Телеграм канал «RealFitzroy»

О "дизельной сделке", реакции на неё в США и её реальном значении рассказал сегодня на Вечере с Владимиром Соловьевым.

ОКОНЧАНИЕ. Начало тут
Потому что вопреки устоявшемуся мнению, внешнеполитические ориентиры тех или иных американских политиков влияют на их поддержку со стороны различных групп избирателей. Уже очевидно, что подавляющее большинство MAGA, как и левое крыло Демпартии, крайне скептически относится к традиционной для американской элиты поддержке Израиля (есть, разумеется, и исключения, такие, как Марк Левин или Лора Лумер – но все они, по странному совпадению, евреи).
Но вчерашние аплодисменты на MAGA-митинге после благодарностей Трампа в адрес России, дают основание надеяться на возвращение хотя бы части отступников из этого лагеря.

В американо-российских отношения наступило очередное потепление.

Трамп, пусть и с опозданием, позвонил Путину и поздравил его с днем рождения. Не 7 октября, а 9, с учетом разницы во времени опоздание составило больше суток. Ну, окей. Это раньше не поздравляют, потому что примета плохая, а позже – можно. Хотя понятно, что Трамп, может быть, и позвонил бы 7-го, но его держали за фалды "взрослые в комнате" – Рубио и Бессент. Почему я так в этом уверен? Потому что хорошо помню историю с Гербертом Макмастером, советником Трампа по национальной безопасности в 2017-2018 годах. Когда Путин выиграл президентские выборы, Макмастер положил на стол боссу папку с информацией об этом событии. На первом же листе было красным маркером крупно выведено : "НЕ ПОЗДРАВЛЯТЬ!!!". Эта выходка Макмастера стала для него последней на посту советника по нацбезу – Трамп заменил его на Болтона (хрен оказался не слаще редьки, но это другая история). А Путина Трамп тогда все-таки поздравил, тоже с некоторым опозданием.

В общем, позвонил и позвонил. Лидеры общались полтора часа (и никто не хотел класть трубку первым, в лучших традициях "броманса" первого трамповского срока), по итогу США приостановила санкции против российских нефтепродуктов, а Россия согласилась продать американцам 300 000 тонн дизеля в октябре, еще 500 000 тонн в ноябре и еще миллион – в следующие месяцы. В Киеве это вызвало истерику, а украинская делегация под покровом ночи сбежала из Майями, в обычной для селюков хамской манере сорвав переговоры с Уиткоффом и Кушнером.

Все это замечательно, но для Трампа, скорее всего, слишком поздно.

Все это надо было делать в конце весны, на крайний случай – в начале лета, когда начали расти цены на бензин и дизель на американских заправках. Сейчас, за три с небольшим недели до промежуточных выборов в Конгресс, снижение цен, которое последует за поставками российского дизеля, уже не окажет того психологического эффекта. Избиратель нервничал из-за высоких цен на бензин почти полгода – что ему теперь три недели? А ведь российский дизель должен еще добраться до американских терминалов, что тоже займет на один день.

Для Белого дома время выбрано неудачно, чего не скажешь о Кремле. России, в общем, выгодно сейчас сделать демонстративный шаг по спасению Трампа – особенно зная, что спасти его все равно вряд ли получится. Потому что сильный Трамп, как показали последние полтора года, так же неспособен справиться с "украинской партией" в Конгрессе (да, будем честны, и у себя в администрации), как и Трамп слабый. Просто со слабым Трампом США гарантировано получают два года внутренней политической грызни, а это для России всегда хорошо.

Заставит ли Трампа откровенное неподчинение ему киевских марионеток Лондона отключить им "Старлинк" да и вообще отрубить каналы разведывательной информации, без чего проект Украина сдуется за месяц? Очень сомнительно. Во-первых, благодарность прожженного дельца имеет свои пределы, и в основном ограничится комплиментами, которые, как известно, ничего не стоят, но ценятся дорого. Во-вторых, даже если подобное желание у президента США вдруг возникнет, сделать ему этого просто не дадут. Он, конечно, большой мастер водить за нос даже своих союзников (как это произошло с пресловутым "законом Линдси Грэма"), но в таких серьезных вещах пойти против мейнстрима у него не получится. Ну, если только не представить себе фантастическую ситуацию, когда хохлы "по ошибке" собьют американский самолет или потопят американский танкер.

А вот на что стоит сейчас обратить внимание – так это на тон и риторику MAGA-лидеров, которые после иранской авантюры отшатнулись от Трампа или по крайней мере стали относиться к нему критичнее. Не исключено, что шаг Трампа в сторону пусть и очень ограниченного, условного, но сближения с Москвой будет воспринят в лагере MAGA с большим энтузиазмом. И это станет важным сигналом как для самого президента США, которому понадобятся союзники в грядущем противостоянии с демократической Палатой представителей и – страшно подумать! – Сенатом, так и для его преемников. Особенно для Джей Ди Вэнса.

Я долго жил в Черногории. Я хорошо знаю эту страну и ее правоохранительную систему.

В то, что ленивые и добродушные (если сравнивать, например, с хорватскими) черногорские полицейские сами бросились арестовывать Михаила Звинчука и его коллег в крохотном курортном Рисане, я не верю ни на секунду. Даже если бы им (черногорскому МВД или АНБ, впрочем, последняя вообще контора-ширма) это было очень нужно, взяли бы в аэропорту, не напрягаясь. Полако - это стиль жизни, для полицейских тоже.

Поэтому за всем что произошло сегодня утром в Черногории, я вижу совершенно конкретные британские уши. Хрящеватые, чуткие уши MI6, которая на Балканах, и в Черногории особенно, чувствует себя как дома. Гораздо увереннее, кстати, чем CIA.

Стоит подумать о том, как побольнее ударить Лондон в ответ.

Станут ли выборы в ноябре триумфом демократов?
(окончание, начало тут)


Демократы также могут попытаться положить конец военным операциям США против Ирана, которые и без того носят хаотичный характер. Но и это им может не удаться. Так, Джорджу Бушу удалось реализовать успешную стратегию наращивания военного присутствия в Ираке, несмотря на то, что после победы демократов на промежуточных выборах 2006 года большинство в обеих палатах Конгресса выступало против этого.

Из предвыборной риторики трудно понять, какие цели будут преследовать демократы в других сферах политики, получив большинство. Их кандидаты критикуют высокие цены на бензин и инфляцию в целом, обвиняя в них администрацию Трампа. Однако вряд ли они вернутся к политике администрации Байдена, продиктованной пандемией COVID-19 и заключавшейся в резком увеличении федеральных расходов, — курсу, который привел к инфляции в 9% в 2022 году и оставался серьезной политической проблемой для Джо Байдена и Камалы Харрис в 2024 году.

В Демократической партии существует устойчивое стремление рассматривать рабочий класс как свою основную электоральную базу и реагировать на его предполагаемые потребности мерами по перераспределению экономических благ. Этот урок демократы усвоили из опыта Франклина Рузвельта и обширной литературы, посвященной его "Новому курсу".

Но этот подход безнадежно устарел. Белые избиратели с высшим образованием, которые сейчас доминируют на праймериз Демократической партии и в сборе средств, могут потакать марксистскому и "прогрессивному" предположению о том, что рабочий класс особенно достоин уважения, но они вряд ли могут не заметить, что рабочие всё чаще голосуют за республиканцев ещё до того, как Трамп спустился по эскалатору своей башни в 2015 году и объявил о своем участии в выборах президента США. Ни для кого не секрет, что место "синих воротничков" в сердцах политиков Демпартии давно и прочно заняли мигранты (в том числе, нелегальные), которые для республиканцев являются одной из главных угроз национальной безопасности страны. Это противоречие носит глубинный, ценностный характер и оно очевидно даже для малообразованных, не особо интересующихся политикой избирателей.

Американские избиратели в целом, и политики-демократы в частности, склонны возлагать на государство надежды на решение самых разных проблем. С этой точки зрения можно утверждать — и опросы общественного мнения подтверждают, что большинство людей с этим согласны, — что результаты деятельности американского государства в первой четверти XXI века оказались далеки от идеала.

В то же время частный сектор продемонстрировал результаты, превзошедшие ожидания: это касается и сферы высоких технологий и средств связи, и технологий гидроразрыва пласта, благодаря которым США вновь стали крупнейшим в мире производителем нефти — как это было в начале Второй мировой войны. Илон Маск сумел создать прибыльный бизнес по производству электромобилей, обойдя при этом "большую детройтскую тройку" автопроизводителей, скованную жестким государственным регулированием, а также превзошел государственное агентство НАСА в создании многоразовых космических ракет. Оглядываясь на прошедшую часть столетия, историк Найл Фергюсон признает: "Мои пророчества 25-летней давности о грядущем упадке и крахе явно не сбылись. В относительном выражении Америка по-прежнему остается страной номер один по любым показателям — за исключением, пожалуй, количества роботов".
И это несмотря на разочарования и просчеты сменявших друг друга администраций и составов Конгресса. Независимо от того, одержат ли демократы убедительную победу на промежуточных выборах в следующем месяце или же республиканцы вновь опровергнут прогнозы социологов, победителям — да и проигравшим — предстоит в очередной раз решать дилемму: усиливать госсектор и соцполитику, как того требуют демократы (и вообще дрейфовать к социализму под знаменами левого крыла Демпартии) – или делать ставку на частный сектор и старый добрый американский дух конкуренции и свободного предпринимательства, ярким выразителем которого является Дональд Трамп?

Станут ли выборы в ноябре триумфом демократов?

Даже если демократы действительно одержат победу на промежуточных выборах в ноябре, как предсказывает большинство аналитиков, это не принесет им особых преимуществ. Так считает старший политический аналитик издания Washington Examiner, научный сотрудник Американского института предпринмательства Майкл Бэроун, опубликовавший статью "На финишной прямой – и что дальше?"

Действительно, подавляющее большинство соцопросов свидетельствует о росте популярности демократов. Показатель "обобщенного голосования" (вопрос о том, кандидатам какой партии избиратели отдали бы предпочтение на выборах в Палату представителей) демонстрирует значительное преимущество "ослов" над "слонами". Опросы на уровне штатов показывают, что демократы лидируют в крупных штатах, ранее голосовавших за республиканцев на президентских выборах, и создают угрозу для действующих законодателей-республиканцев в "красных" штатах, таких как Канзас и Небраска.

Рейтинг одобрения деятельности Дональда Трампа опустился ниже 40% — это ниже показателей конца сентября 2018 года и сопоставимо с рейтингом Джорджа Буша-младшего в сентябре 2006 года. Отставание республиканцев в показателях обобщенного голосования примерно такое же, как в 2018 году, и более значительное, чем в 2006 году.

Если не произойдет чуда ("октябрьского сюрприза"), то демократы лишат республиканцев их нынешнего минимального перевеса в Палате представителей, и даже, возможно, завоюют четыре дополнительных места, необходимых для получения большинства в Сенате.

Однако здесь есть несколько нюансов. Специалист по опросам из республиканского лагеря Патрик Руффини отмечает, что на четырех предыдущих выборах в Конгресс опросы, проводившиеся летом, существенно занижали реальные результаты республиканцев, хотя осенью разрыв сокращался. В этом же году признаков такого сокращения разрыва пока практически не наблюдается.

Впрочем, возможно, опросы вообще систематически занижают уровень поддержки республиканцев — как, по словам аналитика Нейта Сильвера, это происходило на трех последних президентских выборах. И дело не только в политических предпочтениях самих ученых, хотя, конечно же, как и большинство американских интеллектуалов, они скорее сочувствуют демократам. Многие социологи отмечают, что гораздо труднее получить ответы от респондентов-республиканцев, которые склонны не доверять опросам, проводимым СМИ.

Стоит учесть, что после начала крайне непопулярной войны с Ираном, вызвавшей рост цен на бензин и дизель, многие избиратели-республиканцы поменяли свое отношение к президенту и собственной партии. Но означает ли это лишь нежелание участвовать в опросах, или же они проигнорируют и сами выборы? Ответа на этот вопрос пока никто не знает. А он может оказаться решающим для исхода выборов.

Впрочем, куда важнее то, что никто не знает ответа на вопрос, который задает герой Роберта Редфорда в фильме "Кандидат", одержав победу на выборах: "И что нам теперь делать?"

Точнее, что будут делать демократы, если получат большинство в обеих палатах Конгресса, как это произошло в 2006 году.

С большой степенью уверенности можно предсказать, что Сенат, контролируемый демократами, вряд ли утвердит кандидатов Трампа в Верховный суд (и, вероятно, в любые федеральные суды) и, скорее всего, будет требовать важных уступок от претендентов на высокие политические посты — если только Джон Феттерман из Пенсильвании - enfant terrible Демократической партии - не лишит демократов необходимого для большинства 51-го голоса.

Демократы, получив контроль над Конгрессом, могут попытаться ограничить полномочия Трампа по введению тарифов, однако они не смогут изменить базовые законы о торговле и будут вынуждены полагаться на судебные решения — как это уже бывало в ряде случаев, — подтверждающие, что эти законы не служат оправданием для действий Трампа. К тому же принятый недавно закон об "адских санкциях" вернул президенту США мощное оружие, которое в феврале выбил у него из рук Верховный суд.