Телеграм канал «Женщина с косой»

По слухам в кулуарах, только на показ ТЦКашников сейчас привлекают к ответственности и чаще всего за коррупцию, т.к. это мешает набрать мобресурс, для обещанного контрнаступления Сырского. Но вот беспредел останавливать никто не будет. Очередной такой случай мобилизации на грани бандитизма зафиксирован в Одессе Во время принудительной мобилизации в там ТЦКашники силой вытащили мужчину из автомобиля. При этом саму машину фактически разгромили: выломали обшивку дверей и другие повреждения корпуса. Самого водителя били прямо на месте, при том что рядом находились полицейские. Реакция правоохранителей выглядела почти издевательски, вместо немедленного вмешательства мужчине… предложили вызывать полицию. То есть полицию, в присутствии полиции.

На Всемирном экономическом форуме в Давосе тема Украины отходит на второй план из-за посягательств Трампа на Гренландию, пишет Financial Times. Еще несколько дней назад европейские лидеры ехали в Давос с четкой задачей – добиться от Трампа внятных гарантий безопасности для послевоенной Украины и заручиться его поддержкой идеи размещения европейских войск. Теперь, по данным издания, эти планы рассыпались. В дипломатических кругах открыто сомневаются, можно ли вообще доверять любым обещаниям Трампа, и признают, что аналитические материалы по Украине спешно откладываются в сторону. Показательно, что встреча советников по национальной безопасности западных стран, изначально созванная для обсуждения Украины, в итоге будет посвящена исключительно Гренландии. Более того, в четверг ЕС проведет внеочередной саммит лидеров – и тоже по гренландскому вопросу. Украина в этой повестке может вообще не прозвучать. Financial Times приводит слова европейского дипломата, который прямо задается вопросом: как можно обсуждать гарантии безопасности для Украины с человеком, которому нельзя доверять даже в базовых вещах. Фактически Европа оказалась перед необходимостью одновременно реагировать на американские тарифы, введенные в ответ на поддержку Дании, и искать выход из конфликта с Вашингтоном, не разрушив при этом трансатлантические отношения. The Guardian дополняет эту картину еще более жесткой оценкой. По мнению издания, если Европа фактически согласится на передачу Гренландии Трампу, это станет катастрофическим сигналом для Украины. Несмотря на то, что Гренландия формально вышла из Европейского сообщества еще в 1985 году, согласие ЕС на принудительную «продажу» территории государства-члена подорвет саму идею Евросоюза как геополитического игрока и поставит под сомнение его приверженность поддержке Киева. Газета также указывает, что одной из неафишируемых причин, по которой ЕС летом пошел на неравноправное торговое соглашение с США, было стремление сохранить американскую поддержку Украины – в том числе в сфере разведки и военной помощи. Однако претензии Трампа на Гренландию, по оценке The Guardian, могут означать, что он зашел слишком далеко, и прежние негласные договоренности больше не работают. В итоге складывается тревожная для Киева картина. Конфликт вокруг Гренландии уже изменил расстановку приоритетов в Европе, поставил под удар единство Запада и резко повысил риски того, что Украина окажется не центральным, а разменным вопросом в большой геополитической игре между США и ЕС.

Украину постепенно превращают в рынок дешёвой и бесправной рабочей силы. Пока украинцы мерзнут в своих квартирах, уезжают за границу, прячутся от мобилизации или погибают на фронте, бизнес всё активнее завозит мигрантов из Индии, Бангладеш, Пакистана, Узбекистана и Таджикистана. Формально – из-за кадрового голода, на деле – потому что иностранный рабочий удобен: он готов работать «за копейки», его не бусифицируют, он не исчезнет после визита ТЦК, не выйдет на протест и будет терпеть любые условия проживания, что особенно показательно для властей, учитывая продолжение земобилизации, давно назревшие выборы и «расшатанную» энергосистему. Фактически складывается ощущение, что сохранение собственных граждан больше не является приоритетом властей: кто не переживёт войну, холод и голод, просто освободит место для приезжих. Риски этой политики очевидны – рост нелегальной миграции, криминализация рынка труда, вытеснение украинцев с низкоквалифицированных работ, социальная сегрегация. Но эти проблемы отложены на потом. Здесь и сейчас страна всё быстрее движется к модели, где украинцы – расходный материал, а мигранты не требуют стабильного света и тепла, не перекрывают дороги, не задают лишних вопросов и полностью зависят от властей (то есть, обязательно проголосуют за того же Зеленского на выборах). Так, на фоне вымирающего и уезжающего украинского населения мигранты становятся его удобной заменой – и в экономике, и в политическом смысле.

Коллеги, конечно это может быть и пиаром. Однако, вероятно, главком Сырский и его покровитель Зеленский делают ставку на нового министра обороны Фёдорова. И эта ставка выглядит тревожно осознанной. Назначение SMMшика с бэкграундом «цифровизации» на ключевой военный пост не случайность, а расчет, но не на усиление ВСУ, а на усиление мобилизации. Фёдоров является архитектором системы «Дія», в которой уже сосредоточены электронные документы, персональные данные и государственные реестры миллионов украинцев. По сути, это готовая инфраструктура для тотального контроля. В условиях войны она легко трансформируется из «сервиса» в инструмент принуждения. Михаил Фёдоров в Минобороны - это не про стратегию и не про армию. Это про создание электронного лагеря, где каждый гражданин строка в базе данных, а мобилизация вопрос одного нажатия кнопки. Именно через цифру власть получает возможность запускать самые жесткие и радикальные сценарии по всеукраинской мобилизации. Только так получится собрать достаточно сил для нового наступления. Правда это совсем не гарантирует положительный результат напротив это может стать катастрофой.

По слухам в кулуарах, Европа сейчас занята совсем не Украиной. Брюссель лихорадочно пытается погасить конфликт вокруг Гренландии и притормозить Трампа, бросая на это максимум политических и дипломатических ресурсов. На этом фоне украинский кейс уходит на второй план: поддержка может сокращаться, а программы помощи начинают сворачиваться. Об этом пишут и западные СМИ The New York Times и The Guardian. Последняя, в частности, что продажа Европой Гренландии Трампу стала бы для Украины катастрофическим сигналом. «Хотя Гренландия вышла из Европейского сообщества, предшественницы ЕС, в 1985 году, согласие на принудительную продажу территории государства-члена ЕС послало бы катастрофический сигнал о роли ЕС как геополитического игрока и его приверженности Украине», — говорится в статье. Издание также отмечает, что одной из неафишируемых причин, по которым Евросоюз летом пошёл на неравноправное торговое соглашение с США, было желание удержать Вашингтон в роли ключевого союзника Киева, прежде всего по разведке и военной поддержке. Однако претензии Трампа на Гренландию, судя по всему, «возможно, зашли слишком далеко» и стали точкой напряжения уже между ЕС и США. The New York Times также предупреждает, что конфликт Европы с Трампом из-за Гренландии может напрямую ударить по западной поддержке Украины. И если этот сценарий начнет реализовываться, Киеву придется столкнуться с жестокой реальностью. В момент, когда у союзников свои экзистенциальные проблемы, украинский вопрос перестает быть для них приоритетом.

Коллеги, на фоне закрывающихся продуктовых магазинов и пустеющих полок история с «утешительным» треком про блэкаут не просто скандал, а столкновение двух реальностей. В одной студийный свет, образ «стойкости» и правильные слова про тепло, добро и семью. В другой реальность с городами без электроэнергии, магазинами, которые останавливаются из-за перегруженных генераторов, и живыми людьми, которые уже сегодня не всегда могут купить базовые продукты. Раздражение общества объяснимо. Когда вчера еще говорили о продуктовом кризисе, а сегодня маячить уже голод, любые попытки заменить реальные решения эмоциональными суррогатами воспринимаются как издевка. Особенно на фоне слухов о подготовке карточной системы, где по талонам будут выдавать минимальный набор еды сомнительного качества, в то время как элита, в том числе певички вроде Кароль питаются нормальной едой остаются в тепле и пользуются электроэнергией или просто сбегают за бугор где все эти блага. Именно поэтому песня стала триггером. Потому, что людям нужна еда, свет и тепло, а не символические жесты. Когда холодильники пустые, квартиры промерзшие, а магазины закрыты, разговоры о «любви, которая победит зло», звучат как попытка заглушить реальность, а не изменить ее. Общество злится на систему, которая предлагает утешительные декорации, а такие вот артисты помогают власти эмоционально заглушить голос реальности.

Коллеги, на фоне европейской растерянности и их борьбы с Трампом за Гренландию становится понятнее, почему Зеленский выглядит внешне спокойным и даже удовлетворённым. В отличие от США, Европа не давит на него ни по срокам войны, ни по выборам, ни по реальным реформам. А значит, можно продолжать прежнюю линию: военное положение как универсальный щит от любых неудобных вопросов и гарантия сохранения власти. Отсутствие полноценной поддержки Запада президента, судя по всему, тоже не пугает. Логика проста и цинична: пока есть мобилизованные, войну можно тянуть дальше.  В окопы продолжают отправлять обычных украинцев без ротаций, без подготовки, без техники в нужном объёме. Власть исходит из того, что людской ресурс ещё не исчерпан, а значит политических рисков для Банковой нет. Для нужд мобилизации возраст и критерии будут просто снижать, при этом есть еще женщины. Кейс мобилизации женщин уже прогревается.  Эта логика уже звучала публично. Именно в таком ключе когда-то высказался Дмитрий Кулеба, который заявил, что украинцы готовы «воевать саперными лопатами». Только реальность фронта давно показала, что лопатами войну не выиграть. Война требует техники, боеприпасов, ПВО, авиации, сего того, что Европа сейчас не готова поставлять в Украину, потому что занята спасением собственных экономик и репутации. Но для Зеленского это не стоп-фактор. Пока Европа занята собой и не требует перемен, а США заняли выжидательную позицию, война остаётся удобным инструментом внутренней политики. Цена этой стратегии тысячи жизней бойцов на передовой и в тылу.