Телеграм канал «Дневник семиреченского пилигрима»

«Капитал избегает шума и брани и отличается боязливой натурой. Это правда, но это ещё не вся правда. Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты.
Но раз имеется в наличности достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10%, и капитал согласен на всякое применение; при 20% он становится оживлённым, при 50% положительно готов сломать себе голову; при 100% он попирает ногами все человеческие законы; при 300% нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы.
Если шум и брань приносят прибыль, капитал станет способствовать тому и другому. Доказательство: контрабанда и торговля рабами».

Эту фразу приписывают Карлу Марксу. Но в Капитале он лишь процитировал Даннинга.

Dunning Т.J., Trade's Unions and Strikes: Their Philosophy and Intention. - London: Published by the author, and Sold by M. Harley, No 5, Raquet court Fleet street, Е.С., 1860, р. 35-36.


Но как все точно... Мамона и безнаказанность творят чудовищ.

В Неделю о блудном сыне хочу предложить интерпретацию этой библейской притчи от лица возможных переживаний старшего сына в авторском исполнении.

Старший сын.

Верный папаше c о́трочества,
Звёзды с небес не хватал,
И вряд ли с имения отчего
Надолго куда уезжал.
С детства в трудах да заботах:
Слуги, расписки, счета:
То караваны в Египет,
То из Ливана смола,
В Тир кораблём финикийским
Срочно отправить зерно,
В Мемфис - ячмень по распискам,
В Персию - шерсть и вино.
Помощь отцу и опора.
Брат потерялся давно,
Где он, вернётся ли скоро,
С кем он теперь заодно...
Полно же! Солнце к закату,
Время пришло отдыхать.
С поля дорожкой покатой
В сени б свалиться, да спать!
Ноют с усталости ноги,
Гнется от боли спина.
Вдруг он услышал с дороги
Песен и арф голоса.
Что там? Не время для Кущей,
Не Шавуот, не Пурим...
Что там, слуга мой, послушай,
Запахом тянет мясным!
- Это же брат твой вернулся!
Праздник устроил отец...
Старший с досады согнулся
Ждал он, пока наконец
С дома не вышел родитель
Плечи его приобнял:
- Сын мой и рода хранитель!
Брат твой был мёртв и восстал!
- Что ты отец? Он не брат мне!
С кем он себя растерял?
Честь, своё имя, богатство
Он на блудниц разменял!
В чем его слава, скажи мне?
Я был послушен тебе
Ты ж ему ризу и перстень,
Обувь, тельца на огне...
Мне ж и простого козлёнка
Ты никогда не давал!
Сколько я лет проработал?
Слов твоих не преступал!
- Сын мой! Всегда ты со мною,
Всё что имею - твоё,
Я же сполна сединою
Выплакал горе своё.
Где ж твоя радость о брате...
Годы я ждал и нашёл....
- Тяжко мне, - вымолвил Старший,
И, не спеша, отошёл...
*
Несправедливость, как фатум,
В притче мораль, словно дым:
Только любовь выше правды,
Действует смыслом простым.
Верность достойна отрады,
Благо даётся в трудах.
С чем же сравнима награда
Солнца и звёзд в небесах?
Смысл миллионов рождений,
Жизней подаренных свет?
Меры здесь нет, как сравнений -
Правых пред Господом нет.

Александр Суворов

https://www.youtube.com/watch?v=MotKvOyiKEc&ab_channel=Alex

Матери Ксении

Странница премудрая, гостья сдалека.
Смыслы затерялись имени в веках:
Что в нем: "чужестранка", или "добродетель",
Марфа ли, Мария, кто сему свидетель?
Вера - пламень сердца, заповедь - ума
Жизнь - причастна смерти, и тебе дана
Мудрость, чтоб увидеть мiра суету,
Не возненавидеть, не сбежать в мечту,
Жить не лицемеря, не роптать, не лгать,
В чем твоё блаженство, преподобна Мать?
В чем? В одеждах рваных, иль в ногах босых,
В кирпичах тяжёлых что в трудах ночных,
Поднимала тайно, труд других ценя,
В чем же твоя тайна, мати Ксения?
Я ответ услышал шепотом, вдали:
Нет в том тайны, чадо, научись Любви!
В мире мы скитальцы: праздность, суета,
Праздности укором станет нищета;
Шумно на Смоленском, сладко от речей...
Жаль, что не откроет нам своих Мощей.


©А.С.

Сказ про Иеромонаха, Степь и Скорпионью натуру

Часть первая. Столичная

Был он, значит, при делах,
При знакомствах да чинах.
Хоть носил подрясник черный,
Но витал в больших кругах.
Жил в Москве, не дул в усы,
Ел французские сыры,
Знал, где смазать, где подмазать,
Для какой такой игры.
Брал он гранты будь здоров! -
От опальных мастеров.
(Тех, что нефть качали раньше
Без особенных трудов).
Кто-то скажет: «Компромат!»
Он ответит: «Я же свят!
Я ж за правду, за свободу,
А платил мне меценат!»
Он интриги плёл, как сеть,
Чтоб везде, поди, успеть.
Грызся с левым, грызся с правым,
Любо-дорого смотреть!
Весь в боях, как на войну,
Будоражил всю страну,
Поднимая в кабинетах
То цунами, то волну.
И скажу при всём при том:
Даже в Думу вхож был он,
Тема вроде про аборты,
Ну а вышло.... Афедрон!
А ещё, скажу я вам,
Был у них такой бедлам:
Вспомнил он про пионеров,
Скаутов - миссионеров
Смету выбил - Боже мой!
Хоть дворец, пожалуй, строй.
«Воспитаю, - говорит, -
Патриотов целый рой!»
Деньги взяли. Тишь да гладь.
Стали скаутов считать...
(Даже где-то написали,
Что кино хотел снимать!)
Смотрят в поле, смотрят в лес -
А отряд-то... и исчез!
Ни костров, ни рюкзаков,
Был бюджет - и сплыл таков.
Где же дети? Вот секрет!
Смета есть - а бабок нет!

Часть вторая. Ссылка

Но судьба - она хитра,
Гонит всех, кто гнал ветра.
И очнулся наш герой...
Горы, степь - Алма-Ата!
Неземная красота!
Вроде ссылка, вроде драма,
Да позиция не та.
Он и здесь не лыком шит:
Сыт, обут и не дрожит.
По горам козлом скакает -
Ну не ссылка, зож-режим!
Ест лагман и пьёт айран,-
Чай Тянь-Шань не Магадан,
Вроде бы живи, курилка,
Исцеляй остатки ран!
Вроде край тебе открыт,
Стол накрыт и быт не быт.
От души его пригрели,
Позабыв столичный стыд.
Ан нельзя ему, никак!
Без конфликта - как дурак.
Если всех вокруг не ссорить,
В организме кавардак!

Часть третья. Плач Ярославны

Вот сидит он, сытый весь,
В интернет заходит, в «здесь».
И давай страдать за холод
Просто дьявольская смесь!
Пишет пост, слезу точа:
«Там народ, мол, без врача!
Без тепла, мол, мёрзнет Киев,
Догорает, как свеча!»
Сам при этом (видит Бог!)
Ест компот и бутерброд.
И спокойно в выходные
На такси в аэропорт.
Из Столицы самолет,
В Алматы - другой комфорт.
Там он бродит по горам,
По альпийским, по лугам.
Там тепло, светло и сытно,
И ни капельки не стыдно!
За людей он так страдает,
Что намазать еле смог.
А меж тем, исподтишка,
Жалит местного дружка.
Гадит здешним православным
С высоты, блин, потолка.
То донос, то клевета, -
Вот такая «высота»!
Не сидится человеку
Без скандального поста!

Часть четвертая. Скорпион

Тут, народ, мораль проста.
Вспомним притчу неспроста.
Про зверюгу-Скорпиона,
Что попал на острова.
Плыл на псине Скорпион
Через бурный рубикон.
Псина та его спасала,
Подставляла спину, он -
Ехал барином на ней,
Среди волн и среди пней.
Но в конце - ужалил жалом
Прямо в шею, - чтоб больней!
Псина тонет и хрипит:
«Ты чего творишь, бандит?!
Мы ж с тобою потонем оба!
Где же логика и стыд?!»
Тот же булькает в ответ:
«Логики здесь, псина, нет.
Я бы рад прослыть приличным,
Да другой у меня цвет.
Я б хотел не жалить, друг,
Только чешется же вдруг!
Я по роду - Скорпион,
Гадить - это мой закон».

Финал

Так и наш герой-монась.
Жизнь как вроде удалась.
Горы, птички, сытость брюха...
Только всё ему не в масть!
Но нутро - оно как гвоздь.
Ты хоть где его пригвоздь -
В Астане, в Москве, в Париже -
Всё равно в нём яда гроздь.
Он не может не кусать.
Он не может не писать.
Он ужалит тех, кто кормит,
И пойдёт потом плясать.
Не судите строго вы.
Нету в том его вины.
Скорпион не станет птахой
Даже в месте тишины.
Пусть кричит, что всех спасет,
Что за мир свой крест несет…
Просто знайте: он ужалит.
Так уж вышло. Вот и всё.

А. С. Тысяча девятьсот девяносто шестой

🇰🇿
В Алматы готовится к открытию крематорий.
Вопрос весьма беспокоит общество, - наряду с мусульманами и католиками дал интервью по этому вопросу.