Ездили на кладбище, и трудно сказать, что на свете значительней и прекрасней «неодетой весны» в Москве. Народ шел по чистым улицам не растерянный, не бежал, а собранный, праздничный. А на кладбище каждый покойник подозвал к себе родного человека, и вот собралось великое множество людей, и каждый из них нашел своего человека, лежащего под камнем. Эта великая встреча живых и мертвых была тем особенно замечательна, что люди были все вместе, и каждый из них глядел на своего, и не со стороны, как на улице, а прямо в душу, и не через образ, а прямо каждый глядел из души своей в душу каждого.
5 апреля 1953