Телеграм канал «Постпсихиатрия»

НОРТОН УАЙЗ. Ты помнишь, как [Томас] Кун курил сигареты? Он начинал предложение, прерывался на середине предложения, начинал затягиваться сигаретой, да так, что прогорала половина сигареты. Просто потрясающая затяжка. А затем начинал снова говорить. Он так и стоит у меня перед глазами.
ЭРРОЛ МОРРИС. Я помню гору окурков и пепла.
УАЙЗ. В течение одного семинара.
МОРРИС. О да.
УАЙЗ. Это то, что я тоже помню. Я никогда не видел, чтобы кто-то так курил ни до, ни после. Конечно, эмфизема чуть не убила его.
МОРРИС. Я часто думаю о привлекательности курения, о том, что оно упрощает мир до трех частей. Вот ты, вот сигарета, а все остальное - пепельница.

Эррол Моррис, «Пепельница»

У синдрома зависимости дурная репутация: она слагалась веками из представлений о греховности, непорядочности, слабости пьяниц, глупости, непомерно воздетом их самолюбии и полном отсутствии самолюбия, дефектности и гениальности, грубости и душевной тонкости, неуправляемой живости характера и мрачной безжизненности запустелой души. Даже в наше время, в век, когда нейроученые могут ткнуть карандашом в нужный участок мозга и четко изречь: «вот здесь, в этом месте нейроны работают активнее (или пассивнее), чем должны», дурная репутация алкогольной, наркотической и любой другой зависимости волочится за человеком с визгливым громыханьем привязанных веревкой консервных банок.

В таких условиях нелегко бросить.
Даже если очень хочешь.
Даже если клянешься детьми, родителями, Богом.
Сама зависимость не даст.
Громыханье консервных банок не даст.
И большинство пьющих будут выпивать, путаясь в показаниях перед самими собой между «не хочу» и «не могу», вечно принимая одно за другое.

Родственники, друзья, сослуживцы: вот кто первым обычно видит проблему.
Говорят об этом мягко. Говорят раздраженно. Говорят устало, безнадежно махая рукой. Князь Петр Андреевич Вяземский называл запой медленным самоубийством. Родственники вынуждены наблюдать медленное, многолетнее самоубийство воли, личности, жизни зависимого ближнего своего.

«А что я могу делать?» - говорят себе уставшие родственники.
«А что вы можете делать?» - вторят им врачи, психологи, друзья, соседи.
И тд., и тп., и ДТП.

CRAFT - это коммуникативный подход, доказавший высокую эффективность в преодолении мотивационных затруднений — с большим уважением к сторонам диалога. Впервые на русском!

Трудно быть современным — легко быть постсовременным.
А просто "взять и быть" для нас, мыслящих приматов, совершенно невозможно.

Не знаю, как я пропустил эту беседу неподражаемой Женечки Тимоновой. Пойду смотреть.

https://youtu.be/kwt-nvfnWaI?si=g4PM02moZcjzbxkU

🐈‍⬛ Кто что читает, книгоголики?

Сегодня в 18:00 по Мск в интеллектуальном онлайн-пространстве VIP mental будем обсуждать феномен пустой жизни. Не смерть страшна, говорил Марк Аврелий, страшно никогда не начать жить. Живу так, будто умер, говорил Пессоа. Или Чоран, не помню. Или Кьеркегор. Все эти прекрасные теперь уже неживые люди будто смотрели в одну и ту же тьму. И продолжают смотреть. Из тьмы.

Попробуем разобраться:
— что значит пустая жизнь?
— и наполненная
— наполненная чем?
— может ли она быть наполненной, но оставлять ощущение пустоты?
— если да, то нет в ней полноты? или это само ощущение врет?
— если нет, то важнее факт наполненности или ощущение наполненности?

Интересно.
Интересно?
Интересно!

Тусуемся где и обычно: telemetr.me/postpsychiatry/2400

Пепельница?
Доктор, [что] вы курите?

Круглый стол "Теория субъекта"

На днях мы с Алексеем Ёжиковым — коллегой, другом и бро — пытались поймать вечно ускользающего субъекта из древней мифофилософемы о субъект-объектной дихотомии. Не смогли. Но пытались. Но не смогли.

(Интеллектуальное либидо пощекотать себе вы можете, но не более. У нас приличная игра-в-бисер'атура.)