Телеграм канал «Наука и университеты»

Чип в мозг, рука-бензопила и тайна сна: о чём рассказал нейробиолог Всеволод Белоусов 🧠

Зачем нам сон? Биологи обычно отвечают: чтобы очистить мозг от «мусора» или закрепить память. Но спят все существа, у которых есть хоть какая-то нервная система, вплоть до гребневика, который пару часов просто висит в воде Северного Ледовитого океана. Какая уж там память у гребневика?

У Всеволода Белоусова – члена-корреспондента РАН, директора Федерального центра мозга и нейротехнологий ФМБА России и Института нейронаук и нейротехнологий Пироговского Университета – есть своя гипотеза. Синапсы работают как «адские машинки»: в них кипит обмен веществ, а окисленные липиды копятся быстрее, чем их успевают заменить. Поэтому, говорит учёный, «периодически дискотеку надо остановить и всё убрать». У Белоусова даже есть молекулы, которые могут усиливать или снижать нагрузку на синапс. В теории с их помощью можно заставить мышь спать дольше или не спать вовсе. Проверить гипотезу руки пока не дошли, но «глядишь, и до сна дойдём».

Это только финал выпуска. А до него в разговоре с ведущим Максимом Патрушевым, руководителем Курчатовского геномного центра, было ещё много интересного:

Дилетантский подход к науке. «Чтобы что-то в какой-то области сделать, лучше толстую книжку с названием этой области не читать», – советует учёный. Иначе застрянешь в догмах, а свежий взгляд из соседней науки часто открывает то, чего не видят профильные специалисты.

Почему у России своя модель науки. У США и Китая хватает денег, чтобы «засеять поляну» исследованиями и посмотреть, что вырастет. При ограниченных ресурсах логика другая: государство ставит прикладные задачи, а фундаментальные открытия рождаются по ходу дела. Так было, например, с атомным проектом.

▶️ ВКонтакте | Одноклассники | Дзен | YouTube | Rutube

«Ковёр. Большие вопросы» – пример того, как вуз может системно рассказывать о науке. У Пироговского Университета своя студия, ведущий – учёный из Курчатовского института, а в гостях – люди, которые сами двигают свои области вперёд. Первый сезон вышел в феврале 2026 года и собрал экспертов университета, РАН и «Сколково». Второй сезон выходит каждую неделю. В нём космос с Владимиром Сурдиным, нейронауки с Всеволодом Белоусовым, а дальше генная терапия рака, робототехника, медицинские мифы и 3D-биопринтинг в космосе. Университет здесь работает как настоящее научно-популярное медиа: живой разговор вместо пресс-релиза, сложные темы без упрощения и при этом понятным языком.

🗓 Следующий выпуск – 27 октября. Гость – Ирина Алексеенко, молекулярный биолог, руководитель группы генной иммуноонкотерапии ИБХ РАН и разработчик первого российского невирусного генотерапевтического препарата.

Подкаст реализуется в рамках проекта «Анатомия открытий» при поддержке Министерства науки и высшего образования РФ в рамках Десятилетия науки и технологий.

Студенты, которые регулярно выполняли учебные задания с помощью нейросетей, показали заметно более слабые результаты, когда оказались на экзамене без доступа к ИИ. Об этом рассказал декан экономического факультета МГУ Александр Аузан в интервью «Правмиру».
По его словам, проблема обнаружилась после жалоб других студентов, которые  пришли и сказали: «Мы ишачим, ночи не спим и получаем тройки в сессию. А они получают пятерки, ничего не делая».

На факультете начали проверять использование ИИ и выявили около 60 студентов, которые, по словам Аузана, выполняли работы с помощью нейросетей.
После этого их поставили в условия контролируемого экзамена, где воспользоваться ИИ было невозможно.
Результат, по словам профессора, оказался тревожным: часть студентов настолько привыкла передавать работу нейросети, что утратила даже некоторые базовые навыки.
Аузан приводит пример с греческой буквой «лямбда», которая используется в формулах. Некоторые студенты вместо символа писали ее название словом, поскольку уже не помнили, как выглядит сам знак.

По словам Аузана, исследования последних лет показывают, что использование ИИ по-разному влияет на людей в зависимости от исходного уровня их когнитивных навыков. Наиболее уязвимыми, считает он, оказываются не только слабые ученики, а обычные школьники и студенты со средними способностями.
Поэтому одних запретов и технического контроля недостаточно, уверен профессор. Если образование будет только пытаться ловить тех, кто пользуется нейросетями, это не решит главную проблему — как сохранить у человека способность самостоятельно думать, запоминать и анализировать.

Научный доклад, лекция, защита проекта или выступление на конференции требуют не только знания материала, но и умения ясно и убедительно представить его аудитории.

Онлайн-курс «Ораторское искусство в профессиональной деятельности преподавателя» поможет системно развить навыки публичного выступления и использовать их на лекциях, конференциях, вебинарах и во время профессиональных дискуссий.

В программе:

🦪структура лекции, вебинара, доклада, помогающая слушателям следить за вашей мыслью и сохранять интерес
🦪работа с голосом и речью, контакт с аудиторией и ответы на вопросы
🦪эффективное использование ИИ на каждом этапе подготовки: от подбора названия до создания презентации

Обучение включает практические задания с обратной связью. В закрытой учебной группе участники смогут задавать вопросы и получать поддержку между вебинарами.

Автор курса — Марина Эрштейн, кандидат филологических наук, доцент и преподаватель с 25-летним опытом.

📅 Старт — 23 октября

Для подписчиков канала «Наука и университеты» действует скидка 25% по промокоду NAUKA.

📍 Узнать больше о курсе и зарегистрироваться: по ссылке

Сообщается, что между Россией и Китаем заключено более 7 тысяч межвузовских соглашений. Однако эта цифра мало о чём говорит.
Съездить в Китай и подписать рамочный договор с каким-либо китайским университетом стало трендом в отечественной вузовской среде. Но считать нужно, на наш взгляд, не число подписанных соглашений и протоколов о намерениях, которые часто так и остаются исключительно на бумаге, а количество реально реализуемых совместных образовательных программ и научных проектов, численность студентов, аспирантов, преподавателей и исследователей, участвующих во взаимных научных и учебных обменах. Так будет реалистичнее.

«Как развивать deep-tech проект в России: от технологии до инвестиций»
 
5 ноября в 12:00 МСК юридическая фирма Buzko Legal проведет вебинар о юридической стороне deep-tech проектов в России.
 
Разберут особенности коммерциализации технологии, созданной в вузе или НИИ, как включение технологии в перечень критически важных влияет на проект и чем государственные деньги отличаются от частных с точки зрения обязательств.
 
В программе:
✔️ Что такое deep tech и чем он отличается от других технологических проектов;
✔️ Оформление прав на ключевые объекты;
✔️ Критически важные технологии: как это влияет на правовой режим проекта;
✔️ Ландшафт мер поддержки: гранты, субсидии, льготы, статусы;
✔️ Особенности инвестиционных сделок в deep tech.
 
⚡️ Возможность разобрать свой кейс: вы можете описать юридический статус своего проекта и задать вопросы. Три самых интересных кейса команда Buzko Legal разберет в прямом эфире. Описать свой кейс можно тут.
 
Спикер
Ирина Карева — партнер и руководитель российского направления Buzko Legal.
 
Участие бесплатное, регистрация по ссылке.

Почти половина студентов (44%) считает, что технические вузы плохо готовят к старту карьеры. Таковы результаты исследования агентства «Марк Аналитик», проведенного в марте — апреле 2026 года. Из-за этого большинство опрошенных еще на этапе выбора вуза и программы старались отдавать предпочтение тем из них, которые предусматривают взаимодействие с бизнесом во время обучения — стажировки, совместные образовательные проекты и т. п.

В связи с этим вспомнился комментарий подписчицы нашего канала по другому поводу:
«Опыт моих детей обучения в крупнейшем московском университете неоднозначен. Они оба начали работать по специальности (IT и химия) до окончания вуза, но заслуга университета в этом только одна - можно было не посещать занятия и заниматься самообразованием. И я вот даже не знаю, как к этому относиться. Вроде, не можешь помочь, не мешай. С другой стороны, разве в этом роль университета? В магистратуру сын пошёл в другой университет - самый топ в его отрасли, с надеждой, что, может быть, там хотя бы будут учить и...всё тоже самое. Зато университеты отчитаются, что выпускники работу нашли по профилю».

Заведующий кафедрой реактивных двигателей и энергетических установок КНИТУ-КАИ Алексей Лопатин о начислении конкурсных баллов за дополнительный результат ЕГЭ:

Идея понятна — мотивировать школьников сдавать дополнительные ЕГЭ, а значит, усиленно изучать эти дисциплины как минимум в 11-м классе. На первый взгляд идея не просто хорошая, а, можно даже сказать, отличная. Но это только при первичном рассмотрении. Дьявол, как говорится, скрыт в деталях.
Теперь представим себе, что ребенок всерьез интересуется какой-то конкретной областью знаний, например физикой. Занимается ею самостоятельно, решает дополнительные задания. В общем, проявляет серьезный интерес с прицелом на поступление в технический вуз. Любой, кто всерьез готовился или готовил к ЕГЭ, понимает, что только единицы будущих выпускников способны одновременно освоить на высоком уровне дисциплины из различных областей знаний. А ведь речь идет не просто о том, чтобы выучить и сдать, а о глубоком понимании дисциплин. Иначе на 90+ баллов их просто не сдать.
Из опыта детей знакомых и друзей знаю, что высокие баллы, вблизи 100 баллов, — это как спорт высоких достижений: просто так их не получить. Нужно серьезно вкладываться: морально, физически и материально.
Так вот, наш гипотетический выпускник, занимаясь несколько лет физикой, сдает ее на 92 балла. В то же время другой одиннадцатиклассник, добавляя к своему результату по физике (относительно скромные 74 балла) еще и информатику, сданную на 75 баллов, получает дополнительные 20 баллов и обгоняет нашего «юного физика».
Вопрос: где тут справедливость? Ведь наш первый ребенок занимался физикой несколько лет и всерьез рассчитывал на поступление в профильный вуз, а его в итоге обогнал другой, тоже очень хороший абитуриент, но явно не дотягивающий знаниями по профильной дисциплине. Думаю, нелишним будет отметить, что разница между ЕГЭ, сданным на 74 и 92 балла, с точки зрения успешности дальнейшего профильного обучения не просто количественная — она качественная.
Таким образом, решая задачу повышения вовлеченности выпускников школ в более глубокое изучение отдельных дисциплин, мы рискуем потерять настоящих звездочек, которые изначально не распылялись, а были сосредоточены на главном.