И медный царь, и
Летний сад,
и Моховая
теперь в лицо тебе
глядят,
не узнавая.
Смеркается среди
глухих,
пустых окраин,
теперь наш детский
край затих,
умолк, охаян.
И Невка мелкою
волной
молчит под утро
о том, что знали мы
с тобой,
но помним смутно,
о том, что я совсем
забыл,
а ты задумал,
о всех, кто с нами жил
и был,
уехал, умер.
А может, вместе ты и я
два полубрата,
и эта невская струя
не виноваты
и в том, что нету
никаких
теперь известий,
и мой звонок к тебе затих
в пустом подъезде.
Евгений Рейн.