И я почему-то полез расспрашивать тётушку про семейную историю. Я по первому образованию преподаватель английского и немецкого языков средней школы. Потом жизнь, конечно, довольно далеко меня от этой средней школы унесла, но учителя в роду у меня были.
Мой дедушка, Александр Васильевич Груздов, был учителем. Причём преподавал, на минуточку, физкультуру и музыку. Сначала в Полотняно-Заводской средней школе, потом в Кондровском техникуме. А потом всю семью перевезли в Смоленск — тогда всё было довольно просто: нужны где-то учителя, значит, поедете туда. И уже в Смоленске он тоже преподавал в техникуме.
Дедушку я, к сожалению, никогда не знал. Он погиб во время Великой Отечественной войны. Но сегодня узнал про него ещё одну совершенно прекрасную вещь. Он играл практически на всех музыкальных инструментах, которые вообще имелись в школе. Был восьмым ребёнком в семье. Восьмым и самым младшим. И очень хотел, чтобы ему на день рождения подарили баян. Подарили балалайку. 😳
К чему я вообще всё это. Сегодня счастливые и не очень счастливые дети и студенты отправились в школы, колледжи, университеты. И я подумал, что в какой-то части всё равно остался учителем.
Да, сейчас я бизнес-тренер. Я не учу людей английскому или немецкому, не ставлю оценки и не вызываю к доске. Но я всё равно помогаю людям чему-то учиться, пробовать, ошибаться, разбираться и двигаться дальше. Поэтому какая-то сопричастность к 1 сентября у меня до сих пор есть.
И ещё я всегда вспоминаю об этом, когда на тренинг людей приводит руководитель, а они заходят с лицами, на которых написано примерно: «Блядь. Только этого мне сегодня и не хватало». Я их прекрасно понимаю. Мы же и в детстве далеко не всегда с восторгом бежали учиться. Возможно, этот привкус школы потом каким-то образом остаётся с нами и во взрослом возрасте.
На фотографии я иду в первый класс. С гвоздиками и совершенно несчастным выражением лица. Рядом мой брат. С выражением лица ещё более несчастным. Я был несчастный, потому что не хотел в школу. А он — потому что не любил фотографироваться.
В общем, с 1 сентября. Учиться всё-таки хорошо. Хотеть при этом учиться совершенно необязательно.
Сегодня проводил вебинар «Клиент всё знает» — о том, как работать эксперту, когда человек приходит уже с готовым мнением от ChatGPT, нейросетей, соцсетей и вообще «я всё прочитал».
И во время эфира возник хороший вопрос: а может ли ИИ уже заменить живого тренера по продажам?
Я прямо по ходу эфира полез смотреть свежие исследования.
Короткий ответ: пока нет. Но часть работы тренера ИИ уже делает очень хорошо — а местами лучше человека.
ИИ может проанализировать тысячи реальных звонков из телефонии и CRM, увидеть повторяющиеся ошибки, дать обратную связь после каждого разговора и бесконечно гонять продавца через role play.
И это уже даёт измеримый результат. В одном из свежих полевых исследований почти на 2000 продавцах AI-roleplay дал прирост реальной результативности примерно на 2% в среднем — сильнее всего у менее опытных продавцов.
Но там, где нужно понять, почему человек знает, как надо, но всё равно делает иначе, где есть сопротивление, сложные переговоры, тонкие человеческие реакции и необходимость реально изменить поведение, хороший живой тренер пока сильнее.
Поэтому главный вывод для меня такой:
ИИ не столько заменяет тренера, сколько убивает старую модель обучения: «тренер приехал, восемь часов рассказал и уехал».
Рабочая модель сегодня — человек + ИИ.
ИИ анализирует, тренирует и отслеживает.
Человек понимает, корректирует и меняет поведение.