А вот и стихотворение поспело.
Да, сложный слог и ритм... Но иначе выразить эту «запутанность» не получилось..
Зато что-то «Евтушенковское»
Жертвоприношение
На горе Мориа тишина.
Как перед расстрелом.
Исаак глядит на отца.
Непонимающе. [...]
Авраам заносит нож.
Рука тяжела, как вечность.
В этой покорности Богу
Нечеловечья бесчеловечность.
И вдруг!
«Стой!»
Из тучи, из самого пекла синевы.
Жизнь возвращается.
Ангел сжимает крыло.
Спасён человек!
Сын человеческий спасён, живой!
В кустах запутался овен...
Пронесло.
Слышите?!
В тот раз пронесло...
Это была лишь проба.
Генеральная, страшная репетиция.
Бог пожалел отца.
Бог отменил финал.
Но время летит,
смертоносной сменяясь птицей,
И календарь веков
страницы свои порвал.
Я вижу сквозь годы,
сквозь копоть и злую гарь:
Господь примеряет
наивную нашу плоть.
Он Сына Своего
Как драгоценный Грааль...
Сыном Человеческим
наречёт, чтоб Его расколоть.
Слышишь Меня,.. Авраам?
Тебе вернули дитя.
Тебе разрешили плакать и обнимать.
А Богу то что?!
Своего Сына отдать, шутя?
Нет, не шутя.
Нам этого не понять.
Придёт это время.
Ни ангел, ни крик, ни весть
Не остановят ржавые, грубые гвозди.
Никакого овна в кустах!
Голгофская выжжена персть.
И вместо пощады...
кровавые капли-гроздья.
Бог стал Человеком,
чтоб Сына отдать под плеть.
Там, где человека спасли,
Бог Себя не спасёт.
Сын Человеческий
будет на том Кресте умирать,
Приняв за нас
Вне времени
Предъявленный
.
.
.
.
счёт.
Пожалуй, нет в Ветхом Завете другого события, которое бы так живо, пронзительно и до боли точно говорило о Христе, как жертвоприношение Авраама.
В той страшной точке на горе Мориа сошлись два понимания: человеческая обреченность и Божественная любовь. Авраам, проживший долгую жизнь, прекрасно понимал, что этот мир, запутавшийся в грехе и тлении, обречен. И когда Бог призывает его принести в жертву единственного, долгожданного сына Исаака, Авраам не бунтует. Он непостижимо и покорно соглашается, но не от жестокости, а от абсолютного доверия Творцу: если мир обречен, то только в руках Бога есть выход, даже через потерю самого дорогого.
Но в самый последний момент, когда нож уже занесён, Бог останавливает руку отца. Он спасает сына и указывает на барана, запутавшегося рогами в кустах.
Что это было? Шоу? Проверка? Счастливый финал древней истории? Можно говорить и так. Но это великое обетование. Там, на горе, Бог заключил с Авраамом завет и показал образ будущего спасения. Спустя тысячи лет на этой же самой горе (есть в предании мысль, что Голгофа это то самое место) Бог совершит то, от чего освободил Авраама. Чтобы спасти обреченное человечество, Отец Небесный отдаст Своего Собственного Сына. Иисус Христос станет тем Самым Агнцем, Который возьмет на Себя грехи всего мира.
Сейчас эта история наш общий духовный корень. Она о верности, о доверии, которое побеждает страх смерти, и о милости Бога, Который Сам платит по нашим долгам.
С праздником Курбан-байрам, братья-мусульмане! Мира и благословения вашим домам.
Впервые я услышал иеромонаха Романа Матюшина по радио «Маяк». Это был, наверное, 1989-й или 1990-й год — время, когда после тысячелетия Крещения Руси отношение государства к Церкви стало понемногу теплеть. И среди всей тогдашней суеты прозвучало: «Белым церквам нынче тысяча лет…»
Эта песня произвела на меня очень сильное впечатление. Потом были магнитофонные кассеты и даже пластинки, которые передавали друг другу почти как что-то драгоценное. Да, возможно, это было не идеально с точки зрения академического пения или профессиональной музыки. Но дело ведь было совсем не в этом.
Эти песни сыграли огромную роль в становлении многих людей в Церкви в 90-е годы. В них была какая-то удивительная искренность, простота, боль и надежда одновременно. Они звучали в то время, когда страна только училась заново произносить слово «Бог» не шепотом и писать его с заглавной буквы. Для многих это была целая эпоха — эпоха возвращения к вере.
И вот теперь, буквально в последний день Пасхи, пришла весть о кончине иеромонаха Романа.
Царство Небесное.
Уходит поколение, уходят голоса эпохи. Но некоторые песни продолжают звучать — уже отдельно от времени. Как колокольный звон над белыми храмами.
Особого внимания заслуживает по всей видимости очень красивый, -
Праздник Роз, в память встречи Марии и Елизаветы, который по сведению авторитетного Аль-Бируни особо отмечался христианами 4 айара (мая), - 17
мая. В этот день храмы украшались розами.
Возможно праздник является
редукцией более древнего персидского праздника, известного в современном
Иране как Golabgiri - фестиваль роз, когда производится сбор лепестков дамасской розы для изготовления ароматов и особой розовой воды.
Третьего дня, вечером, собор по моему приглашению посетил известный блогер и медиаменеджер из Москвы Александр Файб, со своей командой, автор популярного YouTube-канала «ФАЙБ». Кстати, довольно интересного.
Для гостя была проведена экскурсия по Вознесенскому кафедральному собору: рассказал об истории собора, его архитектуре и духовной жизни.
Также я подарил Александру свою с Максимом книгу «Нам здесь служить» и книгу, посвящённую истории нашего собора .
Часто его слушаю, но в этот раз, слушал он))
Но вчера слушали мы все))
И было здорово.
Сегодня в Казахстане день Матери.
Искренне поздравляю всех наших матерей!
Пока жива мама, человек не стареет, а если мамы нет, то для нас всегда открыта возможность молитвенной связи. Потому что у Бога нет мёртвых. Потому что Христос воскресе!