Телеграм канал «Nateli Tbilisi»

Сегодня в рубрике #безсуматохивчохе мы с Сосо — фото со свадьбы Софии и Георгия Амашукели 💫

Давно хотелось запустить хэштег #bnelitbilisi (темный Тбилиси) и писать фельетоны, подтрунивая над любимым городом и его нравами. Мысль-то была давно, а вот наконец запустить рубрику решилась сейчас. Сподвиг меня недавний пиар-повод из США. Ансамбль национального балета Сухишвили летал на гастроли в Америку. И там на представлении в Карнеги-холл присутствовал, мамма мия, сам Роберт Де Ниро. То есть, ни тот факт, что Сухишвили выступают в Карнеги-холле впервые, ни специальная коллекция шелковых платков с эскизами Солико Вирсаладзе, не впечатлили так тбилисскую общественность, как ситуация, что знаменитый актер пришел на концерт, а потом прошел за кулисы. Нам показали все детально и с разных ракурсом — как шел, как входил, как улыбался, как руку жал. Прямо вождь мирового пролетариата на встрече с тружениками полей. А у меня один вопрос. Друзья, вы меня, конечно, извините, но разве не ансамблю Сухишвили 80 лет аплодировали стоя Пьер Карден, Джорджо Армани, Ив Сен Лоран, мировые президенты, премьеры, кинодивы и многие-многие другие? Да, Де Ниро — гениальный творец, но почему его присутствие на концерте стало столь важным инфоповодом? Когда уже наконец мы начнем ценить свое достояние без необходимости низкопоклонничать и местечково радоваться тому факту, что «хозяин назвал меня любимой женой»? Роберт Де Ниро и Сухишвили — абсолютно равнозначные величины с точки зрения дальности плевка в вечность, но по логике тбилисского информационного поля, в этой встрече было больше исторической значимости, чем в десятилетиях работы, гастролей, дисциплины и стиля. Так почему наличие Де Ниро за кулисами Сухишвили так всех взбудоражило? Нам выдали справку о собственной ценности? Ну так эта справка давно лежит на столе. Что за провинциальное счастье? Вот здесь-то и начинается вся эта местная химия: своё для нас слишком привычно, оно как воздух — существует, не выглядит как редкая удача, которую можно выложить в сторис, и поэтому не вызывает дрожи. Тогда как чужое присутствие (особенно если оно пахнет Голливудом и носит правильную фамилию), мгновенно превращается в социальную валюту. В Тбилиси есть особый жанр самоутверждения, построенный не на “я был на великом”, а — “я был рядом с великим”. И самое смешное (если смотреть на это без сентиментальности), заключается в том, что Сухишвили от появления Де Ниро не стали лучше ни на йоту, зато мы почувствовали себя лучше моментально, потому что это был не просто визит вежливости — это было подтверждение извне, “их признание”. Вот только беда в том, что все это “их признание” работает как дешёвый сладкий энергетик: бодрит, сверкает, даёт иллюзию силы, пока нам снова не понадобится какой-нибудь очередной “свидетель величия”. А когда мы уже поверим, что и без свидетелей давно были великими, и национальное сокровище не нуждается в иностранном штампе? Честно, ребят, на сцену можно выходить и без того, чтобы кто-то из Голливуда держал нам дверь. Тут, кстати, должна сказать, что и для меня Роберт Де Ниро стал своего рода пропуском в тбилисское общество. Когда люди узнавали, что я брала у него интервью (не то, чтобы я этим кичилась, но случалось упоминать, отвечая на вопрос — с кем мне повезло работать), со мной сразу немедленно начинали хотеть поработать. Спасибо, дядьРоберт, ты не только Сухишвили, ты и мне удружил. Вот, кстати, то интервью — привет вам из 2016-ого! Фото с маэстро из архивов выкладывать не буду, если позволите.

Тбилиси. Январь 2026. Снег лежит третий день. Старожилы не помнят… #natelitbilisi

Данелия о Канчели «Сейчас я опять принялся за эту «Кин-дза-дзу». Хочу сделать анимационный фильм. Музыку в основном используем ту, что была в игровом фильме, но Гия Канчели с Игорем Назаруком пишут и новые номера. Гия сейчас живет в Бельгии. Время от времени он звонит из Антверпена, говорит: «Послушай». И играет на рояле. Я делаю замечания. Объясняю, что кусочек, который идет после: «та-та-та-та» (пытаюсь спеть это «та-та-та»), надо убрать. И прямо перейти на: «ти-ти-ти». (Опять пытаюсь спеть.) — В каком такте?— спрашивает Канчели. — Не помню. Но сразу, как «та-та-та» кончается, надо перейти на «ти-ти-ти». Он играет. — Так? — Да нет! Я же говорю: после «та-та-та»! Пою. — Хорошо. Кажется, понял, что ты хочешь. Я перезвоню. Через полчаса звонит. Играет. — Так? — Да нет! Ты не то выкинул. После «та-та-та» надо выкинуть «ля-ля-ля», а не после «ти-ти-ти»! — Что значит «ля-ля-ля» и «ти-ти-ти»?!— орет Гия.— Тебе сто лет! Выучи ноты наконец! Их всего семь! Нет, когда он рядом, с ним легче работать». Это фрагмент книги Георгия Данелия «Тостуемый пьёт до дна». К нему прилагается плейлист: Раймонд Паулс исполняет самые знаменитые композиции Гии Канчели. Послушайте #какзвучитгрузия #natelitbilisi

Самое семейное блюдо грузинской кухни — оджахури. И не только потому, что его название происходит от слова ოჯახი — «семья». В зависимости от региона, оджахури готовят из свинины или говядины, иногда смешивают два вида мяса. Обжарив его, добавляют картофель, а в конце — лук и специи. Часто блюдо готовят в кеци, специальной глиняной посуде, и в ней же подают к столу. Каноничное оджахури — это хрустящая картошечка, томлёное мясо, ароматные лук и специи и помидоры. Так и веет заботой и уютом, не правда ли? По легенде, блюдо появилось в одной небогатой семье, когда у хозяйки оказалось немного мяса, и она решила сделать блюдо сытнее, добавив побольше картошки. Получилось блюдо, которая полюбила вся семья, взрослые и дети. Да и вообще вся Грузия. Вот такая история о том, как из нехватки рождается изобилие, а из простых продуктов — настоящая кулинарная поэзия. На фото — образцовое оджахури в ORO

Раз уж в Тбилиси наступила снежная зима, мы решили до конца февраля радовать вас зимними картинами современных грузинских художников! Мы уже опубликовали почти брейгелевские картины Цисии Киладзе. Сегодня очередь картин Эки Хунцария — сейчас, кстати, выставка её работ проходит в галерее Tsiteli Kvadrati. В 1994 году Эка Хунцария вместе с другими выпускницами Академии художеств — Ирмой и Нино Хоперия, Нино Квавилашвили и Кети Кавтарадзе открыли текстильную арт-студию La Maison Bleue, которая затем превратилась в сеть мастерских-салонов. Салон Эки находится недалеко от метро Руставели и называется Silkroom — художница рисует по шёлку. #nateliart

твоя мама готовит омлет в 7 утра