизненности запустелой души. Даже в наше время, в век, когда нейроученые могут ткнуть карандашом в нужный участок мозга и четко изречь: «вот здесь, в этом месте нейроны работают активнее (или пассивнее), чем должны», дурная репутация алкогольной, наркотической и любой другой зависимости волочится за человеком с визгливым громыханьем привязанных веревкой консервных банок.

В таких условиях нелегко бросить.
Даже если очень хочешь.
Даже если клянешься детьми, родителями, Богом.
Сама зависимость не даст.
Громыханье консервных банок не даст.
И большинство пьющих будут выпивать, путаясь в показаниях перед самими собой между «не хочу» и «не могу», вечно принимая одно за другое.

Родственники, друзья, сослуживцы: вот кто первым обычно видит проблему.
Говорят об этом мягко. Говорят раздраженно. Говорят устало, безнадежно махая рукой. Князь Петр Андреевич Вяземский называл запой медленным самоубийством. Родственники вынуждены наблюдать медленное, многолетнее самоубийство воли, личности, жизни зависимого ближнего своего.

«А что я могу делать?» - говорят себе уставшие родственники.
«А что вы можете делать?» - вторят им врачи, психологи, друзья, соседи.
И тд., и тп., и ДТП.

CRAFT - это коммуникативный подход, доказавший высокую эффективность в преодолении мотивационных затруднений — с большим уважением к сторонам диалога. Впервые на русском!

Трудно быть современным — легко быть постсовременным.
А просто "взять и быть" для нас, мыслящих приматов, совершенно невозможно.

Не знаю, как я пропустил эту беседу неподражаемой Женечки Тимоновой. Пойду смотреть.

https://youtu.be/kwt-nvfnWaI?si=g4PM02moZcjzbxkU