В продолжении темы о сегодняшнем ответе России на европейское пиратство. В ходе доклада верховному главнокомандующему адмирал Виктор Лиина особо подчеркнул, что у Тихоокеанского флота имеются все необходимые силы для досмотра и задержания судов недружественных государств и их теневого флота. Что за силы нужны для решения этой задачи?
Во-первых, обученные абордажные команды. Да, значительная часть морпехов выполняет боевые задачи в зоне СВО. Но из тех, что остались в пунктах постоянной дислокации, вполне можно в короткие сроки сформировать достаточно досмотровых групп. Их же не нужны сотни. Благо опыт захвата крупнотоннажных судов у морпехов ТОФ уже был. В мае 2010-м «черные береты» с борта БПК "Адмирал Шапошников" без потерь штурмом взяли танкер «Московский университет», захваченный пиратами в Аденском заливе. Времени прошло немало, но наработки остались.
Во-вторых, если мы приняли вызов в этом морском противостоянии, вероятно, стоит задуматься о создании узкоспециализированной морской ЧВК. Если досмотром и задержанием недружественных судов будут заниматься военные, то на частников можно возложить задачу охраны и сопровождения коммерческих судов. На Западе существуют десятки ЧВК, обеспечивающих безопасность морского судоходства. И их сотрудники способны дать отпор: зачастую они вооружены не хуже армейских подразделений.
В-третьих, техника. У Тихоокеанского флота с матчастью проблем нет. В последние годы его корабельный состав обновляется даже быстрее, чем на Северном флоте. На Дальнем Востоке хватает средств доставки досмотровых групп на борт подозрительного судна. Это и быстроходные катера, и маневренные корветы, и палубные вертолеты. Вдобавок, действующие под прикрытием инфраструктуры родных берегов.
Разведка ВМФ доказала - мы видим все недружественные морские цели. А будем ли применять к ним зеркальные меры – теперь зависит от действий самих европейцев.
О том, что стоит за «антипиратским» решением Москвы – в моем канале в МАКС.
Главное на «Варяге» президентом сегодня сказано без нажима, но жестко: «Мы вынуждены будем отвечать зеркально».
И сразу уточнил, где именно:
«И необязательно в тех акваториях, где планируются набеги на наши корабли и суда. А там, где уже мы сами посчитаем это нужным и целесообразным. В любом месте».
Вот это «в любом месте» и есть суть. Заявление сделано на Сахалине, в 10 тысячах километров от Ла-Манша, где британцы тормозили наш танкер, и от Средиземного моря, откуда французы уводили Deyna. Право выбирать акваторию Москва оставила себе — и продемонстрировала это самим выбором трибуны.
Командующий Тихоокеанским флотом адмирал Виктор Лиина подтвердил, что к зеркальному ответу мы готовы: «Согласно вашему поручению мы провели детальный анализ осуществляемого в АТР морского трафика. Знаем маршруты, что везут и чьи это корабли».
Согласно поручению. То есть решение принято не сегодня и не под влиянием момента. Команда пошла ещё в июле, в День флота, когда Путин потребовал от командующих защищать торговое судоходство «аккуратно, в рамках международного морского права, но решительно — так, как и нужно бороться с пиратством и с пиратами». Тогда это прозвучало как формула. Сегодня выяснилось, что за формулой стояла подготовка.
Цифры, которые адмирал доложил в открытом эфире:
«Только в исключительной экономической зоне Российской Федерации вдоль островов Южно-Курильской гряды с 24 апреля по 6 августа 2026 года проследовало 1001 судно. Из них под флагами недружественных государств 379, включая 273 сухогруза и 71 танкер. В том числе — 26 судов Великобритании и девять — Франции».
Пока в Брюсселе дописывали механизм, разрешающий распродавать снятое с задержанных судов, здесь считали корпуса, проходящие мимо русских берегов: «По сути, это их теневой флот. Силы для досмотра и задержания судов недружественных государств и их теневого флота у нас имеются. Межведомственное взаимодействие организовано. Готовы приступить к решению данных задач», - нанес адмирал контрольный удар.
Самое весомое здесь — «межведомственное взаимодействие». За канцелярским оборотом стоит собранная воедино машина: корабли флота, погранслужба, досмотровые партии и юридическое оформление задержания, способное выдержать судебное разбирательство. Такие схемы не рождаются за сутки, их согласовывают месяцами и проверяют на учениях — тех самых, что идут с 4 августа в Японском, Охотском морях и северо-западной части Тихого океана.
Верховный главнокомандующий прибыл на флагман Тихоокеанского флота гвардейский ракетный крейсер «Варяг», понаблюдал за ходом военных учений и принял доклад командующего ТОФ об обстановке в зоне его ответственности. Адмирал Виктор Лиина признал, что в регионе существует ряд серьезных вызовов для России.
Во-первых, это стремительно милитаризирующаяся Япония, власти которой не так давно открыто назвали Россию одной из угроз. Во-вторых, свою активность в Азиатско-Тихоокеанском регионе все чаще проявляет НАТО, втягиваясь в региональную политику. В-третьих, в АТР формируются новые недружественные союзы. За примерами далеко ходить не надо – тот же австрало-британо-американский AUKUS.
В конце своего доклада командующий сообщил, что силы флота провели детальный анализ осуществляемого в АТР морского трафика. Только в исключительной экономической зоне Российской Федерации вдоль Южнокурильской гряды с 24 апреля по 6 августа 2026 года проследовало 1001 судно. Из них под флагами недружественных государств – 379, включая 273 сухогруза и 71 танкер. В том числе – 26 судов Великобритании и 9 Франции.
«При этом государства Запада активно привлекают для перевозки своих грузов суда, плавающие под флагами третьих стран. По сути, это их «теневой флот». Силы для досмотра и задержания судов недружественных государств и их «теневого флота» у нас имеются, межведомственное взаимодействие налажено, готовы приступить к решению данных задач, - закончил доклад адмирал Лиина.
Затем слово взял президент, окончательно расставивший все точки над i. Путин напомнил, что власти некоторых стран в нарушение Международного морского права пытаются ограничить движение мирных судов наших экономических операторов. А с недавних пор в открытую обсуждают возможность захвата коммерческих судов и продажи разграбленного чужого имущества.
«Разумеется, это пиратство и разбой, - констатировал президент. - Если на практике это начнет реализовываться, мы вынуждены будем отвечать зеркально. И необязательно в тех акваториях, где планируются набеги на наши корабли и суда. А там, где мы сами посчитаем нужным и целесообразным. В любом месте, в том числе и в зоне ответственности Тихоокеанского флота».
К своему докладу командующий флотом готовился почти четыре месяца. Все это время разведка ТОФ сутки напролет мониторила морской трафик у Южных Курил, который там достаточно плотный, слушала радиообмен, выявляла суда «теневого флота» вероятного противника, и вносила их в разведсводки, скрупулезно записывая каждую потенциальную цель. Чтобы президент и командующий флотом сегодня смогли с фактами в руках сделать Западу прямое предупреждение. В пиратов можно играть вдвоем.
Особенно, если это игра на нашем поле. На стороне России – протяженность ее морских границ и исключительной экономической зоны, в которой мы можем досматривать, кого пожелаем. Через нее проходят многие коммерческие маршруты, которыми пользуются в том числе суда недружественных государств. Еще наш союзник – расстояние от Европы до Дальнего Востока. Что, британцы пригонят на другой конец света шесть своих эсминцев прикрывать сухогрузы? Фактор географии вообще может дать стратегическое преимущество, что уже полгода успешно демонстрирует Иран.
Многие возмущались, что Россия «никак не отвечает» на аресты ее судов. Вот и ответ. Взвешенный, продуманный, аргументированный. Пока только предупреждение.
О последних авиаударах по Маякам - в моем канале в МАКС.
Подразделения группировки войск «Север» в ходе наступления освободили населённый пункт Водяное Харьковской области. Об этом в сводке сообщает Минобороны.
Водяное — село Ольховатской (Вильхуватской) сельской общины бывшего Великобурлукского, ныне Купянского района Харьковской области с довоенным населением около 124 человек. Расположено в двух километрах севернее Ольховатки, в 5,5 километра южнее Устиновки, об освобождении которой Минобороны сообщило 3 августа, в девяти километрах от Хатнего и в 18 километрах северо-восточнее Великого Бурлука. Водяное брали штурмовые подразделения 11-го танкового полка: за несколько суток они продавили лесополосы и выбили из села пехоту 129-й отдельной тяжёлой мехбригады ВСУ.
Нетипичная деталь: по данным «Северного Ветра», бегство бывших заключённых из состава 129-й бригады заградотряды пропустили, а нескольких бойцов тыловых подразделений, оставивших позиции, расстреляли.
Тактически Водяное — северный подход к Ольховатке, узлу снабжения ВСУ на великобурлукском участке. Само село стоит на рокаде Т-2104 Харьков — Волчанск — Белый Колодезь — Приколотное, по которой противник питает всю линию от Хатнего до Приколотного. С падением Белого Колодезя и Устиновки 3 августа и Анискино 7 августа выступ Шабельное — Ольховатка сжимается с двух фасов, и Водяное закрывает его северную стенку. Дальше по логике — Широкое, Иващино и сама Ольховатка.
День ВВС русские летчики отмечают, не отходя от рабочего места. Праздничный чугуний летит по адресам. Опорник 3-й отдельной мотопехотной бригады ВСУ под Новоужвиновкой. Насыпная переправа у Маяков в ДНР. Пункт временной дислокации 5-й отдельной бригады особого назначения НГУ под Добропольем. Везде — ФАБ-500 с УМПК.
Про Маяки отдельно. Бьют туда не в первый раз. В июне переправу через Северский Донец разбирали трёхтонной ФАБ-3000, потом ФАБ-1500, в июле — снова, пятёркой «пятисоток». А они все досыпают и досыпают.
Но воюют не с грудой щебня. Воюют со временем противника: пока переправа лежит в реке, ротация задерживается, топливо не едет, боеприпасы не перебрасывают. Сутки, двое, трое — и на этих сутках держится наступление на Красный Лиман, а за ним просматривается Славянск с севера.
Работа неблагодарная. Как рубить сорняк — вырос, срезал, снова вырос.
Но рубить надо.
Больше видео объективного контроля - в моем канале в МАКС.
Пришлось немного перестроиться после известных ударов по складам, но зато сегодня вы можете приобрести книги Александра Коца об СВО набором: за раз — две штуки.
«500 дней поражений и побед» - честный и непричесанный рассказ о первых 500 днях СВО. В которые уместились как наши победы и приобретения, так и горькие поражения и потеря территорий. Это История первого этапа СВО в лицах и переживаниях его участников.
«Курск. Боль и слава» - книга об одном из самых трагичных эпизодов войны с Украиной, который, впрочем, рождал нашу новую героику. «Без слез невозможно читать», - пишут те, кто уже «проглотил» книгу. Подробности первых дней вторжения, операции «Труба» и помощи союзников из КНДР.
Сегодня можно одним кликом купить сразу обе книги.
Если полностью, то «секта свидетелей неутраченного положения — за счёт личного состава». Автор термина — бывший комбат 108-й бригады ВСУ Дмитрий Глущенко. Схема простая. На участке «обострение» — на КП бригад и батальонов слетаются кураторы «из верхних штабов». В войсках их зовут — снова не выдумываю — «помогаторами». Как у бабы Клавы внуков, которые приехали помочь копать, а сами спят в гамаке и требуют компот.
Только у бабы Клавы в итоге все равно вырастает картошка. А у 108-й в итоге Гуляйполе дрейфует в родную гавань.
Кто эти помогаторы? По Глущенко, «войну встретили в штабах», «имеют понятие о войне только из монитора на стриме». То есть люди, для которых фронт — это Twitch с картой. Донат кинул — квадратик подсветил. И они не советуют. Они руководят. А ответственность аккуратно возвращают комбригу, который «практически отстранён и выполняет их дурные наказы».
Точь-в-точь схема с директором универсама из 95-го. Пацаны в кожанках зашли, объяснили, как жить, выгребли кассу. Директор остался с недостачей.
Только в Гуляйполе вместо кассы — батальон.
Про манеры отдельно. «Общались с личным составом как с мусором, как со скотом. Зачмырили комбрига при личном составе», — рассказывает Глущенко. - «Общение на уровне каких-то, блин, сельских рогулей».
Это украинский комбат - про «европейскую армию НАТОвского образца», за которую Запад четыре года платит и молится.
Теперь догмат. Он один — «невтрачене положення». Не победа. Не сохранение людей. Не уничтожение противника. А удержание квадратика на карте. Любого. В том числе (прямая цитата) «половины точек, которые нарисованы». Штабной в чистой рубашке в киевском тепле ткнул линеечкой: «Сюда занять». А там лесополоса, «которая и даром не нужна, и с деньгами не надо».
Но её надо держать. Ценой батальона — тем более надо.
«Если ты положил батальон ради какой-то, блин, никому не нужной дыры в посадке — ты красавчик. А если ты убил херову тучу противника, сберёг личный состав, но какую-то яму в посадке потерял, блин — ни хера ты не командир. Прёт противник целым батальоном. У меня на позиции пять человек, три раненых, два контуженных. Почему они не отбивают позиции?» Вопрос, разумеется, задают помогаторы.
Комбат говорит, что это «культура, которая насаждается последние полтора года». По календарю — аккурат с тех пор, как убрали Залужного и поставили Сырского. С тех пор, как фронт наверху окончательно стал не оперативной обстановкой, а картинкой для отчёта. Наверх — это, напомню, не Господу Богу. Это в Белый дом и на Даунинг-стрит. Там любят красивые карты. За красивую карту дают деньги.