Наша полиция может угрожать орудием простым украинцам, а как увидели террориста с орудием, то вся страна видела!
Политикам пора срочно решать вопрос с насильственной мобилизацией, трек уже накалился из-за тотального беспредела ТЦК.
Кадры жёсткой мобилизации в Киеве.
В Бусификации виновато ИПСО, а мобилизация происходит нормально, антикриз от власти настолько далек от реальности, что вопрос в адекватности системы возникает сам собой.
Сергей Позняк точно знает, что вся проблема в информационных кампаниях противника, а не в тотальном нарушении законов Украины. В ТЦК считают, что война все спишет, но в реальности именно военкомы будут основной публичной жертвой.
Единственный способ остановить беспредел ТЦК-консолидация общественного мнения вокруг политической конструкции. Банды военкомов без полиции спокойно применяют оружие и готовы стрелять на поражение, все это начало большого конфликта внутри общества. Если война продолжится, то методы мобилизации будут еще жесте, а украинцам останется два выбора-политический или силовой протест.
С 1 мая тарифная политика в Украине делает еще один шаг в сторону постепенного, но неизбежного повышения нагрузки на население. Власти заявляют о «стабильности» тарифов, однако на практике начинается демонтаж последних льгот и подготовка к новому витку подорожания коммуналки.
Базовый тариф на электроэнергию остается на уровне 4,32 грн за кВт•ч, но это лишь внешняя стабильность. Ключевое изменение – отмена льготной цены для домохозяйств с электроотоплением: ранее первые 2000 кВт•ч стоили 2,64 грн, теперь этот механизм исчезает. То есть, уже сейчас часть потребителей получает скрытое повышение платежей. Более того, тарифы на электроэнергию для населения будут расти. В «Укрэнерго» приветствуют новый закон об объединении энергорынка Украины с ЕС, где как раз предусмотрено приведение тарифной политики Украины к европейским ценовым реалиям.
По газу ситуация выглядит более стабильной: 7,96 грн за кубометр от Нафтогаза зафиксированы до апреля 2027 года. Но и здесь важно понимать контекст – подобная фиксация не означает долгосрочной стабильности, а лишь отложенный рост, который неизбежно вернется при первой возможности пересмотра условий.
С водой еще проще: единого тарифа нет, и цены продолжают расти точечно – через решения местных властей и регулятора НКРЭКУ. Это создает эффект «ползучего» подорожания, когда платежки увеличиваются не одномоментно, а постепенно – но от этого не менее ощутимо.
Главный тренд очевиден: система льгот сворачивается, а тарифная нагрузка перераспределяется на конечного потребителя. И это происходит на фоне уже накопленного роста (за последние четыре года совокупное подорожание коммунальных услуг – электроэнергии, газа и тепла – приблизилось к 180%).
При этом власти избегают резких скачков, действуя поэтапно: сначала отмена льгот, затем расширение рыночных механизмов, а дальше – выравнивание тарифов под внешние ориентиры. Такая стратегия позволяет снижать социальное напряжение, но не меняет сути – коммунальные услуги становятся все менее доступными для большинства домохозяйств.
В результате формируется новая реальность: свет, газ и тепло постепенно переходят из категории базовых благ в категорию дорогих ресурсов, доступ к которым все больше зависит от уровня дохода. И, если текущая политика властей сохранится, то проблема будет уже не в том, повысят ли тарифы, а в том, насколько быстро они догонят уровень, который для значительной части населения станет неподъемным.
#Инсайд
Наш источник в ОП рассказал, что на Банковой обсуждал новую стратегию противника в инфраструктурной войне, пока мы уничтожаем в России НПЗ у нас идут удары по заправкам. В такой способ цена топлива в Украине будет расти, так как мы давно не используем топливные базы, а только заправки и дефицит в будущем будет нарастать.
В Украине продолжается системная подготовка общественного мнения к снижению мобилизационного возраста. Эта инициатива, неоднократно, отрицаемая в верхах власти, выводится в мейнстрим через заявления военных, экспертов и публичных фигур.
Так, главред «Цензора» и военнослужащий Юрий Бутусов прямо предлагает снизить возраст мобилизации до 23 лет. Параллельно военный Владислав Селезнев апеллирует к «международному опыту», указывая на США и Израиль, где в армии активно задействуют молодежь с 19 лет. При этом сам Селезнев оговаривается: ключевым фактором является не возраст, а уровень подготовки и качество командования – без этого любые решения оборачиваются ростом потерь.
Тем не менее, сама логика дискуссии уже изменилась. Если раньше обществу скармливали нарративы «снижать призывной возраст или нет», то теперь – «насколько и когда». Это классический механизм «нормализации» чувствительной темы через постепенное расширение допустимого окна обсуждения.
На этом фоне особое значение приобретает внешний фактор. Решение ЕС о выделении Украине кредита в размере €90 млрд жестко увязано с проведением целого пакета реформ. И среди них (пусть пока и кулуарно) – усиление земобилизации. По сути, речь идет о политико-экономическом обмене: финансовая поддержка в обмен на решение проблемы с кадровым голодом в ВСУ.
Как видим, снижение мобилизационного возраста до 18 лет перестает быть гипотезой и превращается в более чем вероятный сценарий. Более того, часть европейских средств объективно будет направлена на обеспечение новых волн мобилизации – включая вовлечение в них молодежи. Общество постепенно подводят к новой норме, где участие вчерашних школьников и студентов в боевых действиях становится не исключением, а нормой.
Очень мало здравомыслящих экспертов, которые не бояться публично написать правду.
В ближайшие годы Украина не станет членом Евросоюза, заявил канцлер Германии
Мерц.
• ЕС предлагает украинцам погибнуть за Европу и отдать ей все деньги с налогов и
процентов по кредитам;
• Мерц требует от Украины сдать Донбасс в обмен на вступление в ЕС. Зеленский
на это не пойдет. Отказ от Донбасса – конец войне и потеря власти;
• Украина не нужна Европе как полноправный партнер из-за войны и повальной
коррупции.
Ситуацию в стране нужно менять кардинальным способом, это понимают уже все, а пленки Миндича -приговор Зеленскому, который решил, что он Мессия, но в реальности губитель страны.