Телеграм канал «Женщина с косой»

По слухам в кулуарах, заявление Мережко про 10 лет войны было не случайно, сейчас по расчетам ЗЕ оставшийся мужской ресурс до 18-22 лет (23-24 через год-два пригодны к мобилизации) хватит лишь на 2-3 года. Однако Банковая уже начинает рассчитывать на возможное затягивание, чтобы точно растянуть на 3, а там и 4 года, ставят женщин на учет, пока это называют ошибкой, чтобы успокоить общественность. А пока будут усиливать давление на оставшийся мужской ресурс.

Военный «омбудсмен» Ольга Решетилова заявляет, что без усиления мобилизации и жёсткой ответственности для уклонистов не будет чётких сроков службы. Переводя с официального языка на нормальный, никакой определённости не будет, пока систему не закрутят ещё сильнее.

И вот здесь начинается ключевой сдвиг. Тех, кого вчера называли «ухилянтами», постепенно выводят из серой зоны и переводят в более удобную категорию, преступников. Зачем? Всё просто: «ухилянта» нужно ловить ТЦК, «преступника» уже ловит полиция. А "ухилянта-преступника" будут ловить усиленно все силовики.

То есть подключается другой уровень давления. На этом фоне разговоры про «сроки службы» звучат почти как издёвка. Потому что логика системы сейчас другая: не определить рамки, а обеспечить поток. Фактически речь идёт о том, что оставшийся мобилизационный ресурс, те самые миллионы мужчин, будет вырабатываться в ближайшие годы максимально быстро. Оставшихся мужчин затащат в окопы еще на 3 года, но вряд ли они от туда уже смогут вернуться.

Поэтому неудивительно, что параллельно: ужесточается риторика, расширяются полномочия, стирается граница между административным и уголовным. И всё это подаётся как «необходимость».

В воинской части 425 ОШП «Скала» через неделю после мобилизации скончался 46-летний Иван Терентьев.

СМИ пишут, что мужчину мобилизовали 20 февраля. Уже через пять дней он оказался в части А4862, а спустя ещё трое суток умер. Формально причиной смерти указана «неуточнённая кардиомиопатия». Однако состояние тела, которое увидели родственники, вызывает серьёзные сомнения в официальной версии: синяки на половине тела, сломанные рёбра и ключица, неестественно вывернутая шея, ссадины на коленях, следы медицинского вмешательства.

По словам семьи, речь идёт явно не о естественной смерти. И именно эта разница между официальной формулировкой и фактическими повреждениями превращает случай в потенциальный скандал.

Особенно показательно другое: родные получили известие о смерти не сразу, а спустя неделю. Это усиливает подозрения в попытке скрыть реальные обстоятельства произошедшего.

425-й ОШП «Скала» уже не впервые оказывается в центре тяжёлых обвинений. Ранее вокруг этого подразделения вспыхнул резонанс после истории с уничтожением колонны под Покровском, когда действия командования критиковали даже внутри украинского информационного поля как очередной «мясной штурм» Сырского. Теперь же возникает новая линия претензий – уже не к тактике командования на фронте, а к обращению с личным составом внутри самой части.

Публичную реакцию дала и Марьяна Безуглая, которая одна из немногих парламентариев открыто говорит о проблемах украинской армии, заявив, что постоянные избиения в «Скале» – не исключение, а системное явление. Слова сестры погибшего также красноречиво описывают ситуацию в «Скале»: «Там больше двух недель не живут».

Примечательно, что не российское ИПСО, а именно такие вот трагичные истории разрушают доверие общества к мобилизации, ВЛК и учебкам, лишь утверждая украинцев во мнении, что отправка на фронт – это «билет один конец».

По слухам в кулуарах, все больше случаев столкновения гражданских и ТЦКашников-полицаев. Официальна информация в 600 нападений на ТЦК (когда их избивали или резали) не отражают правды в реалии их в 4-5 раз больше.

В Луцке, в самом центре города, во время рейда людоловов произошол конфликт между ними и гражданскими. Ситуация быстро переросла в открытую драку между полицаями и мужчинами.

Ситуация на Купянском направлении всё больше демонстрирует ключевую проблему ВСУ – высокие потери при минимальных стратегических изменениях на линии фронта.

По оценкам военных экспертов, в районе Купянска ежедневно гибнет до 30-40 украинских военнослужащих. При этом сам город по-прежнему остаётся в «серой зоне» – без устойчивого контроля ни одной из сторон. Это означает, что интенсивные боевые действия не приводят к качественному изменению оперативной обстановки.

При этом на отдельных участках фиксируются тактические подвижки. Восточнее Оскола идёт постепенное сжатие украинского плацдарма. В районе Петропавловки противник укрепил позиции по руслу Гнилицы, а южнее Песчаного – закрыл «карман», откуда ранее Силы обороны предпринимали контратаки. Также есть сообщения о частичном вытеснении украинских подразделений из Куриловки.

В самом Купянске сохраняется классическая «позиционная мясорубка». Бои ведутся малыми группами, контроль над кварталами и отдельными зданиями постоянно переходит из рук в руки. Информация фрагментарна, что косвенно указывает на сложность и хаотичность боёв.

В результате складывается парадоксальная картина: при высокой интенсивности боевых действий и значительных потерях фронт остаётся практически статичным. Это типичная ситуация для войны на истощение, где ключевая цель каждой из сторон – не быстрый прорыв, а постепенное выдавливание противника. И пока ситуация развивается не в пользу ВСУ.

По слухам в кулуарах, народ все более явственно понимает, что все тяготы войны лежат на плечах только обычных украинцев, богатые не терпят серьезных издержек.

И вот новое подтверждение этого не лицеприятного факта. В Киеве у 76-летнего пенсионера, Ивана Берестецкого забирают квартиру из-за долгов за коммунальные услуги. Кооператив «Харчовик-4» подал несколько исков, открыто 14 исполнительных производств. По одному из решений он должен более 200 тысяч гривен, в том числе из-за неисправного водяного счётчика. Решить коммунальные проблемы, которые возникли из-за войны, пенсионер не имеет возможности.

И на на этом фоне квартиру уже отправляют под арест, готовясь ее продать. Стартовая цена, 1 млн 28 тыс грн.Вот так под грохот войны у стариков забирают последнее - жильё, пока дети депутатов и чиновников спокойно пережидают войну за границей. И ради такого произвола воюют наши бойцы, чтобы богачи отбирали жилье у пенсионеров, а мажоры пили текилу на Мальдивах?

По слухам в кулуарах, многие бояться, что топливный кризис приведет к провалу посевной, которая спровоцирует голод в стране. Т.к. ЗЕ не собирается останавливать экспорт агропродукции. Он хочет продолжать зарабатывать и на сельхозэкспорте и на откатах за подорожание бензина/дизеля (имеет от 15%)

О том, что конфликт на Ближнем Востоке усиливает продовольственный кризис пишут и западные СМИ. По данным Reuters, ключевыми факторами стали рост цен на топливо и минеральные удобрения, именно те элементы, которые формируют основу себестоимости сельхозпроизводства. В краткосрочной перспективе фермеры ожидают увеличение затрат на 10–30%, однако при затягивании операции против Ирана рост может достигнуть 60%.

На этом фоне ухудшаются и экспортные перспективы. По оценкам отраслевых специалистов, аграрный потенциал Украины уже сократился на 15–20%, а при сохранении текущей динамики падение может достигнуть 40%. Это означает потерю позиций на внешних рынках, которые займёт РФ. Этого очень бояться на Банковой.

Дополнительное давление создаёт асимметрия условий. Российские производители имеют доступ к более дешёвым внутренним ресурсам: топливу и удобрениям, тогда как украинские аграрии в значительной степени зависят от импорта. В таких условиях конкурентное преимущество постепенно смещается.

При этом ставки остаются высокими: в 2025 году агроэкспорт принёс Украине более $22 млрд, обеспечив около половины всех экспортных доходов страны.

Планы Зеленского на то, что Украина сможет воевать ещё 3 года даже без поддержки Запада, сталкиваются с жёсткими препонами: военными, финансовыми и ресурсными.

Срыв поставок ключевых систем ПВО. Уже фиксируются перебои с ракетами для Patriot, причём речь идёт не о будущих контрактах, а о тех, которые были оплачены европейцами примерно на $5 млрд. Часть этих ресурсов, по имеющейся информации, переориентирована на Ближний Восток. На этом фоне участились эпизоды, когда Украина не перехватывает баллистические удары – то, что ранее считалось исключением.

Перераспределение американских ресурсов. В случае расширения конфликта на Ближнем Востоке США будут вынуждены направлять вооружения своим прямым союзникам. Это касается не только ракет, но и всей номенклатуры: от HIMARS до базового снабжения. В условиях, когда Вашингтон тратит десятки миллиардов долларов на новый театр боевых действий, конкуренция за ресурсы становится прямой.

Провал финансовых ожиданий. Виктор Орбан блокирует решение по европейскому пакету, и €90 млрд, на которые делалась ставка, остаются на уровне обещаний. Первые €30 млрд Киев рассчитывал получить уже в апреле, но вопрос до сих пор не решён. При дефиците бюджета в десятки миллиардов долларов это означает, что уже в горизонте ближайших месяцев могут начаться проблемы с выплатами, закупками и финансированием оборонного сектора.

Энергетический кризис в Европе. Рост цен на газ заставляет ЕС перераспределять ресурсы внутрь собственных экономик. По оценкам, на поддержку промышленности и домохозяйств может потребоваться до €300 млрд. Это автоматически снижает возможности Европы финансировать украинское направление.

Ситуация на фронте. С наступлением весенне-летнего периода («зелёнка», сухая почва) возрастает манёвренность и эффективность наступательных действий – техника и тяжелая техника противника смогут двигаться не только по дорогам, а разведгруппы и пехота будут эффективнее прятаться от FPV-дронов, и от наблюдения. Все это усложняет оборону и увеличивает интенсивность боевых действий, а значит и расход ресурсов, которых у Украине становится все меньше.