От Москвы до Севастополя: карта региональных планов на покупку жилья.
Региональные различия в планах на покупку жилья сегодня определяются не только уровнем цен, но и тем, какие инструменты поддержки домохозяйства реально чувствуют на себе.
В одном и том же федеральном опросе жители Москвы, регионов‑миллионников, Крыма и удалённых территорий отвечают на вопрос «планируете ли вы улучшать жильё» с разным смыслом и разными исходными возможностями.
В крупных агломерациях потенциал спроса остаётся высоким, даже если доля людей с чётким трёхлетним планом невелика.
Исследование НИУ ВШЭ показывает: в среднем по стране потенциал спроса (то есть доля тех, кто в принципе допускает покупку жилья при благоприятных условиях) оценивается на уровне около 37%, тогда как в Москве он достигает примерно 47%.
При этом в ближайшие три года улучшать жилищные условия намерены лишь около 7% российских собственников, из них порядка 2% приходятся на москвичей.
Получается парадокс: Москва даёт существенный вклад в общероссийский «потенциал» благодаря более высоким доходам и концентрации занятости, но доля тех, кто уже превратил это в конкретный план, остаётся невысокой. Жители столичного региона видят, как быстро выросли цены, и предпочитают тщательно взвешивать момент входа.
В регионах‑миллионниках и сильных региональных центрах картинка иная, но логика похожа.
Аналитические обзоры по рынку недвижимости указывают, что в таких городах, как Екатеринбург, Новосибирск, Казань, спрос на жильё в 2025 году остаётся умеренным, но стабильным: цены растут, но медленнее, чем в Москве и Санкт‑Петербурге.
Это создаёт зону «умеренного оптимизма»: часть домохозяйств всё ещё видит возможность улучшения жилья за счёт региональных доходов и менее разогретых цен. Однако рост ставок, ожидания налоговых изменений и общая экономическая неопределённость здесь тоже сдвигают планы в сторону более длинного горизонта.
На этом фоне Крым и Севастополь занимают особое положение. С одной стороны, полуостров остаётся одним из немногих регионов, где спрос подпитывается не только местными жителями, но и приезжими инвесторами и покупателями «втормчного жилья».
С другой — именно здесь накопилось много юридически сложных объектов и высокий уровень недоверия к рынку из‑за резонансных историй с самостроями, проблемными новостройками и земельными спорами.
Это делает планы улучшать жильё в Крыму и Севастополе более поляризованными: часть домохозяйств по‑прежнему рассматривает покупку как инвестицию и шанс «успеть», другая часть откладывает любые действия из‑за опасений попасть в правовую ловушку.
Для севастопольцев дополнительным фактором осторожности стал опыт дольщиков в проектах на землях ИЖС и истории с долгостроями, которые активно обсуждались в 2024–2025 годах. Когда в одном городе одновременно существуют очереди на льготную ипотеку и громкие уголовные дела по объектам, формально похожим на обычные новостройки, отношение к планам «улучшить жильё» неизбежно меняется. Даже те, кто теоретически готов рассматривать покупку, уделяют больше внимания статусу земли, разрешительной документации и истории застройщика. Это не фиксируется напрямую в общероссийских опросах, но отражается в росте запросов на юридическую проверку объектов и в удлинении периода принятия решения.
Самые выраженные специфические стимулы наблюдаются в регионах Дальнего Востока и Арктики. Там планы на покупку или строительство жилья гораздо чаще завязаны на льготные ипотечные программы.
Аналитика по рынку подчёркивает, что именно «дальневосточная и арктическая ипотека» остаются ключевыми драйверами спроса в этих субъектах: ожидается рост объёмов строительства и продаж как раз за счёт субсидируемых ставок и дополнительных мер поддержки переселенцев и молодых семей. Для домохозяйств это превращает покупку жилья из теоретической возможности в более осязаемый проект, и поэтому доля планирующих улучшение условий здесь заметно выше, чем в малых городах европейской части страны с сопоставимыми доходами, но без такой поддержки.