Телеграм канал «Science & Health Writing»

Прочитала расследование Science, которое месяц лежало у меня в закладках. Там, на мой взгляд, хорошо описано, как может создаваться хайп вокруг исследований. Перескажу коротко.

Итак, в Колумбии, в департаменте Антьокия, живет обширная семья людей с мутацией в гене пресенилина-1, вызывающей раннюю болезнь Альцгеймера. Симптомы обычно проявляются до 50 лет. Группа ученых изучала этих людей с конца прошлого века, в результате были открыты две защитные мутации: Christchurch и Reelin-COLBOS. Предполагается, что люди с ними избегают деменции до преклонного возраста, несмотря на наличие того самого плохого варианта гена. Оба открытия широко обсуждались и породили целую индустрию, в том числе другие исследования и стартапы по разработке лекарств, один из которых основал нынешний руководитель группы.

Выглядит красиво и интересно, но ряд ученых сомневается в том, что найденные мутации действительно защищают от болезни Альцгеймера. Претензий много, например, защитный эффект Christchurch изначально описан на данных анализа генома одной женщины. Этого мало для доказательства того, что с ним связана именно она, ведь каждый человек носит бесчисленное количество мутаций. Результаты изысканий других ученых противоречивы. А в дополнительных исследованиях, проведенных той же группой, авторы расследования выявили нарушения — например, изменение данных пациентов и дублирование изображений.

Вишенка на торте: недавно те же ученые объявили об открытии третьей защитной мутации. Она обнаружена не только у некоторых членов упомянутой колумбийской семьи, но и у сестры писателя Габриеля Гарсиа Маркеса, которая прожила в добром здравии до 90 лет. Сам писатель умер от болезни Альцгеймера, как и некоторые другие члены его семьи, включая мать. Назвали новую мутацию лучше, чем прежние — Macondo. Получается еще одна красивая история, при этом степень защитного эффекта все еще не подтверждена даже для предыдущих двух генетических вариантов.

​​Прочитала книгу «Почему мы умираем. Передовая наука о старении и поиск бессмертия». Автор — Венки Рамакришнан, биохимик, лауреат Нобелевской премии по химии за исследования структуры и функции рибосом.
Каждая глава книги посвящена отдельной проблеме, связанной со старением, и тому, как наука пытается ее решить. Там есть и про теломеры, и про митохондрии, и про белок mTOR, и про многое другое из того, что ученые последние десятилетия изучают в связи со старением клеток и целых организмов.
Много внимания автор уделяет и попыткам применить результаты исследований на практике. Особенно его беспокоит информационный шум вокруг этой темы, который часто приводит к созданию и продвижению сомнительных средств для продления жизни. Уже сформировался огромный рынок борьбы со старением, эксплуатирующий естественный страх смерти и немощи.
Большой вклад в его развитие вносят технологические магнаты. По мнению Рамакришнана, эти люди привыкли успешно решать технические задачи вроде разработки приложений, где крупные прорывы происходят каждые несколько лет, а то и месяцев. Старение тоже кажется им всего лишь еще одной такой задачей. Они недооценивают его сложность и уверены, что можно стать бессмертными или вечно молодыми, просто «взломав программный код жизни».
Многие ученые тоже поддерживают впечатление, что проблема скоро будет решена — ведь инвесторы не хотят вкладываться в проекты, которые окупятся только через десятилетия или столетия. Часть таких исследователей даже не связана с проблемами долголетия в профессиональном плане, но есть и выдающиеся специалисты-геронтологи, которые финансово зависят от индустрии омоложения, поэтому сильно преувеличивают прогресс в этой области.
На самом деле устранение всех причин смерти, связанных со старением, увеличит продолжительность жизни максимум лет на 15-20, и от бессмертия человечество так же далеко, как было всегда. Пока важнейшей задачей можно считать не продление жизни, а продление того периода, который люди проживают без хронических болезней. И даже тут наука сталкивается с серьезными препятствиями.
То есть рецептов долголетия в книге нет, автор пытается показать сложность старения, какие пробелы существуют в знаниях о нем и как ограничено наше влияние на продление жизни. По факту в числе доказанных способов притормозить старость только физические нагрузки и умеренность в питании, все остальное основано на очень зыбких доказательствах — и часто с большей вероятностью вредит, чем помогает. Это не значит, что изучать старение не нужно: с помощью таких исследований ученые уже хорошо понимают, что происходит внутри стареющего тела, а также разрабатывают методы профилактики и лечения возрастных заболеваний. Книга помогает получить общее представление о том, в какой точке развития находится геронтология и не спекулирует на желании жить дольше — этим и интересна.

В журнале Lancet опубликовали результаты систематического обзора и метаанализа: физическая активность в свободное время и работа по дому связаны со снижением риска деменции (на 24 и 15%), а физическая активность на работе и по дороге туда — с его повышением (на 20% и 10%). Чтобы сделать такие выводы, ученые проанализировали данные более чем 4,2 миллионов человек из 30 стран, полученные в ходе 74 исследований.
Зависимость уровней физической активности и риска деменции
Предыдущие исследования также показывали, что физические нагрузки на работе не приносят пользы здоровью или связаны с заболеваниями сердца и сосудов, особенно если они интенсивные. А активность в свободное время, наоборот, стабильно снижает риск сердечно-сосудистых болезней.
Проблема с такими исследованиями в том, что крайне сложно исключить все социальные, экономические, экологические и другие факторы, влияющие на людей. Они, естественно, сильно отличаются у офисных работников и тех, кто занят физическим трудом, как и их образ жизни. Кроме того, спортивные упражнения — контролируемый процесс, который можно планировать и прекращать в любое время. Рабочий труд длится часами и часто в весьма неприятных условиях. Такие разные вещи крайне сложно адекватно сравнить.
В известном исследовании Морриса 1953 года, где изучали, как кондукторы и водители болели сердечно-сосудистыми заболеваниями, сравнивали более сопоставимые группы людей, но и там приходилось рассматривать возможные различия.
Если скорректировать влияние сопутствующих факторов, результаты сравнений тренировок в свободное время и физического труда иногда получаются противоречивыми, как говорится, нужны дополнительные исследования. То есть результаты рано интерпретировать как «физическая работа вредна»: сама по себе, без других негативных воздействий, она может быть ни в чем не виновата.
Кроме того, надо учитывать контекст. Современные рабочие нагрузки отличаются по структуре. Есть данные, что физическая активность в некоторых активных профессиональных группах, например у продавцов, недостаточно интенсивна для профилактики болезней сердца, а в других — слишком интенсивна и продолжительна, организм не успевает восстановиться. Получается, кому-то даже могут быть нужны дополнительные тренировки.
Еще из интересного: активность в свободное время составляет всего лишь 12% от общей физической активности во всем мире — 4% в странах с низким уровнем дохода и 28% в наиболее богатых. Больше половины (52%) приходится на профессиональную и домашнюю деятельность, 36% на поездки на работу.