Телеграм канал «Женщина с косой»

Россия меняет саму экономику воздушной войны против Украины. Речь уже не только о росте количества «Гераней». По словам советника Зеленского Сергея Бескрестнова, российские разработчики переводят целую линейку ударных БПЛА на реактивную тягу — фактически стирая границу между дешевым дроном и ракетой.

Для Украины это особенно тяжелая гонка. Россия в процессе одновременного решения трех задач: увеличить серийность, поднять скорость средств поражения и снизить стоимость каждого запуска. «Бандероль», «Герань-5», «Дань-Т» и другие разработки должны сделать массированные атаки экономически устойчивыми даже при огромном расходе боеприпасов.

А оборона устроена наоборот: каждая новая цель требует обнаружения и средства перехвата, запас которых ограничен. Причем реактивные дроны дополнительно сокращают время на реакцию и усложняют работу перехватчиков, которые у нас в жестком дефиците. Европу не беспокоит то, что Украина ежедневно подвергается обстрелам. Еврочиновники спокойно «ушли в отпуск», проигнорировав Зеленского и все его просьбы, США тоже сейчас ограничены в средствах, они израсходовали 1 500 из 2 330 ракет (65%) из-за войны с Ираном.

Не поможет Украине и Германия, которая пообещала предоставить «тысячи ударных дронов и ракеты для ППО Iris-T». РФ наладила производство реактивных дронов, ракет «бандероль», сократив затраты вдвое. Уже начался выпуск барражирующего боеприпаса «Дань-Т»

Россия строит производство под длительную войну на истощение, где каждый следующий массовый удар для нее должен становиться дешевле, а его отражение для Украины становится все сложнее и дороже.

По слухам в кулуарах, эвакуация обычных граждан постоянно сильно опаздывает из прифронтовых территорий.

И этому самый показательный пример Краматорск, откуда уже безопасно не уедешь. Сегодня в Краматорске в результате удара авиабомбами по мосту появились есть погибшие. По данным местных пабликов, в момент атаки по переправе ехали автомобили и проходили люди. Волонтёр Денис Христов сообщил об останках людей возле моста и сгоревшей машине.

Поэтому если вы живете в прифронтовых городах/селах, то не ждите эвакуации уезжайте уже сейчас. Даже не надейтесь власти о вас не позаботиться, спасайтесь самостоятельно!

По слухам в кулуарах, эвакуация обычных граждан постоянно сильно опаздывает из прифронтовых территорий.

И этому самый показательный пример Краматорск, откуда уже безопасно не уедешь. Сегодня в Краматорске в результате удара авиабомбами по мосту появились есть погибшие. По данным местных пабликов, в момент атаки по переправе ехали автомобили и проходили люди. Волонтёр Денис Христов сообщил об останках людей возле моста и сгоревшей машине.

Поэтому если вы живете в прифронтовых городах/селах, то не ждите эвакуации уезжайте уже сейчас. Даже не надейтесь власти о вас не позаботяться, спасайтись самостоятельно!

По слухам в кулуарах, наезд НАБУ и САП на генпрокурора и контору, является очередным ударом на ЗЕ, чтобы лишить его рычагов давления и уронять шансы Буданова и Проклада в разборках СБУ и ГУР в стили братков.

Антикоррупционеры начали вскрывать причастность генпрокурора Руслана Кравченко к системе крышевания мошеннических колл-центров. Интерес Зеленского к этой теме пробудился лишь после того, как он узнал об операции «Карфаген» НАБУ и предстоящих арестах в Офисе генпрокурора. Отмечает издание «Зеркало недели» со ссылкой на собственные источники.

В Украине могут действовать около 2 тысяч мошеннических колл-центров. Более тысячи из них называют «белыми», они имеют силовое прикрытие и платят «абонплату» силовикам, избегая обысков. «Чёрные» становятся объектами показательных рейдов, что служит не борьбой с преступностью, а устранению конкурентов для тех, кто уже заплатил за защиту.

Схема «абонплаты» работает через так называемое «единое окно»: каждый из более чем тысячи «белых» центров платил около 20 тысяч долларов в месяц. Деньги собирали представители, связаные с силовиками, затем распределяли между причастными структурами СБУ, ГУР, Департаментом стратегических расследований Нацполиции, прокуратурой, Финмониторингом и представителями Госпогранслужбы. Ежемесячный оборот составлял свыше 20 млн долларов.

Так из каждых 20 тысяч долларов 3 тысячи предназначались прокуратуре. После назначения Кравченко генпрокурором долю подняли до 7 тысяч, а общую «абонплату» до 24 тысяч. Общий оборот вырас до более 24 млн долларов в месяц, доля прокуратуры до более 7 млн. Именно это изменение баланса могло не устроить часть владельцев колл-центров, и кто-то передал информацию НАБУ, что помогло следствию раскрутить дело против прокуроров.

В записях фигурант «Канцлер» (Сергей Кропива) описывает «империю» некоего «шефа», НАБУ указывает, что тот ранее возглавлял Государственную налоговую службу, что совпадает с биографией Кравченко (официально НАБУ его фамилию не называет). Кравченко отрицает причастность к крышеванию.

Западные партнёры давно указывали Украине на масштаб проблемы колл-центры обманывали граждан Евросоюза на десятки миллионов евро. Примерно за 3–4 недели до публичной фазы «Карфагена» силовики узнали о расследовании НАБУ. После этого прошло совещание с участием ЗЕ, где обсуждалась необходимость закрытия офисов, задание получил и.о. главы СБУ Поклад. Затем стартовала кампания: 12 августа Нацполиция отчиталась о 411 обысках и закрытии 94 офисов. 1 сентября ЗЕ заявил о необходимости «полностью покончить» с колл-центрами, а на следующий день внёс в Раду законопроекты. Очевидно, что это не начало борьбы, а превентивная реакция на расследование.

Главный вопрос в том ограничится ли следствие Офисом генпрокурора или пойдёт дальше, затронув СБУ. Или просто решит посмотреть как СБУшники и ГУРовцы другдрыго будут мочить в стиле бандитских 90-х.

То, что еще недавно власти называли отдельными «эксцессами» при мобилизации, омбудсмен Дмитрий Лубинец фактически описывает уже как системный кризис.

По словам Лубинца, государство установило ориентир примерно в 30 тысяч мобилизованных ежемесячно, после чего выполнение количественного плана начало подменять нормальную работу с людьми. Результат – начали забирать «всех подряд»: больных, пожилых, людей с зависимостями. Одновременно вокруг системы сформировался коррупционный рынок.

Озвученные омбудсменом тарифы на «услуги» ТЦК украинцы прекрасно знают: $10 тысяч – выйти из буса, $15 тысяч – из военкомата. За $50–70 тысяч человека могут прямо после задержания переправить за границу.

Но остальные приведенные им случаи не менее показательны. Одного человека, по словам омбудсмена, держали в ТЦК 55 дней, хотя ТЦК не имеет полномочий самостоятельно осуществлять длительное административное задержание. В другом случае задержали ветерана с удостоверением, прошедшего Бахмут. По версии Лубинца, ему поставили выбор: снова идти воевать либо «везти деньги». Еще один эпизод – около 1500 молодых мужчин одновременно сняли с воинского учета, после чего часть из них в течение недели выехала за границу. Студентам, имеющим право на отсрочку, по словам омбудсмена, могли предлагать заплатить $15 тысяч, иначе возникала угроза потери отсрочки.

Особенно тяжелой Лубинец называет ситуацию в Закарпатье: там нарушения, по его словам, были фактически «поставлены на поток». Более того, после увольнения одного из руководителей ТЦК на фоне скандала тот впоследствии вернулся в качестве временно исполняющего обязанности – потому что его считают «эффективным».

Говорит Лубинец и о последствиях земобилизационного беспредела – Украина еще не прошла «точку невозврата», но подошла к ней очень близко. Следующим уровнем он называет гражданское сопротивление ТЦК по всей стране.

С последним тезисом не поспоришь – украинцы все чаще гоняют и «догоняют» людоловов, не боясь тюрьмы, справедливо считая, что даже оказаться «за решеткой» лучше смерти на фронте или в ТЦК.

Украинцам объясняют, что армии ежемесячно нужны десятки тысяч новых людей. Но одновременно государство, снимая с десятков тысяч украинцев бронь, довольно странно продолжает расширять перечень «критически важных» организаций. Теперь в этом списке оказались даже крупные музыкальные радиостанции – «Люкс ФМ» и «Бизнес-радио». Всего, согласно опубликованным приказам Министерства культуры, в июне-августе такой статус предоставили 14 предприятиям и организациям. Среди них также благотворительный фонд «Вернись на 100», типографии «Аванпост-прим» и «Рута».

Сам по себе статус критического предприятия не означает автоматического освобождения от мобилизации всех его работников. Но он открывает работодателю возможность оформлять бронирование сотрудников при выполнении установленных требований.

И вот вопрос – что государство сегодня считает действительно критически необходимым для своего выживания? На одном уровне украинцам говорят о тяжелом положении с комплектованием армии. Публично звучит ориентир минимум в 30 тысяч мобилизованных ежемесячно для поддержания численности Сил обороны. Омбудсмен Дмитрий Лубинец одновременно рассказывает о принудительных задержаниях, «бусификации», коррупции в ТЦК и людях, которых мобилизуют, несмотря на серьезные проблемы со здоровьем.

А на другом уровне государственная система продолжает распределять возможность бронирования. Особенно раздражающе это воспринимается после историй с известными представителями медиа. Например, телеведущего Комарова забронировали как работника критически важного предприятия, а у обычных украинцев людоловы при их мобилизации бронь даже не проверяют. Более того, когда публичная персона получает бронь, у обычного человека, лишившегося ее, закономерно возникает вопрос: почему его работа менее критична для государства и экономики? Тем более, что бронь в последние месяцы теряли даже работники «оборонки», сотрудники медучреждений и т.д. (для понимания: в сентябре 14% предприятий лишились возможности бронировать военнообязанных работников).