Телеграм канал «Pax Japonica»

День святого Валентина и русский след

Ежегодно все пишут, что снова наступил судный день для японских женщин - им нужно одарить шоколадом разного назначения всех мужчин в честь Дня святого Валентина.
Но мало кто знает, что не всегда именно женщины отдувались в этот день, а первым идею дарить шоколад в честь этого праздника продвинул наш соотечественник.

В 1930-е годы традицию дарить шоколад в качестве знака внимания в Японии впервые представила кондитерская компания Morozoff. Её создатель - Фёдор Дмитриевич Морозов (1880–1971), представитель «белой» эмиграции, покинувший Россию после революции. Семья Морозовых сначала перебралась из России в китайский Харбин, затем через Сиэтл - в Японию. В 1931 году при финансовой поддержке торговца лесом Томотсу Кадзуно была основана компания Kobe Morozoff Confectionery.

В 1932 году компания впервые в Японии представила идею дарить шоколад на 14 февраля - в День святого Валентина. В рекламных каталогах того времени шоколад предлагался как подарок не только ко Дню святого Валентина, но и ко дню рождения, на Пасху и Рождество. Morozoff также славился высококачественным «фэнси-шоколадом» и конфетами с виски в стильной упаковке, не уступавшие европейским производителям и при этом отвечавшие вкусам японцев.

Кроме того, в токийских магазинах с кафе и в магазине на пляже Косиэнхама Morozoff первой в Японии начала продавать пирожки («пиросики»). Сегодня компания управляет не только кондитерскими, но и кафе с салонами чая в ряде префектур, однако во главе компании уже новые владельцы.

В 1941 году между семьёй Морозовых и японским инвестором произошёл конфликт, и семья покинула руководство компанией. Позднее они основали в Кобе компанию Cosmopolitan Confectionery по производству русских сладостей, которая закрылась в 2006 году.
После этого управлением Morozoff занялась семья Кадзуно. После войны компания расширила производство, начала продавать жевательную резинку и заварной пудинг, увеличила выпуск шоколада.

Сейчас зеленые вывески с надписью Morozoff вы сможете часто увидеть в японских универмагах и торговых центрах, рассчитанных на взрослых японцев, которые привыкли делать красивые и дорогие подарки по разным случаям.

И небольшой вопрос вам: что изображено на первом логотипе бренда Morozoff (на фото 3)?

К　теме　островов，　атоллов　и　присутствия　Японии　в　Микронезии.

Дочитываю книгу "Атоллы" Накадзима Ацуси, которая вышла в прошлом году в издательстве Ад Маргинем Пресс (моя любимая серия hide), в которую вошли два цикла малой прозы о его поездке в Микронезию в 1941 году.

Накадзима Ацуси (1909–1942) — японский прозаик, поэт и переводчик, один из самых своеобразных авторов японской литературы XX века. Интересно, что большая часть его творчества завязана на его непродолжительном, но очень насыщенном пребывании в японской Микронезии.

После　Первой　мировой　войны　Япония　получила　от　Лиги　Наций　мандат　на　управление　частью　бывших　германских　колоний　в　Тихом　океане　（Каролинские　острова，　Маршалловы　острова　и　Марианские　острова　（кроме　Гуама））　Эти　территории　назывались　Южно－Тихоокеанскими　мандатными　территориями．

В　июне　１９４１　года　Накадзима　оставил　преподавание　и　отправился　служить　редактором　учебников　при　Управлении　по　делам　Южно－Тихоокеанских　мандатных　территорий．　Речь　шла　о　микронезийских　архипелагах　—　Каролинских，　Маршалловых　и　Марианских　островах，　находившихся　под　управлением　Японии．

Формально его работа была частью колониальной политики: образование рассматривалось как инструмент «приобщения» местных жителей к японской культуре и государству. Однако сам Накадзима довольно быстро разочаровался в своей миссии.


…Я отчетливо осознал, насколько бесполезен труд по составлению и редактированию учебников для местных жителей. Есть множество гораздо более важных условий для их счастья, учебники же – такая малость; это, пожалуй, последнее, о чем стоит беспокоиться. К слову сказать, подарить этим островитянам счастье в настоящий момент мы не в состоянии. Обеспечивать их должным жильем и пропитанием становится всё сложнее, такова нынче ситуация в Южных морях. Пусть даже мне удастся немного улучшить учебники, разве от этого что-нибудь изменится – теперь, в такое время? Обрывочное образование принесет им, мне кажется, только горе. Я окончательно охладел к своей редакторской работе. Но вовсе не потому, что островитяне мне неприятны. Всё потому, что я их люблю. Мне нравятся обитатели островов (коренные). Не сказать даже, насколько они милее мне черствых приезжих с внутренних территорий. Чувствуется в них прямодушие, какая-то неизбывная наивность. Взрослые здесь напоминают больших детей – да таковы они и есть. Думаю, в прошлом эти люди были вполне счастливы…


Из письма Накадзимы Ацуси жене Таке, датированного 9 ноября 1941 года.


Поездка оказалась чрезвычайно значимой для его творчества. На основе увиденного он создал цикл «Истории южных островов» и цикл «Атоллы», которые как раз вошли в издание. Тексты сочетают в себе элементы художественной прозы, путевых очерков, этнографических наблюдений и переработку местных мифов и легенд.

Половину самураев в Японии составляли женщины?

3 февраля в British Museum в Лондоне открылась выставка "Samurai", одним из хуков продвижения которой стало заявление ученых и кураторов выставки, что половина самураев были женщинами.

Мы привыкли видеть самураев как исключительно мужчин-воинов с катанами. Но слово "samurai "вовсе не значит «воин». С XI–XII веков в Японии сформировался особый воинский класс — буси, который с XII века (примерно с 1100-х годов) получил политическое господство. Однако в период длительного мира, начавшийся в 1615 году, самураи отошли от поля боя и превратились в элитный социальный слой, в который входили и женщины (много женщин). Самураи-мужчины формировали государственное управление, занимая посты министров и бюрократов. Многие из них стали лидерами в науке и искусстве — меценатами, поэтами и художниками — в мире, где интеллектуальные занятия ценились не меньше, чем владение мечом.

Согласно выставке, самой известной женщиной-самураем была Томоэ Годзэн, умершая в 1247 году, чьи подвиги описаны в «Повести о доме Тайра». По преданию, она отрубила голову самураю Утида Сабуро Иэёси, который пытался захватить её ради выкупа.

Позднее, когда активные военные действия сошли на нет, женщины-самураи одевались в соответствии со своим социальным рангом. Женщины высокого положения носили длинные, струящиеся одежды, украшенные природными мотивами и аллюзиями на японскую литературу. Незамужние женщины-самураи носили кимоно с длинными рукавами как знак своего статуса.
На фото женская накидка пожарного XIX века.
Пожары в Эдо, городе, построенном преимущественно из дерева, происходили настолько часто, что их называли «цветами Эдо». Сёгунат создал пожарные отряды, в которых высокопоставленные самураи отвечали за подачу тревоги, руководство тушением пожаров и эвакуацией, а также за предотвращение мародёрства.
Женщины, жившие и работавшие в замке Эдо, проходили аналогичную подготовку и должны были защищать женские покои.
Накидка украшена уместными «охлаждающими» водными мотивами — якорями с кистями среди вздымающихся волн.
📍 Samurai, British Museum
🗓 3 февраля — 4 мая 2026

Половину самураев в Японии составляли женщины?

3 февраля в British Museum в Лондоне открылась выставка "Samurai", одним из хуков продвижения которой стало заявление ученых и кураторов выставки, что половина самураев были женщинами.

Мы привыкли видеть самураев как исключительно мужчин-воинов с катанами. Но слово "samurai "вовсе не значит «воин». С XI–XII веков в Японии сформировался особый воинский класс — буси, который с XII века (примерно с 1100-х годов) получил политическое господство. Однако в период длительного мира, начавшийся в 1615 году, самураи отошли от поля боя и превратились в элитный социальный слой, в который входили и женщины (много женщин). Самураи-мужчины формировали государственное управление, занимая посты министров и бюрократов. Многие из них стали лидерами в науке и искусстве — меценатами, поэтами и художниками — в мире, где интеллектуальные занятия ценились не меньше, чем владение мечом.

Согласно выставке, самой известной женщиной-самураем была Томоэ Годзэн, умершая в 1247 году, чьи подвиги описаны в «Повести о доме Тайра». По преданию, она отрубила голову самураю Утида Сабуро Иэёси, который пытался захватить её ради выкупа.

Позднее, когда активные военные действия сошли на нет, женщины-самураи одевались в соответствии со своим социальным рангом. Женщины высокого положения носили длинные, струящиеся одежды, украшенные природными мотивами и аллюзиями на японскую литературу. Незамужние женщины-самураи носили кимоно с длинными рукавами как знак своего статуса.
На фото женская накидка пожарного XIX века.
Пожары в Эдо, городе, построенном преимущественно из дерева, происходили настолько часто, что их называли «цветами Эдо». Сёгунат создал пожарные отряды, в которых высокопоставленные самураи отвечали за подачу тревоги, руководство тушением пожаров и эвакуацией, а также за предотвращение мародёрства.
Женщины, жившие и работавшие в замке Эдо, проходили аналогичную подготовку и должны были защищать женские покои.
Накидка украшена уместными «охлаждающими» водными мотивами — якорями с кистями среди вздымающихся волн.
📍 Samurai, British Museum
🗓 3 февраля — 4 мая 2026

Подборка обложек свеже- (и не очень)переведенной японской литературы на английский язык.
Ну красота же🌟

Япония по-прежнему остаётся довольно патриархальным обществом - как минимум в контексте того, что не всегда своевременно реагирует на запросы женской части населения.

Только сейчас в Японии наконец разрешили безрецептурную продажу препаратов экстренной контрацепции, что является важным показателем положения женщин.

Несмотря на некий образ Японии как общества, сексуально раскрепощённого, на практике всё несколько иначе. Лишь в 2011 году японское правительство в принципе разрешило использование таблеток экстренной контрацепции. Это во многом связано с тем, что японский медицинский сектор традиционно с большой осторожностью относится к внедрению препаратов, разработанных за рубежом, даже если их безопасность и эффективность уже давно подтверждены в других странах. Ну а свои не стремились разрабатывать😌

Даже когда в 2011 году Министерство здравоохранения, труда и благосостояния Японии наконец одобрило такие препараты, было введено условие: таблетки могли применяться только по рецепту врача и после очной консультации. При этом мы понимаем, что экстренная контрацепция - это средство, эффективность которого напрямую зависит от скорости приёма. В реальной жизни необходимость записаться к врачу, прийти на приём и получить рецепт часто затягивается и тредует дополнительных расходов на прием.

На протяжении многих лет японские женщины, медицинские и правозащитные организации поднимали этот вопрос, вели дискуссии и добивались упрощения доступа к таким препаратам. И вот, спустя почти 15 лет, эта возможность наконец появилась.

Но, есть "НО"

Во-первых, одобренный препарат NorLevo (производства Aska Pharmaceuticals) стоит 7 480 иен — около 48 долларов США. Это довольно дорого, хотя мы и понимаем, что врядли потребители сталкиваются с необходимостью использовать такие препараты регулярно.

Во-вторых, препарат можно приобрести только лично. Онлайн-продажа и доставка запрещены, что исключает возможность более приватной и психологически комфортной покупки.

И, в-третьих — женщина обязана принять таблетку прямо в аптеке (!!!), в присутствии фармацевта (!!!). Это серьёзно снижает уровень приватности и лишает возможности приобрести препарат заранее и хранить его дома или в сумке «на всякий случай». Японки задаются вопросом: насколько комфортны и безопасны условия приёма, есть ли действительно отдельные помещения, достаточно ли подготовлен персонал для такой деликатной ситуации?

Однако все равно такие изменения воспринимаются как большой шаг вперед.

Пока готовлюсь к обсуждению и перезентации книги Филиппа Пеллетье "Империя якудза: Организованная преступность и национализм в Японии" в ЦВЛ, перечитываю отдельные одиозные эпизоды.

В 90-е представители якудза через шантажи, обещания познакомить с «нужным человеком», подставные дорожно-транспортные происшествия и другие неприятные активности очень глубоко проникли в повседневную жизнь японцев.

Этой теме посвящен полнометражный фильм «Минбо, или Тонкое искусство вымогательства» (ミンボーの女, Minbō no Onna, 1992) режиссера Итами Дзюдзо.

Картина рассказывает о владельце престижного японского отеля, который стремится получить контракт на проведение международного саммита, но сталкивается с проблемой вымогательства со стороны якудза. Пытаясь избавиться от их влияния, администрация отеля с помощью адвоката, специализирующегося на противодействии организованной преступности, объединяется и начинает противостоять якудза, показанным в сатирическом ключе как внешне угрожающим, но по сути слабым и трусливым.
Фильм можно посмотреть в библиотеке проекта KINOKO на японском с английскими субтитрами.

Эта работа стала одной из первых в японском кинематографе, в которой была предпринята попытка отказаться от романтизированного образа якудза и показать иные аспекты организованной преступности. Фильм получил положительный отклик у зрителей, однако вызвал негативную реакцию со стороны представителей преступного мира, усмотревших в нём клевету.

Через неделю после премьеры на режиссёра было совершено нападение: пятеро членов группировки «Гото-гуми» из города Фудзиномия, входившей в структуру «Ямагути-гуми», избили Итами и нанесли ему несколько ножевых ранений в область лица. (На фото режиссёр проводит пресс-конференцию в Токио 30 мая 1992 года)
Впоследствии нападавшие были приговорены к тюремному заключению сроком от четырёх до шести лет.

Тело Итами Дзюдзо было обнаружено 20 декабря 1997 года. Официальной версией смерти было признано самоубийство; на рабочем столе режиссёра была найдена предсмертная записка. Незадолго до этого один из еженедельных журналов готовил к публикации материал о предполагаемой внебрачной связи режиссёра.
Вместе с тем, спустя десять лет бывший участник группировки «Гото-гуми» заявил, что именно эта организация оказала давление на Итами, вынудив его совершить самоубийство.