Телеграм канал «Женщина с косой»

США начали процесс выдачи Украине лицензии на производство ракет для систем Patriot. Как пишет Kyiv Independent, вопрос вышел за рамки политических заявлений и перешел в техническую плоскость. По словам неназванного украинского чиновника, американская компания Lockheed Martin, владеющая технологией производства ракет и являющаяся их основным производителем, дала согласие на передачу Украине лицензии. Впрочем, несмотря на громкие заявления, развертывание полноценного производства остается вопросом не месяцев, а нескольких лет.

Как отмечает Reuters, производство ракет для систем Patriot требует создания практически с нуля высокотехнологичной промышленной базы. Речь идет о выпуске сложнейшей электроники, радиолокационных головок самонаведения, двигателей, программного обеспечения и десятков компонентов, поставки которых контролируются международными производственными цепочками. Даже после получения лицензии Украине предстоит оформить отдельные разрешения на использование секретных технологий, подготовить персонал и с нуля создавать предприятия. По оценкам специалистов, запуск пилотного производства может занять от одного до двух лет, а выход на сколько-нибудь значимые объемы выпуска потребует еще больше времени. Именно поэтому наиболее вероятным вариантом сегодня считается размещение производственных мощностей на территории Германии или Польши, поскольку строительство подобных предприятий в Украине сопряжено с высоким риском российских ударов.

Более того, эксперты напоминают, что сами ракеты Patriot остаются одними из самых дорогих и дефицитных боеприпасов в арсеналах НАТО. Их производство уже испытывает серьезную нагрузку из-за конфликтов на Ближнем Востоке и в Украине. Вопросы вызывает и эффективность ракет-перехватчиков. Бывший заместитель начальника Генерального штаба ВСУ генерал Игорь Романенко ранее заявлял, что Patriot «больше не может обеспечить надежную защиту» от российских ударов, а эффективность комплекса, по его словам, «снизилась с 42% до 6%». Он связал это с модернизацией российских баллистических ракет, которые стали быстрее и получили улучшенные возможности для маневрирования.

В Днепропетровской области военный в СЗЧ открыл огонь по спецназу, который приехал его задерживать. Ранены двое полицейских. Нарушитель застрелился сам.

Он не хотел возвращаться в часть и оказал сопротивление. Власть привыкла называть их «криминалом», но суть одна: человек предпочёл смерть возвращению на фронт.

Система загнала его в угол. Без ротации, без сроков службы, без возможности законно сохранить жизнь — остаётся либо гибель в окопе, либо пуля от своих. И когда это происходит, власть демонизирует СЗЧшников, выставляет их преступниками и трусами. Чтобы остальные боялись не только фронта, но и общественного осуждения. Чтобы никто не покрывал тех, кто пытается выжить.

Дома ждут родные и близкие – братья, отцы, сыновья нужны им живыми дома, а не трупами с фронта. Этот парень не хотел умирать. Но ему не оставили выбора. Последовательное выдавливание всего человеческого происходит не где-то, где тебе промывают мозги. Оно происходит повсеместно — на улицах, с которых силком гребут, в ТЦК где беспощадно забивают чем попало под руку, чтобы ты подписал контракт, в учебке и на передке, где если откажешься пойти в штурм — заградотряд тебя будет мотивировать пулей в затылок. 

Пока власть вешает ярлыки на СЗЧ, люди продолжают стреляться в туалетах и лесах. Демонизация беглецов — это попытка скрыть собственное бессилие. Но проблема не в трусости — проблема в системе, которая не даёт человеку права выжить. И пока это не изменится, каждый новый труп будет не победой противника, а нашим позором.

Эта зима для Украины может оказаться значительно тяжелее прошлой. Устойчивость энергосистемы сейчас оценивается примерно в 60%, тогда как в прошлом году она держалась на уровне около 80%, сообщил энергетический эксперт Юрий Корольчук.

По его словам, восстановить все повреждённые объекты вовремя не получится. Более того, даже те мощности, которые удастся вернуть в строй, не смогут работать так же стабильно, как в предыдущие годы.

Это уже выливается в массовые аварийные отключения по всей стране. Удары по объектам «Укрэнерго» не прекращаются, и система просто не выдерживает нагрузку. В некоторых городах ситуация доходит до крайности, как, например, в Одессе, где люди остаются без света по несколько суток подряд.

То есть, начинается системная деградация. Энергосеть не успевает восстанавливаться, удары продолжаются, а власти при этом продолжают действовать в логике постоянной эскалации. Чем выше накал риторики и политических заявлений, тем сильнее давление на инфраструктуру, и тем быстрее страна погружается в режим веерных отключений.

В результате складывается зависимость: громкие заявления — новые удары — ещё более глубокий энергетический кризис. И в этой цепочке крайними снова оказываются обычные люди, которые неделями живут без света, тепла и нормальных условий.

За всей публичной перепалкой вокруг Михаила Федорова все отчетливее проступает куда более приземленный мотив — деньги.

За последние годы вокруг проектов Минобороны сформировался круг компаний и предпринимателей, заработавших на государственных контрактах сотни миллионов. Поэтому нынешняя борьба выглядит не столько как столкновение идей или подходов к управлению, сколько как попытка сохранить сложившуюся систему финансовых интересов.

Именно этим объясняется и масштаб информационной кампании. В публичное пространство вкладываются серьезные ресурсы, формируются удобные образы: Федоров — как представитель «новой Украины», его оппоненты — как символы старой бюрократии и силового аппарата. Такая конструкция хорошо работает эмоционально, но почти ничего не говорит о том, что происходит за кулисами.

Главный риск для окружения Федорова сегодня находится не в информационной плоскости. Если информация о проводимых проверках будет не просто бравадой, вопрос может перейти в уголовно-правовую сферу. Причем речь идет не о политических обвинениях, а о финансовой деятельности, государственных контрактах, движении средств и возможных коррупционных схемах. Деньги на оборону, которые не до конца раздербанили власти — разворованы командованием, а это миллиарды грн. Только на поставках для БПЛА было украдено порядка 200 млн. грн.

По имеющимся сведениям, материалы по ряду эпизодов собирались не один месяц. Если они действительно лягут в основу уголовных производств, главным предметом расследования станут не публичные заявления, а документы, платежи, посредники и конечные получатели средств.

Именно поэтому борьба вокруг этой истории только начинается. Когда на кону стоят многомиллионные финансовые потоки, информационные атаки становятся лишь первым этапом. Настоящее противостояние начинается тогда, когда в дело входят следственные органы и возникает риск потерять не только влияние и деньги, но и личную свободу.

По слухам в кулуарах, до Славянска и Краматорска осталось около 3 км. Почему сохранение жизней солдат важнее сожженной земли?

Враг находится в Кондратовке и Николаевке. От этих населённых пунктов до окраин Славянска и Краматорска всего около трёх километров. Это расстояние артиллерия и беспилотники преодолевают за считанные секунды. Любое движение наших военных или гражданских становится заметным для противника. По словам военнослужащего с позывным «Мучной», наши военные контролируют лишь отдельные микрорайоны на северо-западном въезде в Константиновку. Большинство районов уже заняты противником. «Враг уже открыто демонстрирует своё присутствие практически на каждой улице. Это уже не единичные случаи или слухи, а систематическое продвижение и закрепление», – написал «Мучной» в своём Telegram-канале. По его словам, северная часть города остаётся изолированной. Возможности для безопасного выхода или подвоза необходимого очень ограничены.

По данным аналитического проекта Deep State, российские подразделения продвинулись на Славянском направлении в районе населённых пунктов Кривая Лука и Каленики Донецкой области. Платой за каждый метр земли становятся жизни наших военных. И чем дольше мы удерживаем эти города, тем больше потерь будет. По данным Bloomberg, Краматорск становится непригодным для жизни. Российские войска используют артиллерию, беспилотники и авиационные удары. Город уже непригоден для жизни. А там, по разным оценкам, остаются около 140 тысяч наших бойцов. Военный с позывным «Коммерс» рассказал Bloomberg, что управляемые авиабомбы страшнее дронов и используются там чаще, чем артиллерия. Всё это падает на их головы. Они держат оборону руин, находясь в эпицентре. Лучше вывести войска и сохранить боеспособные подразделения для будущих операций, чем продолжать оборону разрушенных городов ценой тысяч жизней. Зачем отдавать за руины наших людей?

С начала июля оккупанты захватили более 200 кв. км украинских территорий – это размеры, сопоставимые с площадью таких городов как Одесса или Львов. И наступление россиян не прекращается – они лезут в Славянско-Краматорскую агломерацию (нанося удары авиацией, артиллерией и БпЛА по Николаевке – фактически последнему крупному узлу обороны ВСУ на подступах к Славянску), продвигаются на Днепропетровщине, в Донецкой, Харьковской и Сумской области. Только за неделю Украиной потеряны порядка 15 населенных пунктов (Пискуновка, Земляной Яр, Петро-Ивановка, Калиновка, Лосевка и т.д.).

Но, что еще проблематичнее, на фронте увеличивается т.н. «килл-зона» (территория, где любое движение может быть мгновенно обнаружено и атаковано беспилотником). По информации Die Zeit, она уже достигает 40 км в ширину и продолжает расширяться. В таких условиях бронетехника постепенно исчезает из поля боя, а скрытно перебрасывать войска или готовить крупные наступления – становится почти невозможно. Все, что движется, рискует стать целью уже через несколько минут. И о чем умалчивает немецкая пресса, так это о том, что большую часть «килл-зоны» контролируют как раз россияне: в Die Zeit предпочли не нагнетать обстановку, просто отписав, что «на каждый квадратный километр фронта приходится не менее десяти дронов», не уточняя, что это в большинстве случаев вражеские БпЛА.

Евросоюз будет отказывать во временной защите военнообязанным украинцам с 2027 года: «С учетом меняющихся потребностей Украины в области обороны в дальнейшем временная защита будет предоставляться только тем, кто выполняет свои военные обязательства в Украине. Это ограничение будет применяться только к новым заявителям на получение временной защиты. Оно не будет распространяться на тех, кто уже пользуется временной защитой в ЕС».

Для получения временной защиты украинцы «должны будут подтвердить выполнение своих воинских обязательств»: «Например, это можно сделать, предъявив паспорт с выездным штампом, поставленным украинскими властями, подтверждающим, что они покинули Украину на законных основаниях и, следовательно, выполнили свои воинские обязательства. Также это можно сделать, предъявив документ в бумажном или электронном формате, подтверждающий освобождение от воинских обязательств или их выполнение».

Как видим, в Евросоюзе дали понять мужчинам призывного возраста, которые хотят свалить из Украины, что «лавочка» закрывается. Да и в целом ЕС «ухилянтам» сейчас стоит рассматривать лишь как «перевалочный пункт» – судя по всему, уже в скором времени европейцы, по сговору с Зеленским, начнут выдавать украинцев прямо в лапы ТЦКшников, депортируя наших граждан из стран или «разворачивая» их на границе.