Разбор студентом Андреем Тарковским фильма С. Юткевича «Великий воин Албании Скандербег» (1954).
«Фильм создает впечатление напыщенности и бутафорского благодаря фальшивой эпичности и ложной монументальности образов основных героев, в частности Скандербега».
Но дальше, разбирая сцену поединка Скандербега, которая как раз привлекает его своею фольклорной образностью, близкой к народной поэтике, Тарковский делает замечание, которое могло бы послужить прологом ко всему его будущему кинематографу:
«Затем следует трюк, вряд ли понятный зрителю. Скандербег заносит меч над поверженным врагом, который просит убить его. Следующий кадр – перебивка, замедление действия: морской вал растет, подымается, застывает на несколько мгновений. После долгого раздумья и анализа сцены поединка, решенной в фольклорном духе, можно понять этот кадр как метафору и словами выразить так: "и как морской вал останавливается в грозном беге своем, застыл занесенный меч Скандербега в карающей деснице его". Допустим, все это так, но для того чтобы осмыслить сущность этого кадра, зрителю нужно времени больше, чем отпускает на это режиссер. Метафора тем самым зрителем не воспринимается. Из этого вовсе не вытекает, что все надо зрителю преподносить в разжеванном виде. Нет. Наоборот. Всякая идея, преподнесенная зрителю не непосредственно, иносказательно и правильно понимаемая зрителем, ему, зрителю, ближе и дороже, так как здесь имеет место творческое начало самого зрителя. Но тем не менее всякое иносказание не должно быть головоломкой».
«Уроки темноты», 1992 год.
Режиссёр: Вернер Херцог.
После войны в Персидском заливе по всему Кувейту бушевали нефтяные пожары. За неделю до того, как огненное море было потушено, Вернер Херцог запечатлел апокалиптический пейзаж, трагические образы и душераздирающие свидетельства очевидцев.
Документальный фильм в основном состоит из съемок с вертолета, плывущем над залитыми нефтью полями и опустошенными промышленными территориями. Визуальные образы говорят сами за себя. Зрителя не столько ведут по сюжету, сколько просят прочувствовать и осмыслить увиденное.
Характерной чертой фильма является отстраненность. Создается ощущение, будто беспристрастный инопланетный наблюдатель смотрит на Землю и документирует абсурдно-жестокое поведение человечества. Нынешний «человек» не может дождаться, когда пройдет через огненные врата ада, и в своем детски-капризном нетерпении он топорно воплощает ад на Земле.