Телеграм канал «Пришвин»

Весна перестоялась, всюду в лесах нетронутые глубокие снега, и только где-то кто-то видел на каком-то дереве грачей. Зато в Москве, в этом радостном свете и дома и люди преображаются. На Моховой когда-то ночью человек перелез через решетку в Александровский сад и оставил на снегу глубокие следы. Во время оттепели в эти следы, может быть, примыло какие-нибудь семечки, упавшие на снег с деревьев, а может быть, сам человек, тяжестью своего сапога сдавливая снег, соединял между собою семечки, лежащие в разных слоях снега, и превращал свой собственный след в кладовую драгоценностей для птичек? Воробьи битком набились в этот след человека, купались, брызгались синими, красными и радужными каплями, доставали себе что-то, выпрыгивали. Другие вслед за ними спускались в подвал, дрались, смеялись, чирикали, хохлились, ходили по снегу задиристо петушками. На мгновение даже радуга вспыхивала в брызгах.

Так один только след человека сделался кладовой сокровищ для птиц. А сколько следов оставил я, десятки лет ожидая прилета своей желанной птицы!

30 марта 1941

День прошел, как самый большой праздник, чего стоит жизнь одного только моего окна: какими чудесными узорами разукрасил его мороз поутру, как от солнца протаяла солнечная середка, потом исчезло все и на краях, а вечером опять заузорилось, так и весь день, как окно: в середине пламенеет воздух, плавится снег и выступает вода на дороге, а утром и вечером все обрамляется легко-морозными зорями: день, как в раме, день, как окно в грядущее.

Будьте как дети! Дети никогда не смешны, начинается смешное, когда человек сложился. Какая-нибудь черточка окостенела особенно и осталась в общем облике неподвижной.

29 марта 1932

Если бы жили одни мудрецы, то никаких бы для них не надо бы делать установлений и форм. Но живут и составляют большую часть живущих люди немудрые, чающие, готовые отдаться совету первого встречного. И они-то, большая часть людей, и нуждаются в форме, и в этих формах они, сами не думая, получают готовую мысль и делают именно то, что задумали мудрые.

28 марта 1941

Прочитал рассказ Мопассана «Бесполезная красота», где творец природы представлен в виде огромного детородного члена, осыпающего мир семенами, и выведено человеческое возмущение этим женщин. В этом смысле и показана бесполезность красоты: она в человеке не хочет поддаваться закону обсеменения.

27 марта 1952, 78 лет

Неважно прошло у меня и детство, и отрочество, и юность, и вся молодость – все суета. Но старости начало (65 лет) меня радует – первое: спешить стало некуда, второе – на всяком месте приблизительно одинаково, в том смысле, что не место человека красит, а человек место.

В Москве день горел. Без калош. В костромском поезде сказали: в Калинине ледоход. Ниже Самары ледоход. В Костроме должен быть снег и Волга пойдет не скоро. В лесах почти нет снега.

26 марта 1938

Когда в жизни своей мы подходим к необходимости решения трудного вопроса, некоторые (большинство) обращаются к книгам или ищут совета. А немногие только решаются – не решать трудного вопроса, а терпеливо дожить до решения.

25 марта 1947

Стоит один цветок на окне в лучах солнца, и по цветку знаешь, что ты на юге, что такого богатого солнца на севере у нас никогда не бывает.

В 9 утра выехали верхами с Романовым, до вечера были на кабаньих засидках.

Желтая круча является центром охоты на кабанов, на Верхней будке, сверху донизу крутообсыпающейся горы от трех до пятисот метров. За 15 лет дорога отошла от края приблизительно на три метра, значит, слой в три метра толщиной осыпался. Стоя наверху у края, слышишь непрерывное движение песка и камней; переводя глаза в сторону большего шума, видишь скачущие камешки. Но разве не такая жизнь горы вообще, разве не есть, с одной стороны, и вся жизнь беспрерывное рассыпание? Да, несомненно, только там везде процесс рассыпания маскируется нарастанием. Здесь же до того открыто шумно рассыпается гора, что, принимая к сердцу эту беду горы, чувствуешь и свою неизбежность... и всех...

Романов, следя за одним камнем, сказал: «Лег! И вечность свою нашел». Мы сами так рассыплемся и все найдем свою вечность.

24 марта 1936