Знаете, на фоне всех этих запретов вспоминается одна довольно показательная история ещё советского времени, периода где-то после 1975 года. Я тогда не жила, но вот от свидетелей эпохи неоднократно слышала, как среди довольно увесистой группы граждан было нормой, почти со спортивным азартом, ловить сигналы одиозных пропагандистских радиостанций вроде «Радио Сволота Свобода» или «Голос Америки».
Парадокс в том, что данные площадки всегда оставались продуктом довольно маргинальным и дебильным, они не вчера такими стали. И для любого человека с IQ выше единицы, знакомого с их природой, это очевидно.
Но в условиях запрета происходила метаморфоза. Если доступ к чему-либо ограничен, даже если это откровенный мусор — значит, появляется ореол ценности и у мусора. Вовсе не содержание помойки формирует зрительский интерес, а сам факт её недоступности. Запрет превращает посредственное в желанное, а иногда — даже в символ некой «элитарности».
Сейчас мы то же самое примерно наблюдаем, к сожалению. Что ранее не вызывало никакого интереса, поскольку считалось нормой и было под рукой, начинает добываться людьми любыми способами, когда у них это отнимают.
По разным оценкам, около 60% взрослого населения освоили VPN по состоянию на сейчас — инструмент, который ещё несколько лет назад оставался нишевым, интересным максимум 10-15% пользователей. Тогда — ради Instagram (входит в экстремистскую Meta, запрещённую на территории РФ), или YouTube (заблокированный с 2024 г.). Сейчас — это МАССОВАЯ практика.
Стоит ли удивляться, что самые одиозные деятели типа понауехавших функционеров ФБК (экстремисты и маргиналы) пытаются записать рост использования обходных инструментов в графу «политических достижений» и усиления протестных настроений в стране? Они любую такую движуху будут в свою пользу раскручивать. А причины гораздо прозаичнее. Ограничения сами по себе формируют спрос, без всякой идеологии, руками государственных же структур.
Меня сложившаяся обстановка тревожит. И сколько спекуляций по данному поводу уже образовалось! Столько новых «оппозиционеров», которых вчера с государственного довольствия сняли, и они резко увидели «кровавость режима», повылезало! Если бы у них была аудитория в два человека, и те — с желе вместо мозгов, это не было бы опасно. Но там сотни тысяч, даже миллионы людей, ранее перечисливших себя к кагорте патриотов России. И эта огромная масса следует за лидерами общественного мнения, что спекулирует сейчас темой запретов, приписывая туда и всё остальное до кучи.
Для раскачивания лодки в подобной ситуации никакие маргиналы из-за рубежа не нужны. Внутри наготове уже имеется группа с миллионами фолловеров в совокупности. Этих людей вы и по радио слушали, и по телевизору смотрели, и в федеральной прессе их читали. У них — гигантская аудитория, и эти персонажи очень умело сейчас нагоняют жути.
Неужели государству это нужно? Мне почему-то кажется, что не очень.
Создание искусственной ценности через запрет — инструмент старый и проверенный, но с побочными эффектами. Чем больше вы что-то запрещаете, тем сильнее искушаете людей со всем этим бороться. Параллельно готовя плодотворную почву для засевших здесь прокси, ранее мимикрировавших под «патриотов», ещё и на государственные деньги.
Здесь даже не сами запреты вредны. А то, к чему они на уровне общества приводят прямо сейчас.
А что вы думаете по этому поводу? Пишите в комментариях, давайте обсудим.
🇷🇺 Подписаться на «Оптимистку в штатском» в «МАХе»