Телеграм канал «Андрей Медведев»

2 мая 2014 года это первый день открытой войны против русских, против России.
Правда, в мае 2014 это осознали лишь немногие. Украина стала готовиться к войне на Донбассе по-настоящему, и с Россией в будущем. Но у нас тогда ведь мало что изменилось, правда?

Депутат Гончаренко, палач Одессы. Убийца и мародер. Он как-то раз приехал в Москву на "марш Немцова".
Гончаренко тогда задержала полиция. Но была вынуждена отпустить. А кто дал распоряжение отпустить?  Этот человек до сих пор что-то решает?

Одесса не там, в 2014 году. Когда главного одесского пожарного Боделана, который  то ли не давал, то ли и испугался тушить Дом Профсоюзов, назначают куда-то на должность в Крыму, это значит, что мы так ничего и не поняли.

Второго мая, когда шла прямая трансляция убийства людей в Доме Профсоюзов на украинском телевидении, Гончаренко сказал:
"А теперь представьте, что будет в России. Если вдруг. Это всего лишь Одесса".
Это была прямая угроза и объявление войны. Мы не обратили внимание.

2 мая 2014 украинские граждане убивали русских людей. За то, что русские не желали превращаться в украинцев.

Что было у нас?  А у нас годами режиссёр Иосиф Рейхельгауз, публично оправдывавший палача Одессы подонка Гончаренко, продолжал руководить театром. Неплохо жил. За государственный счёт.

У нас с мая 2014 коллективный российский либерал, юный и постарше, советского разлива, бесконечно глумился над жертвами бойни. "Мимо дома Профсоюзов без коктейлей не хожу". И безнаказанно глумился же. В эфире "Эха Москвы" надменно рассуждали, что, дескать, логичный результат имперских амбиций. И всем это было нормально. До февраля 2022 года никому ничего не было за глумление над убитыми русскими людьми. Люди с хорошим лицами ходили на митинги под украинскими флагами по столице.

В приличном обществе (тусовке либералов, примкнувшим к ним бизнесу и чиновному люду) вообще было принято Украиной искренне восхищаться.

Лидеры общественного мнения, те, что из деятелей культуры и науки, писатели опять же, в мае 2014 пробубнили нечто вроде "ну это другая страна, мы не можем давать оценку". И поехали на гастроли в Одессу и Киев. Им горелой человечиной не пахло. Гребенщиков, помнится, пел для Саакашвили в Одессе.  4 мая 2014 года знатный одесский шутник и юморист Валерий Хаит дал обширное интервью с такими пассажами про убитых русских людей.

"Я даже шел вместе с ними несколько кварталов, слушал разговоры этих людей. У меня возникло четкое ощущение, что большая часть из них – не одесситы, а приезжие. Я отчетливо понял, что эти люди не читают книг, не понимают смысла понятий "культура" и "цивилизация". Думаю, что причина пророссийских выступлений в украинских городах – это не только низкий уровень жизни, но и культурное убожество".

Полное снисходительно-покровительственное одобрение массового сожжения людей. Одесситов, кстати.

"Украина, пройдя через страшный очистительный период, возродится заново".

Ну что, как очистились? А мы тогда что, перестали пускать Хаита в Россию? Нет. Мы сейчас как-то спрашиваем у тех, кто тогда руки жал палачам, зачем они это делали? Тоже нет.
Мы всем простили их поддержку нацизма. На постсоветском пространстве, особенно в России, либерализм всегда балансирует на грани нацизма, либерализм это всегда русофобия, всегда сегрегация - мы, люди с хорошими лицами, и чмошная русня. 

Да, 2 мая стало ясно - сторонникам Майдана, украинцам, можно всё.

Найдите видео того дня, вспомните, как страшно кричала женщина из окна, ей ломали спину, и душили её шнуром? А парень на лестнице Дома Профсоюзов, в очках, который сожжёнными руками обхватил сожжённую голову? Ещё была версия, что ему прямо на голову вылили горючую смесь.

Все годы до СВО мы вроде бы считали 2 мая преступлением, но при этом окормляли из бюджета тех, кто над погибшими в Доме Профсоюзов глумился или громко так молчал.  "Царство, разделившееся само в себе".

Изменились ли мы? Надеюсь. Хотя вот в прошлом году режиссёра Рейхельгауза в госпиталь к военным притащили. Чтобы он им про патриотизм рассказал, да? Больше некому же.

Есть нам, что еще осознать. И с чем разобраться.

◾️🇺🇦Русский философ Константин Крылов (1967-2020):

«2 мая – день рождения украинской нации.
…
Что, собственно, произошло? Украинцы сожгли русских – или людей, которых рождающаяся украинская нация приняла за русских. Сожгли – то есть подвергли самой мучительной из известных человечеству казней. Более того, удалось насладиться не только муками жертв, но и их тщетными попытками спастись. Это доставило и доставляет украинцам особенное наслаждение – находясь в безопасности, смотреть на мечущихся в огне людей.

Эта безопасность, то есть полная невозможность убиваемых людей хотя бы плюнуть в убийц, вызывала особенно острый восторг. Нет, это не упоение боя, где у противника есть шансы – это именно упоение садиста, который истязает беспомощную жертву, находясь в полной безопасности. И наконец, возможность добивать искалеченных и обожжённых людей, уже не способных ни на какое сопротивление, даже молящих о помощи – это последняя, самая сладкая нота, трогающая украинца за средоточье души.

Заметим: дело не в масштабах события. В другие времена и другие народы убивали больше, да и сами украинцы с той поры существенно продвинулись вперёд. Важен был этот счастливый миг узнавания: вся украинская нация УЗНАЛА СЕБЯ в этом воистину всенародном украинском деле. Все украинцы постигли свою суть, свои желания, заглянули в волшебное зеркало и увидели там себя. Украинцы получили ОПРЕДЕЛЕНИЕ – «мы – те, кто сожгли русских, мы – те, кто ликовали и упивались запахом горелого русского мяса». И это верно: пусть не все украинцы смогли участвовать в сожжении русских непосредственно, но все насладились этим.

И поток восторга – чистого, незамутнённого восторга, который охватил мужей и жён, детей и стариков, простецов и интеллектуалов, вообще всех украинцев, вообще всех, сколько их ни есть – был законной наградой за этот миг самопознания.

С тех пор этот поток восторга не иссякал – и, скорее всего, уже не иссякнет. Так, острые или прикровенные шутки про «жареных колорадов» и «майский шашлык» стали шиболетом, способом опознания украинцами своих. Всякий, кто в майскую ночь попробовал этот шашлык из русского мяса, тем самым причастился украинству – и осознаёт это, осознаёт с гордостью, с ликующим восторгом, и даже с ощущением того, что он ступил на иной онтологический уровень. Были сбродом, проектом, толпой – а теперь они единое целое, и весьма успешное. Включая наших российских заукраинцев, которые – часть той же нации, пусть и второсортная, но и это для них честь.

Что ж, их можно с этим поздравить, хотя бы из вежливости. А также и потому, что ясность всегда хороша. Украинская нация, наконец, явилась на свет - и она именно такова, какой она была 2 мая 2014 года.

Такой она и останется – ныне, присно и вовеки веков».

👀 Первый подтверждённый объективным контролем случай уничтожения израильского танка Merkava Mk.4 с помощью FPV-дрона. До этого «Хезболла» публиковала лишь многочисленные эпизоды попаданий по технике с неизвестными результатами.

Примечательно, что конкретная машина была оснащена простеньким «мангалом» на крыше, но в итоге этого оказалось недостаточно.

На днях публиковали результативное попадание FPV-дрона «Хезболлы» по группе израильских военных, стоящих возле танков посреди дороги.

Как мы уже писали ранее, ливанский фронт в скором времени может стать вторым в мире ТВД, где на поле боя будут доминировать FPV-дроны.

ЕРЕТИК. У нас он никогда бы не стал даже полковником.

Командующий Космическими силами США Зальцман:

«(Надо) принять тот факт, что расширение границ технологий предполагает неудачи, обучение, итерации и несовершенство. Решение, на 80% готовое сегодня, гораздо ценнее, чем решение на 100%, появившееся с опозданием. Неудачи, продиктованные благими намерениями, — это не провалы, а средство для обучения и совершенствования. На самом деле, принятие более взвешенного риска при внедрении новых возможностей может в конечном итоге снизить оперативный риск».

Зальцман пояснил, что закупщики и операторы Космических сил должны работать вместе над определением и быстрым предоставлением «минимально жизнеспособных возможностей», а не «ждать выполнения всех оперативных требований» перед развертыванием.

«В оперативных подразделениях специалисты по обеспечению безопасности должны тесно сотрудничать с подразделениями, отвечающими за дельты системы, чтобы определить минимально необходимый уровень возможностей, а затем постоянно его совершенствовать. Мы должны привлекать друг друга к ответственности, чтобы избежать разрастания требований. Мы должны принять новый образ мышления — чувство неотложности — быстро реагировать на разумные риски, быстро учиться, совершенствовать и предлагать решения»

То ли дело у нас.

«Американцы ну тупы-ы-ые. Гы-гы-гы».

https://breakingdefense.com/2026/04/cso-saltzman-focus-space-acquisition-on-minimum-viable-capabilities/

🇷🇺☦️Пресс-секретарь главы Донской митрополии Русской Православной Церкви Игорь Петровский — о задержании двух ростовчанок, станцевавших на фоне кафедрального собора:

«Не надо нам навязывать образ бабушки у подъезда, ругающей всех проходящих мимо последними словами. Полагаю, что у врагов Церкви и нашего народа есть такая задача - изуродовать до неузнаваемости светлый лик нашей веры, превратив его в злобную гримасу, в вечно оскорбленный пейзаж. И делают это, как правило, люди далекие от церкви, если не сказать больше.
...
Я понимаю, что бывает совсем похабное поведение, когда на фоне наших народных святынь трясут, простите, задницей или оголяют грудь. И такое было. И мы должны делать замечание подобным выкрутасам. Но когда два подростка и один не сильно трезвый пешеход танцуют что-то там в хорошем веселом настроении - не надо кричать церковному сообществу «фас». Мы прекрасно видим эти подстрекательства. И, честно скажу, танцующие вызывают у меня меньше вопросов, чем подстрекающие».

"Как известно, мечтательное украинофильство тридцатых годов прошлого столетия довольно давно, именно в эпоху Шевченко, начало принимать оттенок революционный.

Поддерживаемая врагами России, постепенно сложилась изменническая партия среди малороссов, мечтающая о разрушении Российской империи и о выделении из нее особого, совершенно "самостийного" украинского государства. По имени исторического героя этой партии - Мазепы - членов ее в последнее время зовут "мазепинцами", и они очень этим титулом гордятся.

Читателям, без сомнения, известно, до каких нелепостей договаривается эта преступная партия и в коренной Малороссии, и в закордонной Руси.

Никогда еще, кажется, политический психоз не развивался до такой болезненной остроты. Ни одно из инородческих племен - кроме разве поляков - не обнаруживает такой воспаленной ненависти к Великой России, как эти представители Малой Руси.

Самые ярые из них отказываются от исторических имен "Россия", "русские". Они не признают себя даже малороссами, а сочинили особый национальный титул: "Украина", "украинцы". Им ненавистна простонародная близость малорусского наречия к великорусскому, и вот они сочиняют свой особый язык, возможно, более далекий от великорусского.

Нужды нет, что сочиненный будто бы украинский жаргон является совершенно уродливым, как грубая фальсификация, уродливым до того, что сами малороссы не понимают этой тарабарщины, - фанатики украинского сепаратизма печатают названной тарабарщиной книги и газеты.

В науку русской вообще и в частности южнорусской истории мазепинцы вносят систематические искажения и подлоги, а самые крайние психопаты этой партии провозгласили необходимость для малороссов жениться на еврейках для того, чтобы кровью и плотью как можно дальше отойти от общерусской закваски. К счастью, это бредовое состояние провинциальной психологии, ударившейся в сепаратизм, охватывает далеко не всю Малороссию, и даже в австрийской Галиции оно встречает до сих пор внушительный отпор.

Тем не менее нельзя забывать, что политические помешательства заразительны: в силу этого государственная власть обязана глядеть на украиноманство как на одну из злокачественнейших язв нашей внутренней жизни.

Этим объясняется вполне разумное решение правительства не допускать в Киеве под предлогом годовщины смерти народного поэта революционных выступлений как со стороны австрийских мазепинцев, так и со стороны наших."

Михаил Осипович Меньшиков, 1911 год.

Заметьте, уважаемые друзья, всего-то 115 лет назад обычным русским людям слово "украинец" казалось явным маркером политического безумия очень небольшой группы малороссийской интеллигенции.

И это нас снова выводит тему "ну а что вы все время Ленина обвиняете в том, что он создал Украину". Так не было Украины до него. Была кучка полоумных сепаратистов, работающих на австрийские деньги. Практически, как нынешние беглые деколонизаторы, мечтающие о свободной Ингерманландии или Смоленской республике.

Впрочем, как доказал уважаемый Александр Дюков, Ильич тоже был не против подружиться с разведкой Австро-Венгрии.

Крепостное право: против теории травмы

В истории и шире, в публичном пространстве, часто встречается объяснение современного состояния российского общества через «наследственную травму» крепостного права. Идея понятная: долгий опыт несвободы привел к пассивности, зависимости, правовому нигилизму. Недавно прочитала об этом текст " Опять о крепостничестве, или Почему теории психологической травмы ничего не объясняют" Льва Кадика. И во многом готова согласиться с ним согласиться.

Чем больше смотришь на факты, тем менее универсальной кажется эта схема травмы через крепостное право. Крепостное право было разным. В центральной России большинство крестьян (58,9%) были оброчными, то есть платили деньгами, занимались торговлей, отходничеством, накапливали капитал. На Украине, наоборот, 99,9% работали на барщине, в самой жёсткой форме. Это не одна и та же система.

Почти 40% населения вообще составляли государственные крестьяне с правоспособностью, собственностью и возможностью менять социальный статус. Их было больше, чем крепостных (24,5 млн против 23 млн).

И, пожалуй, главное. Когда мы объясняем всё «наследственной травмой», мы как будто лишаем людей субъектности. Сводим сложную историю к психологической предопределенности. Как будто крестьяне только носители травмы, а не люди, принимающие решения, адаптирующиеся, сопротивляющиеся, меняющие свою жизнь. Щепкины, Морозовы, Елисеевы, Плевако, Чехов — все они потомки крепостных. Вряд ли страдали от «выученной беспомощности». Потомки крепостных свергали царский режим, добивались независимости. История, даже самая тяжелая, это не только про давление структур, но и про действия людей внутри них.

Мне кажется, здесь важно удерживать баланс: да, институциональная и социальная инерция существует. Но объяснять настоящее исключительно через прошлую «травму» значит упрощать и, возможно, упускать более важные экономические и политические механизмы, и заодно недооценивать самих людей.