ЭКСПЕРТНЫЙ ВЗГЛЯД. На прошлй неделе Олег Дерипаска предложил ввести в России шестидневную рабочую неделю с 12-часовыми сменами, чтобы справиться с «тяжелой трансформацией» экономики. Его предложение поддержал академик Геннадий Онищенко, отметив, что работники должны получить компенсацию и максимальные возможности для восстановления.
Глава комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов:
В Государственной Думе этот вопрос не обсуждается, законопроектов на эту тему у нас нет. Чаще звучат предложения о 4-дневной рабочей неделе для отдельных категорий работников. Но их нужно оценивать очень внимательно, комплексно и глубоко экспертно, привлекая профсоюзы, объединение работодателей и правительственную сторону.
Лично мне ближе четырехдневная рабочая неделя, чем шестидневка. При этом подчеркиваю, что у нас есть граждане, которые работают в формате 24/7. Но нельзя сравнивать офисного работника и того, кто работает в шахте, в тяжелых климатических условиях, в цеху.
Политконсультант, соучредитель компании «Деловая репутация» Владимир Курков:
В России рынок труда имеет определенную стабильность, и нет критических ситуаций для радикальных изменений. В тех отраслях, где необходима шестидневная неделя, она давно введена; где нужна круглосуточная работа — она тоже организована. Если речь идет об увеличении нагрузки на людей за те же деньги, то рекомендация бизнесменам одна: смотреть в сторону повышения производительности труда и автоматизации, а не бесчеловечной эксплуатации людей.
Что касается четырехдневной рабочей недели, то она, конечно, с радостью будет воспринята людьми при условии сохранения уровня дохода. Но тут нужен разумный баланс для сохранения экономики. Возможно, стоит поощрять таким графиком людей за активный вклад в демографию страны.
Бизнес-стратег, руководитель независимой команды PRoud.365 Евгения Истомина:
Шестидневная рабочая неделя сегодня не востребована, она противоречит тому, как в принципе работает современная экономика и человек в ней. Уже сейчас многим людям не хватает двух выходных, чтобы восстановиться, выспаться и вернуться в нормальное состояние, а увеличение нагрузки неизбежно ведет к выгоранию, потере концентрации и снижению качества работы. Это не эмоции, а вполне подтвержденная реальность, по данным Всемирная организация здравоохранения, переработки напрямую связаны с ростом тревожных расстройств и сердечно-сосудистых заболеваний, а исследования Международная организация труда показывают, что работа свыше 55 часов в неделю существенно увеличивает риски для здоровья и не дает прироста эффективности.
Есть показательный пример в странах, где тестируют сокращенную рабочую неделю, компании фиксируют рост продуктивности и снижение текучки. Потому что человек с ресурсом работает лучше, чем человек на пределе. Сегодня вопрос не в том, как заставить людей работать больше, а в том, как перестать терять эффективность в рамках уже существующих пяти дней.
Депутат ГосДумы, д.э.н., профессор Николай Новичков:
Во-первых, есть трудовые права граждан, которые никто не отменял. В этой части безудержная эксплуатация, 12-часовой рабочий день и прочая ерунда в принципе не могут существовать. Во-вторых, даже если предположить, что работник согласен на такие нечеловеческие условия труда, то этого тоже не должно быть. Собственно, законодательные ограничения в эксплуатации отличают социальное государство от любого другого. В этом части хотелось бы перенять опыт Советского Союза – там четко нормировалось, сколько человек может работать в неделю.
Разговоры же о том, что для большего заработка надо больше работать - это разговоры про воспроизводство бедности, не про заработок. Мы должны стать страной высоких зарплат, как сказал президент. На сегодняшний же момент у нас вклад доли оплаты труда в ВВП один из самых низких в мире.