Телеграм канал «Политическая теория и философия (Political theory and philosophy)»

Cтивен Холмс - Конституции и конституционализм Статья представляет собой попытку рассматривать конституцию не как чисто правовое явление, а понять ее возникновение и развитие в более широком социальном контексте. Конституция рассматривается здесь как объективный инструмент, который социальные элиты, сознательно или нет, используют для обеспечения своих интересов. Теория демократии обычно определяет конституцию как некий «высший закон», который не может быть изменен с помощью обычных процедур законотворчества в представительном собрании. Конституция определяет форму правления, ее границы и цели, ради которых правительство уполномочено действовать. Но конституция отнюдь не представляется творением воли народного большинства. Напротив, это скорее результат деятельности политической элиты, у которой есть потенциал для создания и введения конституционных норм, которые выражают их интересы. Конституции действительно сохраняются во многом благодаря усилиям судейского корпуса, однако и сами судьи служат интересам именно самых организованных и мощных общественных сил. Когда те, кто обладают господством в обществе, обнаруживают преимущества, которые они могут извлечь, сделав собственное поведение предсказуемым, они добровольно налагают на себя конституционные ограничения. Элиты предоставляют неэлитам правовую защиту и права на участие в политической жизни в обмен на сотрудничество, необходимое для обеспечения интересов элит. То, что мы считаем демократическими конституциями, – это, по существу, инструмент наиболее организованных социальных групп для продвижения собственных интересов.

A. Taek-Gwang Lee - Communism After Deleuze This new reading of Gilles Deleuze forges a link between his early and later works by decoding his hidden agenda for communism. Encoded in the idea of 'the Third World', Deleuze used his concept of communism as a bulwark against fascist politics and the liberal political economy. Inspired by May 68 and its aftermath, these concealed interpretations of Marx are now tacitly forgotten but can unlock a deeper understanding of Deleuze's political project. Often regarded as an apolitical philosopher, the challenges that Deleuze mounted to structuralism are easy to overlook. By reinvigorating the communist aspect of his political project and linking his ideas to Alain Badiou, Jacques Rancière and Slavoj Žižek, Alex Taek-Gwang Lee reveals Deleuze's objective: to rescue Marxism from the dogmatic status quo and revive its political agendas. This major undertaking situates his ideas alongside and sets out a new framework for reading the significance of Marxist thought in postwar France. Ultimately, this new understanding of Deleuze's critique of global capitalism opens up his vision of materialistic politics as a means of shaping the people and the proletariat of the future.

Обвинение и оправдание в постсоветской уголовной юстиции: сб. ст. / под ред. В.В. Волкова (2015) В работе рассматриваются закономерности принятия судебных решений, взаимоотношения судов, государственного обвинения и следствия в странах бывшего СССР. Используя статистические данные по нескольким постсоветским юрисдикциям, авторы исследуют закономерности принятия решений по вопросам предварительного заключения, оправдания, прекращения дела, лишения свободы; анализируют дискрецию прокуратуры и следствия, их влияние на показатели обвинения и оправдания. Как показывают исследования, несмотря на более чем 20 лет независимого развития и реформирования уголовной юстиции и судебных систем, в странах бывшего СССР сохраняются поразительное сходство в показателях обвинения и оправдания, а так же обвинительный уклон в уголовном судопроизводстве. Причины этого лежат в плоскости организационных и властных отношений между исполнительной властью в лице органов предварительного расследования и государственного обвинения, с одной стороны, и формально независимой судебной властью — с другой.

Питер Г. Соломон-мл. - Право и государственное управление: что отличает Россию? (2008) В Российской Федерации, как и в западных демократических государствах, законодательство зачастую характеризуется неопределенностью целей и неточностью формулировок, а создание практических, конкретизирующих норм делегирует чиновникам. При этом они могут действовать по своему усмотрению в целях реализации собственных интересов и политических предпочтений. В современной России чиновники встречают лишь незначительные ограничения на пути к удовлетворению личных интересов, как с точки зрения карьерных стимулов, так и с точки зрения культурной предрасположенности, и интересы российских чиновников, по-видимому, берут свое начало в неформальных институтах, таких как клиентелистские сети. В результате они более склонны к сопротивлению и искажениям в процессе реализации государственной политики.