Телеграм канал «Женщина с косой»

По слухам в кулуарах, из-за уничтожения противником ряда предприятий со многих работников таких критических отраслей снимут брони. Т.е. если раньше работа на критически важном предприятии гарантировала отсрочку, то сейчас ситуация меняется. В ближайшее время тысячи забронированных сотрудников могут отправиться на фронт.

Кабмин уже меняет правила, а ранее речь шла о приостановке бронирования через «Дію» с 8 августа. Сейчас появилась информация, что это немного откладывается. Однако очевидно: многим украинцам не избежать потери бронирования, и произойдёт это в ближайшее время.

ЗЕ дал задание новому министру обороны: «Будущему министру обороны придётся заниматься не только армией, но и проблемами мобилизации и работы ТЦК». И Евгений Хмара намерен жёстко действовать в отношении уклонистов: блокировать счета, лишать водительских прав и государственной поддержки. Также планируется запретить или максимально бюрократически усложнить доступ адвокатов в ТЦК к военнообязанным. Т.е. это фактически лишит мужчин призывного возраста прав.

Также власть намерена вернуть в Украину и тех, кто выехал за границу. «Наш уклонист лучше индуса или негра. Поэтому его надо вернуть из-за границы после того, как мы лишим его права голоса», — заявил офицер 413-го полка СБС «РЕЙД». По его словам, заграничные партнёры должны поспособствовать возвращению, а государство должно «относиться к ним как к крепостным». Военные аналитики сообщают, что на Банковой уже подсчитали мобилизационный резерв в 1 млн человек.

Недаром Хмара в интервью журналистке Лори Лумер заявил, что намерен закончить войну в течении 14 лет. Чтобы его сыновья не воевали, а восстанавливали Украину: «Моя личная цель — завершить войну до того, как двое моих сыновей, которым сейчас 9 и 11 лет, достигнут призывного возраста, чтобы они строили Украину, а не воевали за неё». При этом он с лёгкостью лишает простых украинцев возможности избежать мобилизации.

ТЦКшники продолжают похищать людей с улиц.

На кадрах снятых в Одессе видно, как группа работников ТЦК толпой гонят очередного гражданского. За всем этим спокойно наблюдает полицай, который присутствует только для подтверждения того, что любые действия ТЦК — декриминализованы.

Новый министр обороны Хмара собрался воевать еще 14 лет – только бы его дети не попали на войну. Его план — наловить 1 млн человек до конца года, для этого он закручивает гайки позорной бусификации. С каждым днем нас становится меньше, а ситуация ухудшается. Украина стала территорией диктатуры, заработка на войне и тотального бесправия простого народа.

Владимир Зеленский продолжает публично говорить о «новых видах оружия» и создавать впечатление, что у Украины есть ресурсы для перелома ситуации, но оценки изнутри звучат куда более тревожно.

Валерий Залужный прямо заявил, что существующие подходы к ведению войны фактически исчерпаны. По его словам, Украина уже задействовала почти весь доступный арсенал и даже использовала доктрины, на которых строится военная стратегия НАТО, за исключением лишь отдельных систем вроде ядерного оружия, «Томагавков», авианосцев и F-35. Однако ключевая проблема в другом: Россия адаптировалась ко всем этим инструментам и нашла способы им противодействовать.

Более того, Залужный указывает на системный кризис, даже НАТО, по его мнению, не успевает за темпами современной войны и продолжает опираться на устаревшие подходы, сформированные еще после Второй мировой. Украина же уже оказалась в новой технологической реальности, где прежние методы больше не работают.

Пока Зеленский пытается угрожать врагу «новыми видами оружия», именно враг системно и эффективно уничтожает Украину, задействуя весь спектр своих ударных средств.

Украинские власти продолжают показательно наказывать «ухилянтов» – реальные сроки лишения свободы «светят» даже тем, кто ссылается на проблемы со здоровьем, семейные обстоятельства или впоследствии даже получают официальную бронь от армии.

Так, Оболонский районный суд Киева приговорил местного жителя к пяти годам лишения свободы по статье 336 УК за отказ от мобилизации. Осужденного взяли под стражу прямо в зале суда.

Сообщается, что в январе 2023 года мужчина самостоятельно прибыл в территориальный центр комплектования для уточнения военно-учетных данных. После прохождения военно-врачебной комиссии его признали годным к военной службе. Спустя несколько дней ТЦКшники попытались вручить ему мобилизационное распоряжение и повестку с требованием прибыть в воинскую часть, однако мужчина отказался получать документы, заявив о внезапном психическом расстройстве. Факт отказа был оформлен соответствующим актом в присутствии свидетелей.

Во время судебного процесса обвиняемый признал вину и заявил о раскаянии. В свою защиту он пояснил, что не согласился с заключением ВЛК и в день получения повестки обратился к психиатру, который диагностировал у него рекуррентное депрессивное расстройство. Кроме того, мужчина ссылался на тяжелое состояние здоровья супруги и ее отца, а также указывал, что в 2024 году официально трудоустроился и получил бронирование от мобилизации.

Однако суд счел эти доводы недостаточными. В приговоре отмечается, что во время прохождения военно-врачебной комиссии мужчина не сообщал врачу-психиатру о каких-либо психических расстройствах, а обращение в гражданское медицинское учреждение уже после вручения повестки не может служить доказательством его непригодности к военной службе. Семейные обстоятельства, по мнению суда, также не давали законных оснований для отсрочки, а полученное спустя более года бронирование не освобождает от уголовной ответственности за ранее совершенное правонарушение. Отдельно суд указал, что за весь период досудебного расследования и судебного рассмотрения обвиняемый не предпринял никаких попыток добровольно исполнить мобилизационное предписание.

Отметим, что у Хмары серьезно взялись за «ухилянтов»: уже разработаны законопроекты по санкциям против них (блокировка банковских счетов, ограничения на использование водительских прав и получение административных услуг и т.д.). А параллельно МВД запускает систему автоматического поиска по фотографии подозреваемых и пропавших «Ликон» при помощи которой могут начать искать и уклонистов (что вполне логично – полицейские и ТЦКшники теперь де-факто одно ведомство по отлову украинцев на фронт).

По слухам в Генштабе, противник уже в Дружковке, а это был ключевой пункт обороны Краматорска. А Славянск зажат со стороны Николаевки и Райгородка. При этом как и предыдущий новый главком ВСУ запрещает отступать из городов. Многие в офицеры бояться, что более 50 тыс. бойцов ВСУ может оказаться в ловушке там.

Если проанализировать заявления украинских и российских властей об условиях завершения войны, то спор фактически сузился до 25% территории Донецкой области, остающейся под контролем Украины. Киев настаивает на завершении войны по линии фронта. Москва требует вывода украинских войск из Донбасса.

Условно ситуация сводится к вопросу: готовы ли мы страдать от обстрелов, ночевать в метро, сидеть без света и хоронить близких, чтобы сохранить ради Славянска и Краматорска?

Проводить референдумы никто не будет, решение примут руководители стран. Но возникает вопрос: почему эти 25% Донецкой области настолько важны, что ради них готовы продолжать войну, не считаясь с потерями?

В ОП говорят о Славянске и Краматорске как о «поясе крепостей», но в военном плане их потеря не создаёт критических угроз: ключевые логистические пути не перерезаются, армия упрётся в укрепрайон у Барвенково. Так в чём смысл борьбы?

До марта 2025 года Зеленский называл это «капитулянтством», но под давлением Трампа согласился на перемирие по линии фронта. ЗЕ важно продолжать войну, т.к. мир означает выборы, а выборы потеря власти, т.к. он уже отстает не только от Залужного, но от Федорова и Буданова, а его окружению, что не месяц предъявляют новые обвинения в коррупции.

Масштабный удар РФ по украинскому бизнесу, дефицит ПВО и отказ Трампа предоставлять дополнительную помощь.

Именно такие события часто влияют друг на друга и меняют ситуацию гораздо сильнее, чем кажется.

В «Политразгоне» разбирают, как связаны главные события и к каким последствиям они могут привести.

Если хотите понимать происходящее, а не просто читать новости — добро пожаловать в «Политразгон».

По слухам в кулуарах, мы все глубже погружаемся в топливный кризис.

Изначальный замысел ЗЕ выглядел так: ударами по НПЗ лишить Россию топлива и создать проблемы для ее экономики. Однако к началу августа большинство ограничений на продажу бензина в российских регионах уже отменены, а очереди на АЗС практически исчезли.

Российский рынок сумел адаптироваться, были увеличены поставки топлива из Беларуси, а внутренние ресурсы перераспределены. В результате ожидаемого масштабного дефицита топлива в РФ не произошло. В то же время последствия все сильнее ощущаются в Украине. Речь про ответные удары противника по украинской топливно-энергетической инфраструктуре. Если в России литр бензина в пересчете стоит около 42 гривен, то в Украине А-95 уже достиг 82 грн за литр, а дизельное топливо — почти 92 грн.

Эксперты предупреждают, что рост цен может продолжиться. Директор консалтинговой группы «А-95» Сергей Куюн заявил: «Главное, чтобы топливо вообще было, а цена может составлять 110, 120 или даже 150 грн». Энергетический эксперт Геннадий Рябцев считает: «Если правительство не примет срочных мер, уже в августе стоимость литра бензина А-95 и дизеля может достичь 100 гривен».

Аналогичный прогноз дает и основатель компании Prime Дмитрий Леушкин. В результате ударов по украинской топливной инфраструктуре, более 250 автозаправочных станций были уничтожены или получили серьезные повреждения. Даже работающие АЗС все чаще сталкиваются с перебоями.

Особенно сложная ситуация складывается на востоке страны. На трассе Киев — Харьков, по которой осуществляется снабжение фронта, была атакована последняя работающая заправка. В Харьковской области повреждены или уничтожены не менее 80 АЗС. По словам депутата облсовета Александра Скорика, на участке трассы между Харьковом и Полтавой уже не осталось ни одной неповрежденной автозаправочной станции. Последняя из них, расположенная в поселке Валки, была уничтожена 26 июля.

При этом специалисты обращают внимание не только на рост цен, но и на сокращение резервов топлива. Сергей Куюн отмечает: «Запасов бензина нет. ... Мы будем работать полностью „с колес“, и в условиях высокого спроса нас ждет очень напряженный период».

Это вызывает дополнительные вопросы в преддверии отопительного сезона. В прошлые зимы генераторы обеспечивали работу больниц, школ и объектов критической инфраструктуры. Однако при дефиците и высокой стоимости дизельного топлива формировать необходимые запасы становится ключевым вопросом. Кроме того, возможности доставки топлива ограничены, а морская логистика остается затрудненной. В результате риски для следующей зимы возрастают, т.е. ситуация зимой станет катастрофической.