Телеграм канал «PABLO TALK»

Мне очень нравится слово «уместность». Оно вроде простое, а вроде и нет. Есть в нём какая-то приятная категоричность: вот это сейчас уместно, а вот это — нет. Мне вообще нравится, как оно звучит.

Сегодня видел выступление танцоров. Ребята все в форме, танцевали хорошо, но были они, как когда-то Теона Контридзе сказала про своих музыкантов, «ребята с пробегом». И вот смотришь на людей, которые танцуют в стиле, в котором обычно танцуют совсем молодые, и в голове почему-то сразу два варианта. Первый: как же круто, что они в своём возрасте так охрененно фигачат. А второй: наверное, лет двадцать назад всё это получалось чуть естественнее, чуть легче. Потому что часики назад всё-таки не отматываются.

Я их, кстати, прекрасно понимаю. У меня почти каждое десятилетие был какой-то очередной заход на тему уместности. Помню, лет в тридцать, я тогда жил в Швейцарии, стою в магазине с какой-то вещью и спрашиваю продавца: «Скажите, а в моём возрасте такое вообще можно носить?» Он смотрит на меня: «А сколько вам лет?» — «Тридцать». — «Вам вещь нравится?» — «Да». — «Ну так и носите».

В тридцать у меня такое было. В сорок было. В пятьдесят тоже. Сейчас уже почти нет. За исключением каких-то очевидно нелепых вещей, которые, впрочем, часто нелепые вообще независимо от возраста. Одежду я ношу какую хочу, благо у меня есть стилист, который иногда может вовремя тормознуть.

При этом у меня очень много молодых друзей и подруг, и они периодически говорят: «Ну, Паша, ты выглядишь как моднявый зумерок». И я иногда думаю: а хорошо ли почти в шестьдесят выглядеть как моднявый зумерок? Это уместно или уже как-то не очень?

И вот если покрутить это не только вокруг одежды, а вообще вокруг того, как я живу, что мне нравится, с кем я общаюсь, что делаю, — то, пожалуй, уместно.

Потому что, видимо, уместность — это не столько про возраст. Скорее про то, насколько то, что ты делаешь, вообще тебе соответствует.

https://youtu.be/n43LkALyK-g

Really? 😱🫣

Главное — захватить внимание. Ну а потом уж удержать. 👽

Информация перестала быть дефицитом. Что делать? Сегодня в 14:10 поделюсь тем, как правильнее работать в случаях, когда человек приходит не с вопросом, а с решением.

https://aecspb.com

Бизнес-секция, зал номер 10

Сегодня 1 сентября.

И я почему-то полез расспрашивать тётушку про семейную историю. Я по первому образованию преподаватель английского и немецкого языков средней школы. Потом жизнь, конечно, довольно далеко меня от этой средней школы унесла, но учителя в роду у меня были.

Мой дедушка, Александр Васильевич Груздов, был учителем. Причём преподавал, на минуточку, физкультуру и музыку. Сначала в Полотняно-Заводской средней школе, потом в Кондровском техникуме. А потом всю семью перевезли в Смоленск — тогда всё было довольно просто: нужны где-то учителя, значит, поедете туда. И уже в Смоленске он тоже преподавал в техникуме.

Дедушку я, к сожалению, никогда не знал. Он погиб во время Великой Отечественной войны. Но сегодня узнал про него ещё одну совершенно прекрасную вещь. Он играл практически на всех музыкальных инструментах, которые вообще имелись в школе. Был восьмым ребёнком в семье. Восьмым и самым младшим. И очень хотел, чтобы ему на день рождения подарили баян. Подарили балалайку. 😳

К чему я вообще всё это. Сегодня счастливые и не очень счастливые дети и студенты отправились в школы, колледжи, университеты. И я подумал, что в какой-то части всё равно остался учителем.

Да, сейчас я бизнес-тренер. Я не учу людей английскому или немецкому, не ставлю оценки и не вызываю к доске. Но я всё равно помогаю людям чему-то учиться, пробовать, ошибаться, разбираться и двигаться дальше. Поэтому какая-то сопричастность к 1 сентября у меня до сих пор есть.

И ещё я всегда вспоминаю об этом, когда на тренинг людей приводит руководитель, а они заходят с лицами, на которых написано примерно: «Блядь. Только этого мне сегодня и не хватало». Я их прекрасно понимаю. Мы же и в детстве далеко не всегда с восторгом бежали учиться. Возможно, этот привкус школы потом каким-то образом остаётся с нами и во взрослом возрасте.

На фотографии я иду в первый класс. С гвоздиками и совершенно несчастным выражением лица. Рядом мой брат. С выражением лица ещё более несчастным. Я был несчастный, потому что не хотел в школу. А он — потому что не любил фотографироваться.

В общем, с 1 сентября. Учиться всё-таки хорошо. Хотеть при этом учиться совершенно необязательно.

Сегодня проводил вебинар «Клиент всё знает» — о том, как работать эксперту, когда человек приходит уже с готовым мнением от ChatGPT, нейросетей, соцсетей и вообще «я всё прочитал».

И во время эфира возник хороший вопрос: а может ли ИИ уже заменить живого тренера по продажам?

Я прямо по ходу эфира полез смотреть свежие исследования.

Короткий ответ: пока нет. Но часть работы тренера ИИ уже делает очень хорошо — а местами лучше человека.

ИИ может проанализировать тысячи реальных звонков из телефонии и CRM, увидеть повторяющиеся ошибки, дать обратную связь после каждого разговора и бесконечно гонять продавца через role play.

И это уже даёт измеримый результат. В одном из свежих полевых исследований почти на 2000 продавцах AI-roleplay дал прирост реальной результативности примерно на 2% в среднем — сильнее всего у менее опытных продавцов.

Но там, где нужно понять, почему человек знает, как надо, но всё равно делает иначе, где есть сопротивление, сложные переговоры, тонкие человеческие реакции и необходимость реально изменить поведение, хороший живой тренер пока сильнее.

Поэтому главный вывод для меня такой:

ИИ не столько заменяет тренера, сколько убивает старую модель обучения: «тренер приехал, восемь часов рассказал и уехал».

Рабочая модель сегодня — человек + ИИ.

ИИ анализирует, тренирует и отслеживает.
Человек понимает, корректирует и меняет поведение.