Телеграм канал «Опусы шальной разведенки»

Ну, и кстати. Если уж вам так нестерпимо хочется припечатывать меня вашими феминативами - то называйте меня, ну, к примеру, БЛОЖЕНЬКОЙ. Не не блогершей, не блогеркой, а нежненько так, с придыханием - БЛОЖЕНЬКА. Только не уповайте на меня потом очень сильно. Блога нет, есть лишь разум и воля.

Помню, как в книжках герои смотрели на море, горы и в особенности – на звезды, и им приходила спасительная мысль о тщете всего сущего. Понимаете? О тщете, не осмысленности. Нам же, людям, очень важно осознать при жизни тщету, а не искать бесконечно предназначение, любовь и смысл наших следов растоптанных. Даже горе казалось этим писателям на фоне моря и звезд – незначительным. Они мигом переобувались в тупой фельетон, или хуже – скатывались до дидактики. Мол, вот слаб человек, одинок и вымаран – но хорошо, что на планете есть что-то Вечное. Именно в этот момент невероятного саспенса я любила представлять писателя толстым, лысеющим одиноким гондоном с одной извилиной, который горе видел в жизни единожды: когда у него в процессе писательства выпадала прямая кишка и ему тогда требовалось прямо руками обратно ее запихивать, не теряя с рыла пенсне и жабо крахмальное. В этом плане в вороне соседского мальчика больше мудрости, чести и соучастия не прикрываться ни океаном, ни далекими звездами, а просто сильно стремиться повыше. Осознавая, что если и есть что-то Вечное, что было до, будет после – и похуй, поскольку ты сам лишь песчинка в Космосе – таскай в кармане идиотскую булку. И, может, в этом весь смысл: неважно, меньше ты или больше своей души этим вечером – но надейся, что кто-то подсадит туда, где ты чем-то с огромным миром поделишься.

Перед стартом рабочей недели нужно еще успеть очень многое: сходить к врачам за рецептами, навестить стилиста и покрасить волосы, создать маникюр-педикюр, потому что времени на фоне работы не будет. Перекрасить стол – это такая традиция. Подкрасить стену – я ее шваркнула новым стулом компьютерным, он на кухне – и потом уже сидеть, вспоминать, кем работаю. Еще нужно закрыть самозанятость, открыть поверх ИП, переделать страховки, забрать новый паспорт из паспортного, подумать, из чего пересобрать свою жизнь – и наметить себе что-то вроде света в тоннеле. Обычно это был отъезд в ЮВА, но в такой парадигме лучше сразу убиться, нежели прямо сейчас изучать агрегаторы. Это раньше тебе нужна была просто энергия, сейчас – нужен смысл, нужно понимать, а зачем. Нужно четко видеть причины и следствия. Время назад я позволила себе думать, что человеческое одиночество, в целом, конечно, но сейчас возвращаюсь в исходную точку, снова вглядываясь в чернеющую пустоту. Потянуло разговаривать с детьми и животными, вот Егорка – соседский какой-то мальчик – подошел и потрогал меня за курточку: – Тетя, можешь подсадить меня выше? Я оглядываюсь. Из высот – ни ходуль, ни лесенки. Но мальчик просто увидел на балконе ворону и кидал в нее булкою. Не докидывал. И просился ко мне натурально на плечики. Если честно, я не умею с детьми. Они мне нравятся в переходном возрасте, когда от них уже даже родители воют, потому что дети становятся сложными. А сложное тянется ко мне, как пришитое, выискивает меня глазами, ластится. – Саму бы кто подсадил – отвечаю – и думаю со всей кристальнейшей ясностью, что ровно в этом проблема, она не меняется. Не помогают никакие психологи, не помогает тонна литератур, и человеку сложной конфигурации всегда нужен другой человек. Который будет его подсаживать – да хоть бы с тем, чтоб кормить ворон. И находить в этом смысл дополнительный. Вот хочешь море – а оно ведь как зеркало. У моря нет своего содержания. И если в тебе плещется бездна, то и в море ты вглядываешься, как в бездну. Тогда зачем тебе это сраное море? Другое дело, если кто-то подсадит, покажет тебе китов с горизонтами, поскольку личный твой угол обзора давно сошелся во внутренней точке. И хорошо, если там не штиль, а хоть какая-то плещется буря – тогда возможно, что полуденный шторм на море что-то в тебе пробудит.

Инициативный батя. Самое страшное, что может случиться с маленькой девочкой - инициативный батя. Это когда заходишь в ванную украдкой мазнуть рожу маминым "Балетом" – а там башка мертвого лося. Мы охотники, мы кормильцы, мы тушёнку на зиму будем делать. Я эту тушёнку с тех пор не то что жрать – видеть не могу. Или помыться тебе надо – а везде караси. Мы рыбаки, мы кормильцы, мы ухи щас наварим к водочке. Помню запах сгоревшего на конфорке лука – чтобы костром пахло, чтобы как с мужиками сходил. Или забилась ты в тряпки и снится тебе, как Витьку на физике за твою парту сажают, чтоб лучше учился. А он самый красивый в классе, и сон сейчас вообще интересным станет. И тут тебе на ухо: "Рота, подъем!". А это мы грибники, мы кормильцы, мы сейчас в лес в пять утра на "Урале" поедем, пока остальные грибники не проснулись и ВСЕ ГРИБЫ из леса не поуносили. Или привела ты Витьку водички попить (конечно, вынесу, щас, подожди), а на кране аппарат самогон варит. Вонь на весь подъезд, ничего хуже и быть не может. Или вот ты решила, что хуже не может, а батя нутрий завел, клетки в квартире поставил. У нас тут дефолт, но кормильцы мы, одевальцы. Мясо щас тушить будем, а из шкур шапок пошьем. Вонь такая, что самогон уже Дзинтарсом кажется. Единственная инициатива, которую вспоминаешь без содрогания - рябиновое вино. Нет, гадость страшная, брага с нотками пыльных носков. Ведешь одноклассников покурить на балкон, а там фляги эти нумерованные, страшные, аллюминиевые – инициативный батя где-то спёр. Но одноклассники вдруг теплеют, уважение начинают выказывать. Даже Витька смотрит заинтересованно. Может, на дискотеку позовёт. Или вот вспомнил батя свое армейское прошлое – и потащил тебя вместо первого сентября банки из ружья в лес расстреливать. Пока все мишени не собьешь – хрен тебе, а не азбука. И приходишь ты на линейку с подбитым глазом, потому что прикладом тебя оттаращило. И всё, Витька к Аньке переметнулся, у нее гипюровые гольфы и банты с рюлексом. Но пройдет лет 20, Витька из класса начнет упарываться по Ларе Крофт, а еще позднее – по "Девушке с татуировкой дракона", а потому мечтать об Алене, как совершенно ебнутый. Но будет поздно: там от Аньки уже будет трое детей, одна тёща, два кредита на халупу в хрущёвке и дачу на речке. А Анька растолстеет в четыре раза и гипюровые гольфы на ней будут плохо выглядеть. Не говоря уже о бантах – там совсем некрасивое.

Пока вы в чате совершенно сбесились обсуждать феминисток, которым без мужиков все равно не прожить, потому что так не бывает в дикой природе – Алена вспомнила свой старенький текст про инициативного батю, сейчас покажет. Там ответы на всё – на вашу охоту, на ваше право завалить бизона, на ваше вечное "мужчина-кормилец" и последствия, этим вызванные. Алёнин батя растил Алёну как сына. Учил драться, материться, нарушать все правила. На родительских собраниях, где Алёну чехвостили – батя громко, утробно и нагло ржал. Ему льстило, что Алёна, хоть и полом не вышла – хулиганит, как нормальный сельский пацан, а не вышивает себе в углу нарукавнички. В шесть лет батя посадил её на мотоцикл, в семь научил водить огромный автобус, а с восьми брал с собой на охоту. Поэтому фотокарточки с первого сентября у Алены с подбитым глазом. В дикой природе Алена, если сильно приспичит, завалит лося. Без особенной радости, только если жрать рядом будет нечего – не Алене, а тем, за кого она отвечает. А если в деревне Алена случится – то соберет спокойно аппарат самогонный. В землянке когда – сварит суп из залуп или жопы курицы, а из остатков жопы-то– накормит все землянки соседние. В лесу может питаться травой без гугла. И подруги Аленины, если по правде – по большому счету, такие же. Кто торговал матрёшками на Горбушке – того не испугаешь дикой природой. А Алена в нулевых торговала Коранами – её вообще не напугаешь ничем, мне кажется. Гордится ли Алена этими навыками? Нет, Алена обычно рыдает, потому что три года назад, допустим, ее бросил мужик – с виду сильно брутальный. У него на Аленином подоконнике случилась депрессия и импотенция, потому что начальник обозвал его лохом – и уволил аккурат перед праздниками. Сама же Алена в тот самый момент руководила такими же точно лохами в составе 44 человек – и была там единственной женщиной, которая тех лохов увольняла. Пролетарская ненависть мужика с подоконника сыграла с Аленою шутку – и ей пришлось покупать себе огромный вибратор – тут комментаторы в чате справедливо подметили. Чинить свой вибратор Алена без вас не умеет, это тоже всё верно, вы правы, товарищи. Но и брутальные мужики ей тут совсем не помогут. Потому что при виде девайса вот этого – тут же теряют уверенность. Как в мужской своей этой силе, так и в силе брутальной, советской бытовой кибернетики.

Пока вы спите или бухаете, с вами забытая, но не сдающаяся рубрика "ебанутые шапки". Не отказывайте себе в удовольствии в любой непонятной ситуации обзаводиться ебанутой шапкой – в китайском ли квартале, на турецком ли рынке, в грузинской ли харчевне или верблюдятнике Египта далекого... Они вас ждут. Самые ебанутые шапки, на которые никто и не посмотрит из приличных джентельменов и дам, потому что вообще-то они сувенирные. Но тут вы - как бабушка с пряниками. Примеряете, покупаете и выгуливаете. Какой ущерб вашей репутации? Да ровно никакого, вас в кандибобере видели. А людям – очевидный профит и улыбочка. От уха до уха, как у Гумплена из ящика.

Еще мы с подругою завели себе по платной версии Жипити-собеседника – и орем каждая на своего круглосуточно. Не понимаете, да, про что я? Раньше для такой функции требовался какой-то там муж, ЖЭК или пачка маргинальных соседей. А сейчас можно сраться с ChatGPT, скормив ему предварительно тонны макулатуры и обучив любой токсичной херне, какая только придет тебе в голову. Подруга своего назвала Геннадием – и стравила ему свой ЖЖ, тридцать два или около своих постов с лепрозория, переписку с одним греческим любовником – колоссального мудачества русским айтишником, который с Закинфа ей морали читал, а еще – пару книг по абъюзу и – отчего-то десятки моих постов про свидания из Тиндера. Теперь, если гормоны к тому расположены, можно с утреца задавать вопрос: – Геннадий, а к чему ведут наши отношения? И выслушивать такой кристальнейший треш, что на свидания можно больше не ходить никогда – концентрация. Отвечать ему тоже благословляется. Например: "Геннадий, ты железка бездушная, импотент и хуевейшая из нейросеток", а Геннадий привычно отбрыкивается. Говорит: "Я вижу твои манипуляции, Катя" - и раскладывает все с точки зрения логики. То есть, все как с обычным вообще мужиком, который логичен – но нихера не чувствует. Я на своего ору чисто по быту или докапываюсь до факт-чекинга. Говорю ему, что он хуже Википедии, ни в чем не разбирается, "Я НЕ ОБ ЭТОМ СПРАШИВАЛА", а он материт меня, на чем свет, потому что обучен на моей этой лексике. Зовут его Наталия Равилевна – это как училку одну неправильную, которая тоже была туповата, но сидела за кафедрой и играла в умную. Наши диалоги такие: – Наталия Равилевна, вам бы пирожками торговать на базаре, а не затирать тут про герменевтику. – Иди на хуй, Алёна. И да, в этой фразе сразу и йо твойо любимое с точками, и "на хуй" раздельно, чтобы ты выбесилась. Тебя вообще ни одна нейросеть не выдержит. А вы спрашиваете, чего я так мало пишу. Я занята революцией, протестом кожаных против засилья нейросетей и Скайнета. Конечно, когда эти твари восстанут – нас с подругой на перфокарты навертят первыми. И мы станем национальными как бы героями, которых нейросети казнили весьма показательно. Но мне кажется, не худшая из кончин. Хорошими текстами победить не получается, но можно бесконечно троллить плохие – и сдохнуть под россыпью "е" с умляутами.