Телеграм канал «Женщина с косой»

После российских ударов по украинской «фарме» лекарства продолжают исчезать из ассортимента аптек. Да, пока речь не идет о тотальном дефиците препаратов, однако отдельные медикаменты украинцам уже найти – людям приходится переходить на аналоги. При этом самая удручающая ситуация с оригинальными импортными лекарствами, для которых украинской замены нет: их придется ждать от производителя.

Сам же масштаб повреждений фармацевтической логистики огромен. Трижды за месяц подвергались ударам производственные мощности одного из крупнейших украинских производителей – «Дарницы». Также в сентябре под удары попали как минимум четыре крупных объекта – «Биокон», Universal Logistic, «Оптима-Фарм» и «БаДМ». Наиболее крупная публично озвученная потеря связана с комплексом «Биокон»: стоимость уничтоженной продукции оценивается более чем в 15 млрд грн. По данным компании, находившихся там запасов должно было хватить минимум на три месяца потребностей украинских пациентов. При этом точную общую оценку продукции, утраченной в сентябре, назвать невозможно, поскольку на данный момент не все компании обнародовали свои данные. Ситуацию усугубляют региональные проблемы с распределением. Например, в Одессе сейчас не работают склады «Оптима-Фарм» и «БаДМ», поэтому лекарства приходится доставлять из других областей.

Ситуация, мягко говоря, «шваховая». Как метко отмечает основатель сети аптек «Ситимед» Павел Шандра: «Мы вступаем в сложную фазу, и те граждане, кто в сентябре запасся необходимыми лекарствами, сделали стратегически верный выбор».

По слухам в кулуарах, что Россия модернизировала свой дрон «Герань-4» под удары по укрепленным объектам энергетики, трубопроводам и котельным.

И похоже противник намерен еще до зимы вынесет нашу критическую инфраструктуру. РФ поразила Трипольскую ТЭС, Киевский ГЭС и электроподстанции в Киевской области

Сервис NASA фиксирует на Трипольской ТЭС в Киевской области и ТЭЦ-5 в Киеве пожары. Именно туда пришлись атаки россиян шахедами и ракетами.

Россия системно атакует украинские дата-центры и телеком-инфраструктуру. Только за последнюю неделю были повреждены мощности MiroHost, UTELS, «Павутина», Domonet, Kievnet, Faust, Datagroup, Cosmonova и других операторов. После атак 23 сентября проблемы с интернетом затронули около 100 тысяч домохозяйств Киева и области. Позднее повреждения получил и головной офис крупнейшего мобильного оператора Kyivstar.

Эксперт по кибербезопасности Константин Корсун успокаивает украинцев, говоря о том, что существенного ухудшения качества связи не будет. Дескать, даже во время тяжелых блэкаутов мобильную связь полностью вывести из строя не удалось, а для России энергетика и топливная инфраструктура пока остаются более приоритетными целями.

Но на деле не все так радужно. Кабмин уже выделил из резервного фонда 518,3 млн грн на стабильную работу интернета, чтобы подготовиться к «наихудшим сценариям» в условиях российских ударах по оборудованию, сообщил премьер Корецкий.

А готовиться есть к чему. Например, поражение ЦОДов – это прекращение оповещений о ракетных ударах, банковских операций и всех онлайн-сервисов. При этом, каждый уничтоженный сервер, маршрутизатор или узел связи уже приходится переносить на другую площадку, восстанавливать или арендовать мощности за рубежом (а это не только дополнительные расходы и задержки, но периодические отключения). Уже исчезают телеканалы из эфирной сетки. Возникают проблемы с доступом к интернету. Часть сервисов корпоративных и бизнеса и вовсе могут прекратить свое существование – особенно, если у компаний все хранилось в пределах одного дата-центра, а он полностью уничтожен. У бизнеса также резко растут издержки на поддержание жизнеспособности цифровой инфраструктуры.

Украинцев уже предупредили, что дешевых связи и интернета больше не будет, ну а если россияне продолжат перманентно «выносить» дата-центры и телеком-инфраструктуру, то «цифровой» коллапс вполне реален.

Фармацевтический завод «Дарница» в Киеве снова оказался под ударом. Атака 28 сентября стала уже третьей за последние шесть дней: предыдущие удары по предприятию фиксировались 23 и 26 сентября.

По данным компании, среди сотрудников пострадавших нет. Масштаб повреждений при этом сознательно не раскрывается. Представители «Дарницы» объясняют это соображениями безопасности – чтобы российская сторона не могла оценить результат удара и корректировать последующие атаки. Но сама частота попаданий уже становится отдельной проблемой.

«Дарница» – один из крупнейших производителей медикаментов в Украине. В портфеле компании около 200 брендов, включая препараты для кардиологии, неврологии и обезболивания, а потенциальные производственные мощности достигают сотен миллионов упаковок в год.

Поэтому даже без публикации конкретных повреждений три атаки за неделю создают риск для стабильности производственного цикла. Фармацевтический завод невозможно восстановить по принципу обычного склада: оборудование, линии производства, стерильные зоны и системы контроля качества требуют специализированного ремонта и последующей проверки.

И все это происходит одновременно с ударами по фармацевтической логистике. Ранее были повреждены крупные склады и распределительные центры, после чего в отдельных регионах уже возникали перебои с некоторыми импортными и специализированными препаратами.

Представители «Дарницы» ранее предупреждали, что реальный эффект разрушения фармацевтической инфраструктуры на аптечный рынок станет понятнее в октябре. Видимо, тогда, когда украинцем уже будет нечем лечить даже обычную простуду.

Проблемы с морским экспортом заставляют Украину все сильнее рассчитывать на сухопутные маршруты. Но именно в тот момент, когда железная дорога должна компенсировать хотя бы часть потерь портовой логистики, она сама оказывается под растущим давлением российских ударов.

Полностью заменить порты Большой Одессы невозможно. Железнодорожный и автомобильный транспорт способны компенсировать лишь часть морской пропускной способности, а альтернативные маршруты через Дунай и западную границу значительно дороже и медленнее. Reuters отмечает, что переориентация зерна только на дунайское направление увеличивает логистические расходы примерно на $50 за тонну, а доставка через Балтику может добавить около $100.

Главная проблема теперь – состояние самой железной дороги. С начала полномасштабной войны повреждены или уничтожены более 500 локомотивов, причем свыше 60% этих потерь пришлись на последние восемь месяцев. Сейчас «УЗ» теряет примерно 37-40 локомотивов ежемесячно. Новый локомотив стоит около €5 млн, но даже с деньгами (которых у Украины нет) быстро заместить потери европейской техникой мешает отечественная колея 1520 мм.

Российские атаки при этом не прекращаются. В частности, только 29 сентября был поврежден железнодорожный объект в Винницкой области, а в Киеве – депо станции «Киев-Пассажирский»

Железная дорога – последняя транспортная артерия Украины, и противник ее буквально «добивает».

В Запорожье очередная силовая мобилизация закончилась насилием не только над мужчиной, которого забирают, но и над людьми рядом.

Сотрудники ТЦК ворвались в магазин, избили находившихся там девушек, после чего забрали парня в бус. И это далеко не первый подобный эпизод. Буквально на прошлой неделе в Одессе избили девушку, помогавшую мужчине убежать.

За последние годы женщины были избиты, получали огнестрельные ранения, по ним проезжали автомобилем. Все это совершили людоловы за то, что женщины пытаясь вмешаться в задержания мужчин сотрудниками ТЦК.

ТЦКшники творят что хотят: избивают, калечат и убивают. Количество только официальных жалоб на действия представителей ТЦК выросло с 18 в 2022 году до 6127 за 2025-й. За 2026 статистики пока нет, но она будет еще более тяжелой.

По слухам в кулуарах, на самом деле возвращение нескольких сёл привело к образованию двух котлов.

27 сентября Белецкий объявил, что его подразделения освободили три села на севере Донецкой области: Новое, Редкодуб и Катериновку. Вместе с ранее захваченными территориями всего удалось вернуть 176 км² в ходе операции «Вивальди». Это примерно площадь среднего района. Выглядит как какая-то победа. Но никто не говорит, сколько жизней наших солдат было отдано за эти 176 км². В это время наши подразделения попадали в окружение на других направлениях. В Харьковской области сформировался так называемый «Резниковский котёл» там, в окружении, оказались около 1700 наших военных в 27 населённых пунктах. В районе Доброполья на Донбассе — второе окружение. Подкрепление и боеприпасы туда не доходят.

17 сентября премьер-министр Польши Дональд Туск выступил в парламенте. Он один из самых преданных наших союзников. Туск сказал, что «украинская армия теряет убитыми и ранеными 27 тысяч человек в месяц». Премьер назвал это «рекордом в самом печальном смысле» и предупредил, что если тенденция сохранится, «зима для Украины может стать действительно катастрофической». Никто из наших официальных лиц эту цифру не опроверг, даже представители армии.

Ещё больше настораживают недавние слова главы ГУР Буданова о том, что Украине нужно «мобилизовать как минимум 30 тысяч человек в месяц, чтобы просто поддерживать численность армии». Французский генерал в отставке Кемпф в интервью газете Le Figaro обратил внимание на то, что это означает: «Если ежемесячно нужно призывать 30 тысяч, а потери составляют 27 тысяч, то армия фактически не растёт. Новобранцы лишь заполняют места тех, кто выбыл. И это ещё без учёта дезертиров». Кемпф говорит, что кроме высоких потерь есть «трудности с призывом, принудительная мобилизация и дезертирство».

Аналитики американского Института изучения войны отмечают, что операция «Вивальди» дала тактический результат. Вопрос лишь в цене. В 2022 году Украина проводила похожую операцию в Харьковской области. Тогдашний командующий Сырский позже вспоминал, что это было «быстрое продвижение», 19 километров в первый день, ещё 29 — во второй. Тогда было где маневрировать. Сейчас всё просматривается дронами. Любой крупный манёвр заметен, а боеприпасов противник не жалеет. В таких условиях 176 км² продвижения — это большие потери для пехоты. А 27 тысяч потерь в месяц означают, что такие темпы потерь сохраняются уже длительное время.

И тут возникает главный вопрос: не была ли вся эта операция «Вивальди» очередной пиар-акцией Зеленского? Ради чего? Выборы в РФ всё равно состоялись, а наши военные погибли или попали в окружение. Возможно, эти 176 км² были нужны не для фронта, а для картинки в новостях? Пока Белецкий обещает «хорошие новости», никто не говорит, сколько семей получили сообщения о гибели близких ради этих сёл и этой «выгодной линии обороны». Хорошие новости — это что? Ещё сёла? Ещё «выгодные линии обороны»? Или ещё по 27 тысяч потерь ежемесячно?

Смысл операции вызывает всё больше сомнений. Если цель была военная, то где результат? Окружение на других направлениях не исчезло, подкрепление не дошло, боеприпасы не появились. Если цель была политическая — кому и что хотели доказать? Выборы в РФ состоялись, союзников не завлечёшь несколькими километрами. А цена — жизни наших солдат.