Европейские награды обычно становятся итогом определённого политического курса — вот и армянское руководство дослужилось до них.
В Висбадене премьеру Армении Николу Пашиняну вручили Гессенскую премию мира за «усилия, направленные на установление мира на Южном Кавказе и сближение Армении с ЕС». В немецкой формулировке эти два направления оказались фактически объединены в одну заслугу.
❓Но каким мир оказался для Армении? После войны азербайджанцы получили возможность прямо влиять на армянскую повестку, будь то вопросы границы, логистики или даже внутренней политики: вопрос конституции Армении оказался связан с условиями, которые выдвигают в Баку.
Да и евроинтеграция для армян сопровождается перестройкой внешней политики, сокращением прежних торговых связей и, как следствие, ухудшением экономического положения страны в ближайшей перспективе, даже несмотря на снижение пошлин для торговли с ЕС.
❗️Мир для армян оказался связан не с укреплением самостоятельности государства, а с сужением пространства для принятия суверенных решений. Впрочем, власти страны охотно этому способствуют, поэтому они попытаются продать населению подобные символические награды как политическое достижение.
#Армения #Германия #ЕС
🗻@caucasar – не думай о Кавказе свысока
1. На фоне российской думской избирательной кампании президентские выборы в Южной Осетии, на первый взгляд, выглядят событием второстепенным. Но это кажущаяся видимость. Не будем забывать, что именно в этой точке произошел слом беловежского статус-кво на постсоветском пространстве. И именно Южная Осетия явила собой феномен частично признанного образования. Чуть больше, чем среднестатистический российский регион, но чуть меньше, чем государство-член ООН. Сколько бы грузинские политики ни говорили, что никакой Южной Осетии не существует, там прямо здесь и сейчас идет голосование за нового главу республики. И это, среди прочего, сигнал о том, что такое образование есть. Вопреки формально-правовым статусам и представлениям.
2. До 2026 года в истории постсоветской Южной Осетии было семь президентских избирательных кампаний. Шесть из них привели к вступлению избранного президента в должность, а итоги кампании 2011 года были отменены. В чем особенность нынешней кампании? Рискну предположить, что речь идет, прежде всего, о выборе модели управления Южной Осетией на новом этапе отношений с Россией. Здесь нет привычного для нас классического столкновения противоположных внешнеполитических приоритетов. 9 мая 2026 года Москва и Цхинвал подписали Договор об углублении союзнического взаимодействия. Он предусматривает дальнейшее сближение в экономике, социальной политике, законодательстве, инфраструктуре, безопасности и обороне. Поэтому один из важнейших практических вопросов для будущего президента - каким образом реализовывать эти договоренности внутри Южной Осетии.
3. Впрочем, есть и иные смыслы. Один из самых важных - смена управленческой модели и кадров. В кампании постоянно звучат темы коррупции, кумовства, эффективности государственного аппарата, обновления кадров и контроля за расходованием средств. Еще одна «больная тема» - демография и способность республики удерживать население. Рабочие места, медицина, образование, поддержка семей, инфраструктура и отток молодежи фактически становятся вопросами долгосрочной жизнеспособности Южной Осетии. И, конечно же, безопасность и югоосетинская идентичность. Связь с Россией практически не является предметом принципиального спора между основными участниками; различаются скорее конкретные акценты.
4. Претендентов четверо. Первый - Марат Камболов, И. о. президента. До прихода в Южную Осетию много лет работал в российских федеральных структурах. Зураб Кокоев - основатель и лидер партии «Единство», бывший глава администрации Цхинвала, первый вице-премьер, исполнял обязанности главы правительства, работал в парламенте. Мурат Валиев- кандидат партии «Патриоты Алании», сотрудник Государственной службы охраны, представляет более молодое поколение участников нынешней кампании. Казбек Кодоев-советник ректора Юго-Осетинского государственного университета по вопросам безопасности. Внутри политической системы республики выборы определят, прежде всего, кто и каким управленческим способом будет проводить следующий этап социально-экономических преобразований и российско-югоосетинского сближения. Новый договор с Россией затрагивает практически всю архитектуру управления - от экономики и социальных стандартов до транспорта, энергетики и безопасности.
5. Кампанию-2026 можно свести к формуле: «интеграция + внутреннее переустройство». Большая часть разногласий находится не вокруг стратегического партнерства с Россией, а вокруг кадровой политики, эффективности государства, коррупции, создания собственной экономической базы, демографии и качества социальных услуг. Это хорошо видно и по тематике предвыборных дебатов. И в этом контексте Камболов с его опытом и «выходами» на федеральный центр выглядит фаворитом. Многие комментаторы поэтому определяют выборы-2026 как де-факто референдум о доверии ему. Впрочем, дождемся окончания голосования и подведения его итогов. Сюрпризы в югоосетинской электоральной истории бывали и не единожды!
6.В любом случае прямо сейчас на наших глазах делается заявка на «перезагрузку» (обновление) югоосетинского проекта.
🇦🇿 ☑️ Азербайджан нарастил экспорт в СНГ почти на 20%.
За семь месяцев 2026 года общий объем поставок республики за рубеж подскочил на 43,2% (рост со странами вне Содружества составил 45,1%). При этом экспорт азербайджанской продукции в Россию за январь — август достиг $840,1 млн (+2,6%), сообщает @AzeSputnik.
Импорт же заметно просел: общий ввоз продукции упал на 27,6%, а поставки конкретно из стран СНГ рухнули сразу на 44%.
🇦🇲🇮🇳 Армения и Индия: оборонный прорыв и логистические ограничения
На полях саммита ШОС в Бишкеке 31 августа состоялась встреча Пашиняна и Моди. Одним из ключевых направлений сближения вновь обозначена оборона. Однако, как отмечает ведущий научный сотрудник сектора кавказских исследований ИКСА РАН Ваге Давтян, реализация договоренностей упирается в надежность маршрутов поставок.
Армения быстро пересматривает модель, прежде определявшуюся почти полной зависимостью от российского ВПК (94% импорта вооружений в 2011–2020 гг. по данным SIPRI). В 2022–2024 гг. на Индию пришлось уже около 43% поставок. Подтверждены РЛС Swathi, начата отправка ракет для РСЗО Pinaka; в открытых источниках фигурируют контракты на Kalyani и Akash.
Диверсификация ставит транспортную задачу. Грузы идут морем через Бендер-Аббас с транзитом по Ирану к погранпереходу Нордуз – Агарак, либо авиацией.
Перспективы связаны с портом Чабахар (узел коридора «Север – Юг»), но он под американскими санкционными ограничениями. Ситуацию осложняет запуск проекта TRIPP через юг Армении, где 74% акций получит американская сторона.
Каждый канал имеет пределы: авиация дорога и маломощна, иранский транзит зависит от политической ситуации. Будущее партнерства решит не масштаб контрактов, а устойчивая инфраструктура доставки.
Подробный разбор — в статье Ваге Давтяна, доктора политических наук, ведущего научного сотрудника сектора кавказских исследований ИКСА РАН на портале Азиатская Аналитика.
Завершился процесс приобретения SOCAR 10-процентной доли участия в проекте Baleine
Государственная нефтяная компания Азербайджана (SOCAR) завершила процесс приобретения 10-процентной доли участия в проекте разработки нефтегазового месторождения Baleine, расположенного в Республике Кот-д’Ивуар. Сделка была заключена с итальянской компанией Eni S.p.A.
Как сообщили в SOCAR, приобретение доли завершено после получения всех необходимых утверждений и выполнения требуемых условий.
В результате завершения сделки доли участия в проекте Baleine распределились следующим образом:
Эта покупка обеспечивает SOCAR выход в сектор upstream Африки и вносит вклад в долгосрочную стратегию компании, направленную на расширение глобальной деятельности в области разведки и добычи.
Месторождение Baleine, открытое в 2021 году, считается одним из крупнейших нефтегазовых месторождений, обнаруженных в Западной Африке за последнее время. Добыча на этом гигантском морском месторождении началась в 2023 году. Baleine также является первым морским нефтегазовым проектом в Африке с нулевым показателем чистых выбросов.
☢️🇺🇸🇦🇲🇰🇿🇬🇪 Военно-биологические программы США на постсоветском пространстве: новый этап
Пентагон продолжает расширять свою военно-биологическую деятельность в республиках бывшего СССР. В частности, активно расширяется уже имеющаяся сеть биолабораторий в Армении. В феврале 2024 года министр обороны Армении Сурен Папикян подписал соглашение с Пентагоном об открытии на армянской территории очередного, уже 13-го объекта.
Если верить настойчиво циркулирующим слухам, строить ее планируется в городе Гюмри, в непосредственной близости от расположения 102-й российской военной базы.
К настоящему времени в Армении официально действуют 12 биолабораторий, на создание которых США выделили $50 млн. Три объекта находятся в Ереване, на базе Центра по контролю и профилактике заболеваний, Госслужбы безопасности пищевых продуктов и Норкской инфекционной клинической больницы. Остальные разбросаны по бывшим советским противочумным станциям в Иджеване, Гюмри, Мартуни, Сисиане, Арташате, Ванадзоре и др.
Агентство по сокращению военной угрозы Пентагона (DTRA) в лице главы ереванского офиса этой организации майора Кристен Смит продвигает проект строительства в Армении некоего «Регионального центра микробных ресурсов». Среди его задач — формирование информационной сети микробных коллекций Европы и Кавказского региона, проведение исследований, идентификация и депонирование штаммов особо опасных вирусов, что, с учётом специфики региона, отдельные части которого могут превратиться в «серые зоны», чревато самыми серьезными последствиями. В качестве подрядчиков Пентагона к реализации проекта привлечены фирмы Black&Veatch и СН2М.
В Центральной Азии наметилась отчетливая тенденция превращения Казахстана в региональный хаб. С этой целью в поселке Гвардейский Жамбыльской области завершается сооружение объекта с высшим, четвёртым уровнем биобезопасности BSL-4 (Biosafety Level 4), оснащённого подземным хранилищем смертельно опасных патогенов.
В настоящее время DTRA готовится к завозу в Казахстан и Армению различных образцов патогенов, собранных американскими и украинскими специалистами в Африке, Южной и Юго-Восточной Азии, в частности различных видов геморрагических лихорадок, включая вирус Эбола, некоторых разновидностей оспы, а также холеры и бубонной чумы. Курировать работы с указанными штаммами в Закавказье будут американские военные биологи из Исследовательского центра общественного здравоохранения им. Р. Лугара в Тбилиси.
В Центре Лугара изучаются биологические агенты (сибирская язва, туляремия), вирусные заболевания (например, геморрагическая Конго-крымская лихорадка), занимаются «получением биологического материала для будущих экспериментов». Фактически тбилисский Центр Лугара представляет собой научно-исследовательский центр по созданию новых видов биологического оружия. В Центре работают три частные американские компании: CH2M Hill, Battelle и Metabiota. Об этом сообщается в расследовании болгарской журналистки Диляны Гайтанджиевой.
CH2M Hill подписала контракт с DTRA на 341,5 млн долл. в рамках программы Пентагона для биологических лабораторий в Грузии, Уганде, Танзании, Ираке, Афганистане, Юго-Восточной Азии. Половина этой суммы (161,1 млн долл.) выделена грузинскому Центру Лугара, где работают специалисты, ранее занимавшиеся разработкой биологического оружия.
Battelle руководит сверхсекретным National Biodefense Analysis and Countermeasures Center (NBACC) в Форт-Детрике по контракту с Министерством внутренней безопасности (DHS).
Таким образом, американцы явно не собираются сворачивать военно-биологическое присутствие в Грузии (как и на Кавказе и в Центральной Азии в целом) — скорее наоборот. Но с какой целью США размещают свои военные лаборатории по всему миру? Ответ прост: Пентагону нужен генетический материал населения стран-мишеней для создания штаммов биологического (этнического и расового) оружия.
🇷🇺🇦🇿 Зерновой кластер на Каспии поможет укрепить партнерство России и Азербайджана
Москва и Баку справились с кризисом в двусторонних отношениях, заявил секретарь Совета безопасности России Сергей Шойгу на совещании членов президиума научно-экспертного совета СБ.
По словам секретаря Совбеза, сейчас перед Россией и Азербайджаном стоит единая задача – поступательное развитие сотрудничества в соответствии с договоренностями глав государств.
Сергей Шойгу подчеркнул, что это развитие также должно вестись на основе двусторонней договорно-правовой базы, в которую входит и подписанная на высшем уровне Декларация о союзническом взаимодействии. Кроме того, Москва и Баку, отметил он, должны взаимодействовать опираясь на принципы добрососедства и партнерства.
В этой связи эксперт Каспийского института стратегических исследований (Москва) Александр Караваев предположил, что зерновой кластер на Каспийском море может способствовать дальнейшей нормализации двусторонних отношений и укреплению экономических связей между государствами Евразии в целом.
«Благоприятная ценовая конъюнктура и избыток зернового предложения на рынке России и Казахстана могут содействовать созданию нового регионального рынка хранения и переработки больших объемов зерновых. При наличии соответствующих инвестиций в Азербайджане может возникнуть новая отрасль промышленности: производство глюкозы для кормов, включая лизин и триптофан, синтез органических кислот для пищевой промышленности и другие подобные предприятия глубокой переработки зерновых», — считает эксперт.
Караваев напомнил, что в начале сентября аналитики JP Morgan опубликовали доклад «Food Security Is National Security: A Compounding Storm», прогнозирующий повышенную продовольственную инфляцию в мире, как минимум, до конца первой половины 2027 года.
Удорожание зерновых и продовольствия явилось результатом сочетания нескольких факторов: длительных ограничений морских перевозок в Ормузском проливе, изменениями климата, взаимным блокированием черноморских портов Украины и России.
«…В Каспийском регионе возможно создать распределенную сеть зернохранилищ и элеваторов общей вместимостью от 5-7 млн. тонн и более в портовых зонах и вдоль железнодорожных узлов основных магистралей транспортных коридоров: Астрахань, Махачкала, Актау, Баку, Туркменбаши. Данный объем хранения может казаться избыточным, но, учитывая переход системных конфликтов Евразии в активную стадию, Каспийская зерновая площадка (сеть хранения и единая биржа), расположенная в центре сухопутных транспортных узлов будет весьма полезна», — сказал Караваев.
В этой связи эксперт привел в пример программу развития Бакинского зернового терминала в морском порту Говсан, осуществляемую совместно с казахстанской «Продкорпорацией» и азербайджанской NB Holding. На сегодняшний день терминал способен переваливать до 400 тыс. тонн зерна в год и хранить порядка 15 тыс. тонн. Для целей предстоящей зерновой переработки и создания торговой площадки, мощности хаба нужно увеличивать, считает Караваев.
«Создание Каспийской зерновой площадки, наверняка, может быть поддержано инфраструктурными банками, такими крупными структурами, как ШОС и ЕАЭС, крупными покупателями из соседних регионов: Пакистана, Ирана, Турции, арабских стран Залива. Каспийская зерновая инициатива может стать фактором региональной диверсификации», — заключил Караваев.