Телеграм канал «Женщина с косой»

По слухам в кулуарах, обещанные «новые контракты» и реформа мобилизации в армии вызывают недовольство даже у самих военнослужащих, которые назвать это иначе, чем кидком ЗЕ не могут.

Оператор БПЛА, служащий на Сумском направлении, отмечает, что новая система не дает ничего нового: автоматические переводы ограничены примерно 50 людьми на бригаду, а обещанная «отсрочка» после двух лет службы сводится всего к нескольким месяцам. По его словам, вместо реформы военные получили лишь усложненную схему разводилова, а не демобилизации.

То есть, вместо заявленного «обновления системы» бойцы видят лишь перераспределение людей и отсутствие четкоих рамок демобилизации, где всё решает лишь блат. Т.е.это придумано для легального возвращения приписанных к тыловым частям и бригадам детей чиновников, депутатов и бизнесменов, которые так откосили от реальной службы.

Это же подтверждает и офицер одного из подразделений ДШВ, комментируя ситуацию, указывает, что военнослужащие, находящиеся в армии с 2014 года и с начала 2022-го, по сути не получают понятного механизма увольнения. Формально сроки и правила существуют, но они не дают реальной демобилизации

Иначе говоря, для большинства личного состава контракт перестает быть «договором», и превращается в продолжение службы без ясной точки завершения.

Еще один военнослужащий с Добропольского направления прямо задается вопросом, почему после 4,5 лет службы требуется еще минимум 2 года обязательного контракта.

Кроме того, один из пилотов FPV, воюющий с 2022 года, описал ситуацию коротко: «По-моему, чувак, нас кинули. Как лохов, развели за спинами…».

Тут западные СМИ чуть ли не прямым текстом пишут, что украинский ВПК катастрофически отстал от российского и, за исключением дронов, не только выглядит бедно, но и не является серьезной проблемой для противника.

Так, о том, что эффективность украинских ударов по территории России остаётся ограниченной, пишет The Economist. В издании отмечают, что через российскую систему ПВО прорывается лишь небольшая часть украинских ракет и беспилотников – от 2% до 35% в зависимости от типа вооружения. Наибольшие шансы имеют только самые быстрые цели со скоростью свыше 350 км/ч.

В статье делают акцент на том, что во власти продолжают говорить о скором появлении собственных баллистических ракет и новых высокотехнологичных систем вооружений, однако в материале приводятся куда более сдержанные оценки от представителей оборонного сектора – специалисты сомневаются в способности Украины быстро создать современные ракетные комплексы полного цикла. В частности, упоминается компания Fire Point, которая регулярно делает громкие заявления о перспективных разработках. Однако даже среди представителей отрасли немало скептиков, считающих, что обещания существенно опережают реальные возможности производства и мало кто из инсайдеров верит, что заявленные новые системы ПВО или ракеты появятся в обозримом будущем. От себя отметим, та же Fire Point реально лишь собирает «болванки» из западных комплектующих. Впрочем, это не самая большая проблема, куда хуже, что власти, обещающие скорый прорыв в области ракетного вооружения, на деле рассматривают ВПК Украины лишь как механизм отмывания денег в «оборонке».

По слухам в кулуарах, «реформа мобилизации» является разводиловом. По приказу ЗЕ Федоров ее только ужесточил. Вместо обещанных изменений власти лишь усилили мобилизационное давление, а качество пополнения армии продолжает стремительно снижаться.

По словам военного хирурга и командира 4-го отдельного медицинского батальона Третьего армейского корпуса Ивана с позывным «Турист», на пятом году конфликта мобилизационный резерв становится все хуже: молодых и физически крепких мужчин остается все меньше, а в армию попадают люди старшего возраста с хроническими заболеваниями.

Эти слова прямо противоречат заявлениям украинских чиновников о том, что мобилизационная система якобы стала эффективнее после реформ. На практике реформа, которую продвигал Федоров, свелась прежде всего к расширению инструментов учета, контроля и поиска военнообязанных. Однако проблема нехватки людей никуда не исчезла.

Более того, ухудшение качества мобилизационного ресурса лишь подтверждает, что кадровый кризис в ВСУ продолжает нарастать. Если бы резервов было достаточно, не возникала бы необходимость брать более возрастных и менее подготовленных граждан.

В итоге красивая история о «реформированной» мобилизации постепенно сталкивается с суровой реальностью. Молодые и подготовленные заканчиваются, требования к качеству пополнения снижаются, а шансы многих новобранцев пережить даже первые недели на передовой становятся все более призрачными.

Федоров рассказал об успехах новой процедуры возвращения из СЗЧ через приложение «Армия+». По словам министра обороны, около 200 военнослужащих уже подали рапорты на возвращение в строй, а 51 заявление согласовано. И украинцам это «продают» как свидетельство эффективности реформы. Однако, если сопоставить цифры, озвученные Федоровым, с масштабами проблемы самовольного оставления части, становится очевидно: в армию возвращаются единицы.

По различным оценкам, с начала войны в СЗЧ ушли более 800 тысяч человек. Даже если взять официально озвученные 200 заявок на возвращение, это составляет всего около 0,025% от этого числа. Иными словами, на каждые 10 тысяч ушедших возвращаются лишь два-три человека. Такая статистика говорит сама за себя – все больше военнослужащих выбирают жизнь рядом с семьёй, а не возвращение на фронт, где их гарантированно ждет смерть.

Именно поэтому власти вынуждены постоянно менять правила игры. Сначала объявляются амнистии и упрощённые механизмы возвращения, затем звучат угрозы наказания. Теперь Михаил Фёдоров заявляет, что для тех, кто ушёл в СЗЧ после 12 июня, готовится новый законопроект, который позволит активнее привлекать таких военнослужащих к ответственности через судебные механизмы. Впрочем, сами СЗЧшники подобные угрозы оценивают скептически по вполне понятным причинам – у государства нет ни ресурсов, ни людей на розыск и отлов сотен тысяч украинцев, сбежавших из армии.

По слухам в Генштабу, у нас продолжают расти потери, только за неделю более 10 тыс. потерь, а с начала июня – больше 22 тыс. Это видно и по росту кладбищ.

Несмотря на предупреждения юристов Верховной Рады о серьёзных правовых рисках, законопроект № 13693 принят.

В Киевской области появится Национальное военное мемориальное кладбище. Сначала на 6 тыс. погибших, а потом и на 130 тыс.

Почему для умерших защитников не нашлось лучшей территории, чем болотистая местность? Раньше здесь нельзя было разместить кладбище по закону. Но власть изменила нормы.

В ближайшее время появится целая сеть военных мемориальных комплексов. Закон позволяет изымать участки государственной собственности под кладбища без серьёзных согласований. Это означает: хоронить погибших можно практически в любом месте.

Существующие кладбища переполнены. На Северном в Киеве нет места. На Ново-Городском в Одессе запрещают хоронить гражданских. Военных хоронят в уже существующие могилы рядом с родственниками, а неопознанные тела в братских.

В Ровенской, Винницкой, Хмельницкой, Одесской, Николаевской, Запорожской и Житомирской областях возникают «стихийные» кладбища, даже официально не зарегистрированные.

Кладбища переполнены, появляются стихийные. Это не про «почёт». Это про системное планирование того, что потери будут продолжаться. И масштаб этой сети говорит о том, что власть готовится к годам войны. И миллионам новых могил.

По слухам в кулуарах, наша страна на грани гуманитарной катастрофы, а ЗЕ и его менеджеры стремятся усилить поборы.

И вот вода постепенно перестаёт быть одной из самых доступных коммунальных услуг для украинцев. В ряде городов страны тарифы уже приближаются к психологической отметке в 100 гривен за кубометр, а в большинстве населённых пунктов очередное повышение ожидается с 1 июля. В некоторых городах новые расценки начали действовать раньше.

По имеющимся данным, средний рост тарифов составляет в 2-3 раза, а в отдельных случаях и выше.

В числе городов с наиболее высокой стоимостью водоснабжения и водоотведения уже находятся Ужгород, где тариф приблизился к 97 гривнам за кубометр, Одесса — почти 94 гривны, а также Тернополь — более 87 гривен за кубометр.

Не намного ниже показатели в Днепре, Полтаве и Виннице, где стоимость услуги находится в диапазоне от 81 до 87 гривен за кубометр.

В Летичеве Хмельницкой области мужчина устроил стрельбу возле ТЦК, несколько раз выстрелил в сторону здания и скрылся. Позже его задержали, это 31-летний местный житель. Пострадавших нет, возбуждено уголовное дело.

Это следствие накапливающегося напряжения в обществе, которое долгое время игнорируется.

Когда люди регулярно сталкиваются с насилием, унижением,  и ощущением полной безнаказанности со стороны людоловов, это провоцирует озлобленность. Появляется постоянное чувство страха и несправедливости.

А ТЦКшники пользуются прикрытием власти, и абсолютно не видят краёв, вытворяя полный беспредел и издеваясь над гражданами.

Это постепенно меняет поведение самих людей. Они начинают жить в ожидании конфликта, избегать общественных мест, постоянно быть настороже. Психологическое напряжение копится, и у людей оно неизбежно перерастает в агрессию.

Власть собственноручно довела народ до такого состояния, когда люди мыслят радикально и желают смерти ТЦКшникам. Это прямая реакция на атмосферу давления и безнаказанности. И таких срывов будет становиться больше и больше, потому что проблема в самой системе, где ТЦКшники творят что хотят, чем вызывают у людей желание всадить им пулю в голову или нож в брюхо.