Телеграм канал «Океан в бутылке»

Внезапноэ догонялово)) стеснительное и . В общем, это я.
Хочется конечно и ваших «а это я», всяких

⤴️⤴️⤴️

А что, вообще-то никто и не обязан тебя любить, ты в курсе? Я вот давно смирился с этим, это же правда.
— Я знаю!!! — и я ведь правда знаю это, но слезы брызгают у меня из глаз мгновенно всем тем, что стоит у меня за этим знанием. — Знаю это и так… — открываю окно, закуриваю, поворачиваясь полностью к деревьям, небу, весне и добавляю совершенно спокойно и твердо, без всякого надрыва, даже просто:
— Никто не обязан меня любить. Но ты — мой муж. И я требую твоей любви.

Вот. Вот, девочки. Вот это требование, полное абсолюта права притязать на любовь, где муж и любовь — синонимы, и никак не меньше, это проросшее достоинство женщины я праздную.
(А если без пафоса я до сих пор охреневаю от того, чо проросло-то, а?!)
Муж, кстати, совершенно в этим согласился.

И вот про мужество любви — как способности впускать в себя любовь, и как способность выпускать из себя любовь (об этом в этом тексте я не писала) — мы будем говорить, чувствовать и проживать на встрече Мужество любви.
Напомню, мы идем по триптиху («трип-чиху» — как шутит муж) Сила духа, и сила духа этого в радости, любви и воли к жизни.
Я приглашаю вас как на отдельно эту встречу, так и на весь процесс, потому что конечно потому он и триптих, что это перекликающаяся солнечными бликами по полотну океана тема, тема огромная, стрелами пронизывающая всю нашу жизнь: прошлое, с его опытом, настоящее, с его вызовами расти, будущее, с рисунком судьбы.

Каждая встреча, в том числе Мужество любви — 5000 рублей.
Все три встречи Силы духа (Труд радости, Мужество любви, Воля к жизни) — 12000 рублей.
Анонс тут,
тут,
и тут))
Такая весна.

Записывайтесь сюда.

Вчера у нас с мужем вышла ссора, внутри которой состоялся диалог, я приведу его в самом конце, он короткий, но значение его станет понятным, если вы прочтете несколько историй до.
В ночь на Новый год накануне отношений с мужем (а начались они у нас в ночь со 2 января) мне приснился сон, в котором я попросила прощения перед Лисом и той своей подругой, с которой они были вместе. Этот сон был прорывным, потому что всю жизнь я мыслила ту историю как предательство, в которой я жертва, и вот я обнаружила как тиранила их как пару своими страданиями, и как была в этом эгоистична, одно меня прощает, в той истории мне было всего 15 лет. Записывая тогда тот сон в дневник 2ого января утром я написала — я наконец дошла до глубокого ощущения — права другого меня не любить. Права другого не выбирать меня.
Я написала это и спокойно поставила точку, ощущая свободу и мир на душе. Это такая простая правда, и это такое душераздирающее всю жизнь до было переживание: невозможности смириться с отсутствием ответа. По сути это был путь к выдерживанию, что мама может меня не любить, а я все равно остаюсь живой. Мама может меня не любить, но это не значит, что другой не может меня любить.

Когда-то отсутствие ответа переживалось как отказ мне в принципе в том, что я могу быть любимой, что я достойна того, чтобы меня любили, а это — едва ли не отказ мне в том, что я «хорошая», пригодная для этой жизни, пригодная этой жизни, нужная в ней. Такие глубокие детские переживания, окрашивающие фоном всю взрослую жизнь очень долго и драматично.

Мы с мужем недолго вместе, перемена в моей жизни оказалась будто бы очень резкой для моей психики, шоковой, и хоть мне логично и видны все нити внутренних и потому внешних моих процессов, почему так произошло, все равно понадобилось больше года на адаптацию, на подтягивание в новую реальность всех своих частей из прошлого.
В том числе это выражалось в том, что я никак не могла взять в толк, как это так выходит, что он меня выбрал и тем более — любит?
Я не кокетничала и не придуривалась, когда спрашивала едва ли не со слезами, правда пытаясь это как-то осознать, впустить внутрь:
— муж, как же так получается, что ты меня любишь? Меня же невозможно любить.
Хорошо, что он психотерапевт и вообще мой человек)) иначе, у простого смертного наверняка глаза лезли бы на лоб от таких вопросов либо он бы оскорблялся, что его любви не доверяют.
— Почему?
— Ну… меня именно нельзя любить, потому что это я.
— Тебя нельзя не любить, потому что это ты.
Порой я чувствовала себя как котенок Финдус, забирающийся на коленки к Петсону, в сотый раз готовый слушать историю как он потерялся, а Петсон его нашел. Как ребенок, в миллиардный раз прячущийся за шторой, играя в ку-ку, как в способ раз за разом проживать «родитель исчез, но родитель есть».

Годами я присваивала в терапии право на любовь, теперь не первый же год я осваиваю это право на практике. Почти всегда после нашей любви с мужем я плачу, особенно в первое время от ужаса и боли разжимающегося сердца, иногда это могло начать уходить в натуральную паническую атаку, ровно от сочетания доверие, любовь плюс сразу же страх потери и отвержения, как видимо записано глубоко в опыте. И нужно было дышать, замедляться и мужественно впускать любовь и безопасность. Мне очень, блин, очень уязвимо этим делиться, типа я одна такая полоумная, но другая моя часть говорит: о нееет, дорогая, ты одна такая (в смысле, редкая), кто в принципе решается открыть сердце напропалую, выдерживая этот ужас возможной потери.
— Я никому так не доверяла как тебе, муж. Никогда, вообще никогда. Даже в детстве, или особенно в нем. — говорю я, и чувствую как тело расплывается в тепле, как бывало помню, крошечные котята отъезжают прямо на животе у мамы, разомлевшие от молока и мурчания.
— Вот и не доверяй! — в шуткосерьез как чертяка отвечает.

И вот сквозь все страхи а-ля «скоро он поймет, как я плохая, и конечно же разлюбит и уйдет», в этой нашей ссоре состоялся такой диалог:
— Ты так говоришь со мной, как будто меня не любишь! — отталкиваю, вскакиваю, отбегаю к окну.
— Да, в этом я не хочу любить. ⤵️

Перезаливаем аудиодорожку, хорошую как раз)) Видео выше.