Телеграм канал «ЗДЕСЬ БЫЛ МАЙК»

В ресторане играли
танго - это верхний
этаж отеля,
и хрустальных рюмок
огранка
влагой жизненной
запотела.
Растворялись
белые ночи
в «Ркацетели»-«Напареули»,
жизнь была длинней
и короче,
чем поставленное
на ходули
время поздних
пятидесятых
в Елисеевском
магазине,
где фарцовщиков
волосатых
еще не было
и в помине.

Ведь они
появились позже,
когда финны
рванули в Питер,
и бродили
в пекарне дрожжи,
на «Ленфильме»
горел «юпитер».
Авербах и Герман
сидели
в просмотровом
вонючем зале,
и стекали по акварели
слезы женские,
и ворчали
старики в комитетах
ЖЭКов,
и балтийские
пароходы
на доступных
питерских реках
якоря опускали в воды.
«Беломор» мы
тогда курили,
«Жигулевское»
пили пиво,
до рассвета мы
говорили,
загорали мы у залива.

И глядели в пустое
небо
сквозь кумач
линялого флага,
и не ели чужого хлеба,
не просили чужого
блага.
Но когда мосты
разводили,
ждали мы у Невы
на Дворцовой
часа, года и века
или возвращались
к пыли дворовой.

Евгений Рейн.

На фото Елены Карусаар - Рейн и Авербах.

11 сентября на Новой сцене Александринки (ну не прямо уж на самой сцене, конечно) расскажу вот об этом. «Георгий Гурьянов. Ленинградский андеграунд 1980-х. Артефакты и факты».
Речь, кстати, пойдет не только о Георгии Константиновиче - мы поговорим и о той удивительной эпохе, самой яркой в истории ленинградского андеграунда, как по мне. В программе - иллюстрации из архива музея-квартиры Гурьянова.

Начало в 19.30. Приходите. Вот ссылка.

1 сентября 1964 года на углу Невского и Владимирского открылось безымянное кафе, вошедшее в историю под именем «Сайгон». И ставшее символом ленинградской неофициальной культуры.

О «Сайгоне» и других важных местах/маршрутах местной богемы - на субботней прогулке в 13.00. За подробностями пишите сюда, пожалуйста.

Снимок Бориса Смелова. Парадная дома в Тучковом, известная лестница со львом. Величественно и пугающе.

Август 1990-го. В библиотеке дома отдыха отец, листая прошлогодние номера «Звезды», прочел текст неизвестного ему писателя Довлатова. Был впечатлен.
Вернувшись в Ленинград, показал мне выписанные куски и посоветовал найти номер «Звезды». «Автора на днях не стало», - добавил отец, регулярно слушавший «голоса».

Я прочел Довлатова (это был, если не путаю, «Филиал»). Ощутил одновременно и радость узнавания, и потерю (ведь автора больше нет). Впрочем, радость узнавания была сильнее. Довлатов писал так, как мне было нужно.

Довлатову сегодня 85. Без всяких «бы». Литература продолжается, - это его фраза. Я бы добавил - а искусство сильнее смерти.

Всем привет! Внезапно вспомнил, что во время лекции в Переделкино я активно пускал по волнистым рядам зрителей т.н. «раздаточный материал». Как правило — в виде пластинок, фотографий и магнитоальбомов. Моими глазами топ -12 «эпохи неоформленной мифологии» выглядел следующим образом (в хронологическом порядке):
 
1 — Юрий Морозов: «Вишневый сад Джими Хендрикса» (1973),
2 — Градский и «Скоморохи»: «Размышление шута» (1974),
3 — «Арсенал» — концерт в Таллине (1974),
4 — «Оловянные солдатики»: «Воспоминания» (1976),
5 — Борис Гребенщиков — «С той стороны зеркального стекла» (1976),
6 — Юрий Ильченко: «Дождь» (1977),
7— «Машина времени»: «День рождения» (1978)»,
8 — «Високосное лето»: «Прометей прикованный» (1978),
9 — БГ + Майк: «Все братья-сестры» (1978),
10 — «Воскресение»: I (1979),
11— «Автоматические удовлетворители»: «Дураки и гастроли» (1980),
12 — Майк: «Сладкая N и другие» (1980). 
 
Что-то из этого списка я успел показать. что-то не успел, но это не важно. Просьба, посмотрите эти позиции внимательно, у меня пронзительный вопрос. Про какие из этих альбомов (или артистов) вам интересно было бы узнать? Во всех деталях и подробностях? Это вопрос не только к приятелям-блогерам, но и ко всем подписчикам. Пишите свои «хотелки» прямо сюда, я постараюсь более-менее оперативно ответить. Ваш Кушнир

Так как я неоклассик, у меня и поведение было неоклассика: я скромно приводил очередную даму, поскольку был влюбчив, читал ей стихи, обольщал ее. Потом сватался. За каждую сватался. Но я был бедный поэт, в «Сайгоне» кофе мог купить даме или бутылку сухого вина, не более того. Они за меня не шли, хотя я был красавец, атлет, универсальный спортсмен, весельчак, умница, талант, но дамы — ни в какую.
…Поэт в «Сайгоне» — это почетно, это такая публика, такие салоны, знакомства... Но никто за нашу братию замуж не выходил.

Поэт Ширали.