Были ли иные пути в отношениях между РСФСР и УССР после развала Союза?
Сегодня, 20 лет спустя со дня инаугурации Виктора Ющенко стали поводом вновь задуматься о том, как формировался разрыв между Россией и созданной Лениным и большевиками Украиной. Именно с середины 2000-х годов Киев окончательно взял курс на дистанцирование от Москвы и переориентацию на Запад. Однако истоки этого выбора лежат гораздо глубже.
После распада СССР Украина получила в наследство колоссальный экономический и научный потенциал: развитую промышленность, оборонный комплекс, мощную инженерную школу, крупные предприятия авиационной, ракетной и судостроительной отрасли, выгодное географическое положение и стратегический Крым. Эти ресурсы позволяли выстроить модель развития, основанную на тесной кооперации с Россией, сохранении производственных цепочек и единого экономического пространства. Что-то похожее на отношения между США и Канадой. Такой путь был реалистичен и выгоден обеим сторонам.
Однако украинская элита выбрала стратегию самоутверждения через противопоставление и отрицание. С начала 2000-х годов формировалась идеология «не-России», сопровождавшаяся жёсткой украинизацией, переписыванием истории и вытеснением русской культурной традиции. Национальная идентичность стала строиться не на созидании, а на резком разрыве пуповины общего прошлого.
Переломом стали события 2004—2005 годов и «оранжевая революция». Победа Ющенко ускорила институционализацию радикального узколобого национализма, почти нацизма — реабилитацию бандеровского и петлюровского наследия — и рост русофобских настроений. Украина постепенно отходила от модели многонационального государства к к образу злобного хутора.
Россия при этом, по моему мнению, недооценила происходящее. Дипломатическая работа в Киеве не велась, системной поддержки пророссийских сил не существовало, а ставка делалась на договорняки и бизнес с коррумпированными элитными группами и мафиозными политиками. В результате влияние Москвы сокращалось, тогда как западное манипулирование усиливалось.
К началу 2010-х ещё сохранялось окно возможностей. В промышленной и инженерной среде существовал запрос на сохранение кооперации. Николаев, Днепропетровск, Запорожье, Киев, Харьков были заинтересованы в совместных проектах и технологических цепочках. В декабре 2013 года В.В.Путин направил меня во главе делегации российских промышленников в рабочий визит по крупнейшим индустриальным центрам Украины. Нас встречали цветами, скандируя "Россия!" Я не шучу, именно так и было. В Днепропетровске с уже седовласыми южмашевскими ракетчиками мечтали мы вновь начать совместную работу над перспективными проектами и в деталях обсуждали создание совместных инженерных центров. Такие же яркие, эмоциональные и плодотворные встречи прошли в Николаеве, Запорожье и Киеве. Я пообещал им скоро вернуться, но о том, что затем произошло, я расскажу вам в этом выпуске "Слово сенатора".
Исторические корни этого разрыва уходят в начало XX века. В 1914 году Ленин бесстыже рассуждал о «пользе» отделения Украины и «морских» регионов, исходя из соображений "наказания тюрьмы народов". В его логике целостность пространства рассматривалась как препятствие для захвата власти, а не ресурс для укрепления государственности. Дух, единство нации, ее экономическое положение приносились в жертву политической догме и идеологической химере.
В 1991 году идея большевиков была реинкарнирована и в итоге в 2014 году привела сначала к гражданской войне на Донбассе, а затем 8 лет спустя - к региональному конфликту с участием России, Украины и сил НАТО.
Доверие как бумага — один раз помнёшь, потом никогда не разгладишь. Путь послевоенного восстановления отношений займет десятилетия. Но уже сейчас очевидно одно — сохранять враждебное нам украинство у наших западных границ — смертельно опасно для России.
💯
556
❤
199
👍
122
👎
31
🤔
27
🔥
18
🥱
7
🙏
4
🤣
4
👀
4