Телеграм канал «Резидент»

#Форсайт
По оценке наших источников в энергетическом контуре правительства, ноябрь рассматривают как первую критическую точку зимней кампании. Внутри Кабмина исходят из того, что главная проблема в том, удастся ли восстановить поврежденные мощности, а в том, сколько восстановленных объектов переживут следующие волны ударов.

Базовый стресс-сценарий выглядит следующим образом: если интенсивность атак сохранится, во второй половине ноября отдельные регионы могут выйти на 12–15 часов суммарных ограничений в сутки. Прошлой зимой в Киеве отключения после тяжелых ударов доходили до 14–16 часов, а энергетическая система входит в новый сезон с накопленными повреждениями, которые не успели восстановить за год.
В правительственных расчетах есть значительно более опасный сценарий, который сейчас обсуждают, если Россия продолжит последовательно выбивать не только генерацию, но подстанции, высоковольтные узлы и элементы передачи, декабрь станет месяцем перехода от дефицита электроэнергии к дефициту самой инфраструктуры для ее доставки.
Именно январь по прогнозам превращается в точку системного риска, когда графики перестают быть главным инструментом управления, потому что при тяжелом повреждении конкретного энергоузла отключение определяется уже не количеством доступных мегаватт, а временем физического ремонта.

В отдельных регионах это могут быть сутки, несколько дней, а при повторных ударах и недели. Именно поэтому, по словам нашего источника, внутри Кабмина сейчас требуют считать не один прогноз зимы, а каскад сценариев: 12–15 часов без света как тяжелый, но управляемый режим; многосуточные локальные блэкауты как кризисный; потеря крупных энергетических узлов одновременно с сильными морозами как крайний сценарий.
Главная проблема зимы 2026/27 заключается в накопительном эффекте. Каждый новый удар приходится уже не по системе мирного времени, а по инфраструктуре, которая несколько лет работает после ремонтов, временных схем и постоянных переключений. Поэтому следующая волна разрушений потенциально опаснее предыдущей.

telemetr.me/rezident_ua/30715

Военные публично заявляют, что Украина превратиться в Руину.

В Украине может не остаться никого через 5 лет такой войны, как сейчас. РФ путём «перемалывания» наших территорий достигнет своих целей, — офицер командования штурмовых войск ВСУ Денис Ярославский

Теперь спросите себя, зачем Зеленский сознательно уничтожает Украину в тотальной войне?

#Инсайд
Наш источник в ОП рассказал, что на Банковой считают нынешнюю модель мобилизации практически исчерпанной. Без политически тяжелого решения о снижении мобилизационного возраста или резкого сокращения количества забронированных работников удерживать необходимые темпы комплектования становится все сложнее.

Остановка части предприятий внутри власти рассматривается не только как экономическая проблема, но и как возможность расширить мобилизационный ресурс. Логика предельно простая: предприятие прекращает работу или теряет статус критически важного, вслед за этим исчезает основание для бронирования, а значительная часть мужчин автоматически возвращается в общий мобилизационный контур.

По информации источника, на Банковой хотят максимально использовать этот резерв прежде, чем переходить к значительно более токсичному вопросу снижения возраста. Поэтому следующей точкой давления станет именно система бронирования: критерии будут ужесточаться, предприятия заставят постоянно доказывать свою критичность, а остановившиеся производства фактически потеряют возможность защищать сотрудников от мобилизации.

telemetr.me/rezident_ua/30704

#Инсайд
Наш источник в ОП рассказал, что Зеленский готов на любой формат перемирия и связано это с тяжелой ситуацией в экономике/энергетике. Для Банковой сейчас важно затянуть время до весны, что хорошо понимают в Кремле и не идут на переговоры, а требуют сразу рамку дорожной карты мирного трека.
Наш источник сообщал, что Буданов в начале августа пытался организовать морское перемирие, но в итоге все предложения были отклонены Россией. Фактически сейчас начинается новый этап тотальной войны, в котором стороны будут уничтожать экономическую компоненту друг-друга. Офис Президента хорошо понимает ситуацию, из-за чего Зеленский хочет получить от партнеров финансирование почти на весь бюджет 2027 года, так как собственного экспорта не будет.

telemetr.me/ZeRada1/32555

#оценка_резидента
Сегодняшний удар мы рассматриваем не как отдельную массированную атаку, а как начало цикла системной зимней кампании, интенсивность которой будет только нарастать. Все данные по сбитым воздушным целям не соответствуют действительности, а наше ПВО способно перехватывать 20-25% целей, все остальное пропаганда.

Россия уже вышла на производство более 200 крылатых и баллистических ракет в месяц. По данным украинской разведки, только в июле было произведено около 87 Х-101 и 65 баллистических «Искандер-М», при этом отдельно выпускаются «Калибры», «Искандер-К», ракеты для С-400 и другие типы вооружений. Производственные планы по основным ракетам выполняются на 110–120%, а по отдельным позициям значительно перевыполняются.
Еще серьезнее ситуация с БПЛА. Украинская разведка оценивает мощности РФ примерно в 4 тысячи ударных «Гераней» и до 5 тысяч ложных целей типа «Гербера» ежемесячно. Отдельно быстро растет производство реактивных дронов: по оценкам украинской разведки, речь уже идет примерно о 3 тысячах таких аппаратов в месяц. В августе Россия применила около 2850 реактивных БПЛА против примерно 450 в июне.
Это полностью меняет характер зимней кампании. России уже необязательно месяцами накапливать вооружение ради одного большого удара.

Производственный цикл позволяет сочетать постоянные налеты БПЛА с периодическими массированными ракетными волнами. Причем запас тоже остается значительным. По данным ГУР на начало августа, оценивалось наличие примерно 450 «Калибров», 600 «Ониксов», 130 баллистических «Искандер-М», около 100 Х-101 и 120 «Цирконов», не считая сотен адаптированных для ударов по земле ракет комплекса С-400.
Сегодня мы увидели один из элементов этой модели: 130 БПЛА, 48 крылатых ракет плюс баллистика за одну атаку. Но главный риск не в одном налете, а в способности повторять подобные комбинации.

Удары будут системными и только нарастать, логика зимней кампании заключается в накопительном разрушении: генерация, подстанции и сети повреждаются, начинается ремонт, после чего приходит следующая волна. Если Россия сможет сохранять нынешние производственные показатели, зимой Украина столкнется не с серией отдельных массированных атак, а с практически непрерывным циклом давления на энергетику. Именно истощение резервов ПВО, ремонтных возможностей и запаса прочности инфраструктуры становится главным расчетом этой кампании.

#Оценка_Резидента
Украинская социология все больше работает не как замер общественных настроений, а как инструмент их упаковки в рамку, которая точно совпадает с действующим политическим курсом Банковой. Наши источники всегда точно дают информацию об заказных исследованиях Офиса Президента, но сегодня мы хотим разобрать методологию и какую технологию используют для тригерности исследования.

Нужно смотреть не на проценты, а на архитектуру вопросов КМИС, причем парадоксально происходит изменения в результатах опросов с апреля по сентябрь. Украинцев спрашивают, готовы ли они «терпеть войну столько, сколько потребуется», но не уточняют главное: терпеть что именно? Продолжение мобилизации, новые потери, разрушение экономики, удары по инфраструктуре или просто сам факт существования войны? Абстрактная формулировка позволяет затем превратить психологическую выносливость человека в политический тезис о готовности общества продолжать войну. 62% отвечают «столько, сколько потребуется», и эта цифра уже начинает жить собственной политической жизнью.

Еще показательнее вопрос о прекращении огня. Здесь человеку предлагают не реальную неопределенность переговоров, а практически готовую политическую конструкцию: боевые действия прекращаются, территории юридически не признаются российскими, армия продолжает усиливаться, Украина сохраняет движение в ЕС и НАТО. Именно такую модель поддерживают 69%. Причем сам КМИС признает, что результат в значительной степени обусловлен заложенными в вопрос ожиданиями гарантий безопасности.

Получается методологически очень удобная конструкция. Общество одновременно оказывается готовым «терпеть сколько потребуется», верит в победу, допускает переговоры и поддерживает прекращение огня, но исключительно внутри набора условий, который практически повторяет публичную рамку украинской власти: воевать столько, сколько потребуется, переговоры возможны, юридических территориальных уступок нет, армия усиливается, ЕС и НАТО остаются стратегическим курсом.

Это уже не вопрос фальсификации результатов. Проблема глубже: сама анкета задает политический коридор, внутри которого респонденту предлагается выбирать. Альтернативные конструкции могли бы дать совершенно другую картину. Например: готовы ли вы продолжать войну еще несколько лет при сохранении нынешней мобилизации и разрушении инфраструктуры? Что важнее: прекращение боевых действий или возвращение территорий военным путем? Поддержите ли вы мирное соглашение, если часть нынешних политических целей придется пересмотреть? Эти вопросы измеряли бы цену выбора, а не отношение к абстрактно желательному сценарию.

Особенно хорошо искусственность цельной картинки видна на другом показателе. Заголовок сообщает, что 79% верят в победу Украины, однако безусловно уверенных в победе уже только 47%, тогда как в конце июля их было 60%. То есть внутри красивой агрегированной цифры происходит серьезное изменение степени уверенности общества.

Поэтому наша претензия к подобной социологии проста: она может быть математически корректной на этапе подсчета ответов и одновременно политически направленной на этапе конструирования вопросов и интерпретации результатов.
Именно здесь возникает главный эффект: социология не обязательно фальсифицирует нужные цифры, ей достаточно правильно сформулировать реальность, которую предлагается измерять. Затем общество получает результаты, которые снова подтверждают ту политическую рамку, из которой изначально была построена анкета.

В ЧК Резидент публикуем развернутый анализ технологии информационной воронки, которую использовала Банковая по мирному треку и Гончаренко. Отработали идеально, с когнитивными искажениями и ролями подачи информации.

На протяжении года, нам поступало много сообщений, чтобы мы не только освещали и продвигали мирный трек, но и сформировали общественный запрос. Долго откладывали этот трек